Суженая для падшего (СИ)

— Клодия, ты уже распаковала чемоданы госпожи Сюзанны? — строго спросил он, и от его тона даже мне захотелось спрятаться в гардеробной.
— Мы как раз обсуждали, стоит ли распаковывать все вещи, ведь я пробуду здесь всего пять дней, — быстро нашлась я.
Мне не хотелось, чтобы из-за меня ругали горничную, тем более, что я как никогда нуждалась в добром друге. Теодор сердито посмотрел на Клодию, по его лицу пробежала тень недовольства:
— Я уверен, что Клодия прекрасно справится сама. Вы готовы осмотреть дом? Или мне зайти позже? — приветливо улыбнувшись, спросил меня мажордом.
Ох уж этот тон, по которому сразу понятно какой ответ от тебя ждут! Как только Теодору удавалось быть таким манипулятором?
— Я готова, — с теплом глянув на горничную, я последовала за мажордомом.
Дом был огромным, но из-за того, что стал для своего хозяина спешной покупкой, всё в нем казалось безжизненным и пустым. Я с грустью представляла, как тут могли бы жить другие люди. Влюбленная молодая пара или большая дружная семья. По лестницам бы раздавался топот маленьких ножек, в огромной столовой за вкусным обедом звучали бы шутки и смех.
Мы стояли посреди уютной комнаты с очень высоким потолком. Её стены представляли собой ряды книжных полок от пола до потолка. Огромный камин, красивая мебель, обтянутая бархатом и кожей, светильники и великолепный письменный стол из красного дерева — всё здесь говорило о любви к книгам и желанию с удобством наслаждаться их обществом. Я легко представила Михаила, расположившегося в уютном кресле у огня, и внутри защемило от неизвестного ранее чувства.
— Вам здесь не нравится, госпожа Сюзанна? — вопрос Теодора вырвал меня из раздумий.
— Что вы, здесь очень красиво, — я невольно подошла к тому креслу, в котором только что представила жениха.
Мажордом улыбнулся, глядя на меня:
— Господину Д’Эсте тоже понравилось это кресло, — неожиданно сказал он и, чуть помедлив, добавил: — Вы — редкостное сокровище, госпожа Сюзанна. Вы даже не представляете, насколько вы исключительны. Дайте господину шанс, и он станет для вас тем, кто вам так нужен.
От этих слов я напряглась как пружина. Я не должна поддаваться на все эти уговоры! Сначала Клодия со своими предупреждениями, теперь Теодор с этим бредом о сокровище! Я обычная! Я ничем не лучше и не хуже других!
Я приготовилась к новым откровениям, но мажордом отвернулся и направился к двери. У выхода он остановился, ожидая меня:
— Нам осталось посмотреть бассейн и спа-зону, там как раз всё готово, — Теодор вновь стал той же непроницаемой статуей.
До ужина оставалось время, и я решила искупаться и привести себя в порядок. К моей радости мне на помощь пришла Клодия. Горничная предложила высушить и уложить мои волосы, а мне просто хотелось уюта, который она приносила с собой в мою красивую темницу. Оказалось, что Клодия умеет не только делать прически, но и окончила курсы по визажу.
— Я вообще мечтаю быть стилистом у известных личностей! — взволновано поделилась со мной девушка. — А работа у господина Д’Эсте открывает массу возможностей.
— Но ты ведь горничная?
Клодия, не смутившись, смешливо фыркнула:
— Как же мало вы знаете! Я горничная у супруги господина Д’Эсте! Если благодаря мне вы будете сиять на приёмах и званых вечерах, я очень быстро смогу сделать ту карьеру, о которой мечтаю!
Я невольно улыбнулась. Мне нравилась эта шустрая говорливая девушка, а судя по тому, что я увидела в зеркале, когда она завершила свои манипуляции, у неё действительно большое будущее в сфере моды и красоты!
Талантливые руки Клодии совершили настоящее чудо! На меня смотрела таинственная незнакомка в лёгком струящемся платье цвета слоновой кости. Волосы были убраны, открывая лицо, и струились по спине сверкающими кольцами. Кожа будто сияла изнутри, а глаза мерцали от восторга и страха предстоящей встречи с Михаилом. Я была такой хрупкой и красивой! Вот только все эти приготовления сделали меня слишком похожей на женщину, а в мои планы это не входило.
— Вам нравится? — взволновано спросила горничная.
 
— Очень, но я так не пойду! Это слишком! — я тут же кинулась в гардеробную в надежде, что успею переодеться.
Раздался стук в дверь, я обернулась и столкнулась с довольным лицом рыжей предательницы!
— Ты ведь специально сделала меня такой!
Клодия виновато опустила глаза:
— Я ничего не сделала. Я всего лишь уложила ваши волосы и немного подкрасила ресницы. Вы очень красивая, госпожа Сюзанна, но в этом нет моей вины, — абсолютно серьёзно сказала горничная.
Раздался повторный стук, и открылась дверь, впуская в комнату Теодора:
— Вы готовы? — мажордом сохранял невозмутимый вид, но по его глазам я видела, что он очень доволен моим новым обликом.
В столовой меня уже ждал Михаил, он стоял лицом к окну и что-то читал в своём смартфоне. Услышав мои шаги, он обернулся. В то же мгновение я послала Клодии миллион благодарностей и столько же проклятий. Михаил был поражен. Его тёмные глаза скользили по моей фигуре, постоянно возвращаясь к моему лицу. Он будто бы не верил, что это действительно я. От такого явного восторга, у меня перехватило дыхание, и если бы не Теодор, обратившийся к своему хозяину с вопросом можно ли подавать ужин, то я бы постыдно сбежала обратно в комнату.
Михаил неожиданно быстро оказался рядом и галантно отодвинул для меня стул, когда он склонился ко мне, помогая расположиться поближе к столу, я на мгновение ощутила его горячее дыхание у виска и по спине понеслись предательские мурашки. За секунду до того, как жених сел на своё место, я ощутила его теплые пальцы, скользнувшие по моему голому плечу. От этой непривычной ласки меня бросило в жар.
Красивое лицо Михаила было прямо напротив, и, заметив его пристальный взгляд, я уставилась в пустую тарелку.
— Тебе понравилась твоя комната? — спросил жених, и я почувствовала, что ему с трудом удавалось сохранять привычный ледяной тон.
— Это важно? Она ведь временная, — не поднимая глаз, сказала я дрожащим голосом.
— Когда я с тобой говорю, будь добра, смотри на меня, — уже более уверенно сказал Михаил, и мне пришлось взглянуть на него.
От того, как лихорадочно сверкали его удивительные тёмные глаза, стало страшно. В их бархатной глубине было что-то такое, чего я не заметила при нашей первой встречи. Что-то, отчего захотелось вскочить и убежать, спрятаться от этих глаз и никогда больше их не видеть.
— Значит, комната тебе не понравилась? — вновь спросил он.
Под его взглядом врать было бессмысленно:
— Понравилась, — сглотнув комок, ответила я.
Как же взять себя в руки и задать так волнующие меня вопросы? Как перестать дрожать и набраться смелости, чтобы отстоять свою свободу и свои мечты? Какая же ты трусиха, Кудряшка Сью!
— Я хочу, чтобы ты поняла раз и навсегда. Я тебя никуда не отпущу! Что бы ты ни задумала, придётся об этом забыть, — глядя будто бы сквозь меня, холодно сказал Михаил. — А чтобы ты не сомневалась в серьёзности моих слов, мы обвенчаемся сегодня в полночь. Это убережёт тебя от опрометчивых действий.
  
Глава 4
 
Вот и всё! А ведь я надеялась, что у меня в запасе есть время, чтобы убедить жениха в своей ненужности! Я смотрела на его красивое холодное лицо, а внутри бушевала такая буря! Почему? Ну, почему я такая слабая! Нерешительная! Даже в тот день, когда Никита оскорбил меня и растоптал мои чувства, я не смогла за себя постоять! Неужели и сейчас, я буду молчать? Михаил хмурился, будто читая мои мысли, и мрачнел с каждой секундой. Молчание затягивалось.
— Зачем я вам? — мой голос прозвучал на удивление твёрдо, но я вскоре пожалела, что задала этот вопрос.
— А зачем обычно мужчине нужна женщина? — вскинув бровь, спросил Михаил, и я задрожала всем телом.
— Вам недостаточно других женщин? Уверена, от них было бы больше пользы, чем от меня!
Я чувствовала, как от страха и гнева бешено колотится сердце. Бедное — оно так хотело вырваться наружу и обрести свободу, что чуть ли не ломало мне рёбра!