Гремучий Коктейль 3 (СИ)

— «Иллюзия!», — тут же выдала Фелиция, — «Он удрал!»
Я тут же ретировался назад за машину, подманил к себе воплями девушек и начал вызванивать полицию. Человек, способный создать заклинание, которое чисто ударной волной сдвинуло с места набирающую скорость двухтонную дуру, а умеющий становиться невидимым — определенно заслуживал осторожного обхождения. А уж когда выяснилось, что у двоих мной убитых, сидевших на переднем сидении, были гримуары… мы вообще стали дышать через раз, переводя стволы и Щиты по сторонам с такой синхронностью, что у барона Медичи бы слезы умиления выступили. Возможно, не только в глазах.
Приехавшие стражи закона, наоборот, никакого умиления не вызывали. Суровейшие дядьки в черных шинелях, сплошь вооруженные массивными автоматами, нацелили было их на нас, но быстро убрали, услышав слово «князь». Да и мы с Кристиной, хоть и без оружия, но с Щитами наголо, особой опаски не внушали. Тут еще и Анна Петровна подковыляла, да не одна, а с соседями, тут же начав исповедоваться серьезному худому следователю, записывающему чуть ли не дословно в блокнот. Ну а затем, собрав показания, он предложил нам «пройти».
Пришлось потратить время, но, как оказалось, с пользой. В участке мы продемонстрировали нашу принадлежность к Тайному Приказу, после чего тот же, следовательно, не только расщедрился на неплохой чай, но и счел нужным сообщить, что за люди сидели в машине. Как оказалось — финны, зачем-то приехавшие в Петербург. Два благородных брата и четверка слуг. Трех из них мы ухлопали, а вот женщина, которую нашли в дешевом отеле на окраине, уже вовсю дает показания. Ничего необычного, простой мелкий род, решивший подзаработать. Явно грешивший чем-то похожим ранее. Единственная необычная деталь…
— У нас тут повестка дня, ваши светлости, о повышенной бдительности к гостям с Запада, — устало выдохнул следователь, — Вы, наверное, не знаете, но в Польше огромный прорыв, там портал укрепился до стадии Оплота. Твари около него разумные настолько, что дирижабли сбивают. Его императорское величество уже войска направил, как и все соседние страны. Так вот, все, у кого чернокнига есть, в Польше, подлежат призыву на закрытие этой мерзости, от того и бегут куда глаза глядят, боясь, что их в первых рядах погонят. А то и погонят, их вина, что Оплот возник. А так, как беглецы народ, в общем-то, нищий да скользкий… будьте настороже. Они только начали к нам просачиваться, сидят тихо, как мыши, но если их рублём поманят…
А ведь этого ждать вполне стоит, понял я, разглядывая участливого следователя. Уставшего такого человека, явно работающего сверхурочно. В этом мире загранпаспортов нет, если благородный приехал откуда-то, то вопросов к нему не возникает, особенно если он языком владеет.
— Меня больше интересует тот бомбист, который убежал, — проворчала Кристина, — У вас он, в полиции, не проходит?
— Вы дали на редкость хорошее описание, ваше сиятельство, — вздохнул следователь, — но никого подобного в розыскных листах не значится. Будем искать среди тех же поляков, эстонцев и финнов. Они вполне могли быть конкурентами.
Офигеть. Я настолько классный, что конкуренты на мое убийство уже сталкиваются лбами при попытке меня прикончить.
Ария, что интересно, этим вечером домой не пришла, как и её мужик. Подкупленная за свежий торт Пиата бдила у окон гулящей баронессы до поздней ночи, но так никого и не дождалась.
 Глава 16 
— Я смотрю на вас с горьким пониманием, что до пенсии мне теперь не дожить… — Ежов излучал скорбь и усталость, но кофе отхлебывал с энтузиазмом, — Покушение? Прошу прощения, но это ваши личные проблемы. А вот неизвестный портал, который вы, ваше сиятельство, закрыли неизвестно где и неизвестно каким образом… и по неизвестным Тайному Приказу мотивам не раскрываете деталей — это, внезапно, стало моей личной головной болью. Почему оно ей стало, Дайхард?
— Потому что я выполнил свой долг, но при этом дал слово не раскрывать подробностей? — вздёрнул я бровь.
 
— А выполнили вы этот долг потому, что как раз могли дать это ваше слово дворянина, не считайте меня наивным глупцом, прошу, — поморщился наш куратор, инструктор и нянька, — Вы так хотите попасть под общее расследование?
— Было бы неплохо, — улыбнулся я, — Может, от наблюдателей будет какой-то толк во время следующего покушения.
— Изумительно, — скривил губы Алексей Дмитриевич, — За словом в карман не лезете. Отдуваться, тем не менее, мне.
— Вы же понимаете, — подала голос Кристина, — Что мы можем быть точно в вашем положении с этим таинственным порталом?
— Только я за вас отвечаю!
— Вы только что сказали, что двойное покушение — это наши проблемы! — весело возмутился я, — Если вы, уважаемый Алексей Дмитриевич, думаете, что княжеская пара будет эдакими универсальными отмычками к неприятным и трудным людям, но при этом в остальном ничем не будет отличаться от других городских ревнителей, то вы глубоко заблуждаетесь! У нас масса своих дел, интересов, связей и обязательств, которым мы уделяли и будем уделять время и силы. Немыслимая наивность думать иначе!
Человек скуксился, не нашел что сказать, а поэтому, допив кофе, быстро ретировался, оставив после себя лишь несколько распечаток последних сводок со службы. Я их уже мельком посмотрел, в основном ничего интересного не было. За исключением наших приключений и циркулярной задачи агентам узнать, где проклятый Дайхард закрыл портал. Черт, если бы не отметины на кристалле, этот вопрос бы вообще никогда не поднялся.
Мы с Кристиной оказались предоставлены сами себе. Директор академии, позвонив мне, с большим неудовольствием выслушал доклад о потерянной баронессе, буркнув, что подаст в розыск. Следующим делом я огорчил Витиеватого, которому не сколько не понравился момент, что нас чуть не убили, как мой вопрос о том, когда он, наконец, заберет Курва. На этот раз я уже огорчился, пригрозив, что через неделю начну считать собаку своей собственностью, о чем официально уведомляю. Старик лишь засопел в трубку, а потом повесил её. Я это понял как согласие.
В виду опасности нашего пребывания на свежем воздухе, я своей княжьей волей перевел все физические упражнения в дом. Было довольно забавно учить хмурую брюнетку, крайне неловко притворяющуюся моей женой, как нужно качать мышцы пресса, груди и рук подручными средствами, но дело шло быстро — Кристина всё схватывала на лету, а переводить набранные за сытные приемы пищи калории в мышцы и энергию, ей, как и любой женщине, хотелось очень даже сильно.
С расследованием по делу оборотня выходила полная беда. В сводках, лежащих у нас на столе, упоминалось, что уже более недели новых жертв оборотня не было. Никто не звонил в полицию, не жаловался и не истерил. Хуже всего было то, что я, пока мы забивались у Бронзовой Черепахи татухами, спросил эту чудесную женщину — не знает ли она что-то про чудесного мужика, после ночи с которым у женщин отрастают волосы, пенисы, да меняется голос? Китаянка ответила, что слышала о подобном, но только о происшествиях со знатными дамах, любящими гульнуть. Но она не всеведуща. Хмм…
— Ты куда собрался? — с видом недовольной жены её тернейшество нарисовалось возле одевающего камзол меня.
— В бордель! — честно ответил я, повергая население квартиры в состояние шока. Прежде чем его глубина достигла апогея, я понял, что предоставил не совсем полную информацию, тут же завершая объяснение, — У меня там связи. Нужно узнать, не отрастила ли себе что-то ненужное какая-нибудь ночная бабочка. Они, в отличие от наших жертв, лучше запоминают клиентов. Я скоро вернусь.
— …ты туда только за этим?
Тихий и какой-то робкий, вопрос меня заставил застыть в позе переклинившего автомата, а потом заново провернуть всю беседу в голове. Поняв, осознав и даже немного смутившись, я посмотрел на супругу, стоящую на фоне невероятно осуждающей Анны Эбигейловны. Горничная почти излучала укор массового поражения!
— Если… или когда моё воздержание станет невыносимым, я предпочту сначала обсудить этот вопрос с тобой, — обозначил я красные линии, не стесняясь человекоподобных горничных, котов и собак, а также даймонов, — Пока у нас досуга даже близко не предвидится. Но если хочешь, я могу не ходить. Вызовем кого-нибудь сюда. У меня есть номер. Если хочешь, даже сама вызовешь!