Отдайся ему (СИ)

Но так нельзя! Мы не можем сделать это, ведь он сын мужа моей сестры, пасынок Виолетты. Не сможем заниматься сексом, потому что он — это он! — убеждала себя я, ощущая на какой-то момент желание поддаться ему.
Дмитрий Борзов был далеко не тем, кого позволялось любить девушкам, вроде меня. Я знала, как такие мужчины играли, забирая чужую невинность и оставляя у разбитого корыта. Мне не хотелось полюбить лишь затем, чтобы потом ощутить разочарование и боль. Будучи давно влюблённой в него, я не могла позволить ему подобное, потому что не хотела стать очередной игрушкой.
— Шлюшка Софи, — тем временем, прошептал парень между поцелуями.
Он медленно спускался куда-то вниз, а его губы находились практически везде: на шее, возле уха, ключицах или в ложбинке шеи. Я задыхалась, находясь под ним. Возбуждённая и мокрая. Напуганная и одновременно страстно желающая продолжения.
Дима прав. Я и правда шлюха! — пришло ко мне внезапное осознание, когда я почувствовала его дыхание у груди. Не успела его остановить, как он уже принялся облизывать и посасывать чувствительные соски, лаская их и сжимая до приятной боли. В какой-то момент, одна из его рук оказалась на моём лобке, а потом ловко отыскала пульсирующую горошинку и принялась умело ласкать её, поддразнивая меня и моё желание. Когда я почувствовала, как потекла на его пальцы, то дёрнула руками, желая освободиться и оттолкнуть наглеца. Вырваться не получилось, а Борзов не дал мне свести ноги, резко вводя свои пальцы в меня, размазывая мои соки и большим пальцем растирая клитор.
— Ох, как ты течёшь, сука! Моя шлюшка! — выдохнул он.
Я напрягла живот, сдерживая рвущийся наружу крик и кусая нижнюю губы, когда кончила под ним и его ласками. Комнату заполняло наше шумное и тяжёлое дыхание, а перед моими глазами мелькали чёрные точки. Смыкая вместе в сладкой истоме бёдра, я хорошо слышала, как хлопала и сжималась моя киска.
— Теперь пришла моя очередь наслаждаться твоим телом, Софи.
  
Глава 2
 
Софья
Я чувствовала, что моё тело медленно деревенело от страха. Все приготовленные слова застряли в горле, когда Борзов отточенными движениями избавился от футболки, следом стаскивая и брюки вместе с трусами. Мгновение — и его каменный член просто выпрыгнул на свободу, на крупной головке которого уже выступила первая капля.
Раньше я никогда не видела обнажённого мужчину вживую, ведь до него у меня не было отношений с противоположным полом. До этого момента мне не доводилось ни с кем целоваться, поэтому такое со мной происходило впервые. Впрочем, пускай Дима меня и привлекал, а от его грубых ласк я возбуждалась и текла, словно шлюха, но мне совсем не хотелось, чтобы он забрал мою невинность.
Как оказалось, у моего незваного гостя было накаченное тело, а на его груди и руках находились татуировки. Пожалуй, что красоту Борзова лишь подчёркивали его серебристые глаза, короткие волосы и двухдневная щетина. «Не парень, а мечта», — мелькнула у меня непрошенная мысль, которую я сразу же подавила, потому что он пугал меня до смерти. Буквально чувствовалось, как в моих венах стыла кровь, стоило мне лишь посмотреть на него. Взгляд так и опускался ниже, где находился его огромный член, который точно дубина покачивался передо мной.
Зажмурив глаза до чёрных пятен, я отчётливо ощущала, как пот струился не только по моему лбу, но и по обнажённой спине, едва прикрытой тонкой тканью распахнутого халата. Ещё раз дёрнув руками, я вновь постаралась освободить их, не обращая внимание на боль, которая была от впившего в кожу ремня.
Заметив мои жалкие попытки, Дмитрий нахмурился и одарил меня таким взглядом, что мне захотелось куда-нибудь от него спрятаться. Вполне вероятно, что в другое время я так и сделала бы, однако пока оставалась связанной, то при всём желании не могла.
— Расслабься, Софи, — сказал мужчина, растягивая последнюю букву и опускаясь рядом, а его дыхание коснулось кожи рядом с моей шеей.
Я не успела ему ответить, попросив прекратить, ведь его язык лизнул моё ухо, а затем последовали медленные поцелуи вниз.
 
Отвернувшись от Дмитрия, я попробовала скрыть слёзы, что катились по моим щекам, но только он не позволил. Обхватив крепко лицо, Борзов склонился к моей шее, кусая и посасывая там кожу, словно бы оставляя клеймо. «Ставит свою метку. Помечает меня своей!», — поняла я, ёрзая от неудобства под ним.
Неожиданно его рука скользнула вниз живота и накрыла мой лобок, ловко отыскивая клитор и начиная ласкать тот большим пальцем. Парень будто заставлял меня не сопротивляться ему, отбирая последний шанс на свободу.
Пытаясь как-то противостоять, я отчётливо понимала, что тело больше не принадлежало мне, представляя из себя теперь оголённый нерв. Казалось, что стоило раз коснуться — и я взорвалась бы. Дима словно знал мои эрогенные зоны, а его ласки вырывали из меня стоны, что медленно превращались в крики. Я была натянутой, как струна. «Он — чёртов искуситель!», — понимала про себя, но ничего не могла с этим сделать.
Я и не заметила, как начала подмахивать бёдрами, сама пытаясь насаживаться на чужие пальцы. Оргазм неуклонно приближался ко мне, а внизу моего живота всё скручивалось в узел, словно бы собираясь лопнуть. В какой-то момент, когда я находилась уже на пике, всё резко вдруг прекратилось. Дима отстранился и убрал руку, который ласкал меня, а его губы, что страстно целовали мои, насмешливо улыбались.
Разочарованно застонав и шумно дыша, я облизнулась, а в моих ушах стоял странный звон.
— Ты кое-что забыла, — произнёс парень, а я нахмурилась, не совсем понимая его. Наклонившись ко мне, он опёрся на локти и заглянул мне прямо в глаза, продолжая при этом порочно усмехаться. — Попроси! Попроси меня трахнуть твою мокрую киску, Софи, — прошептал Борзов у самых моих губ.
И если до этого мой разум был затуманен желанием, то теперь я неожиданно смогла думать своей головой, а не одними инстинктами. Прикрыв глаза, я попыталась глубоко дышать, пока низ живота сводило от напряжения, бёдра било конвульсиями, а последние остатки возбуждения сходили на нет.
— Отпусти меня, — громко потребовала и подёргалась, чтобы он понял. Впрочем, Дима никак не отреагировал на мои слова, лишь мельком взглянув на мои связанные руки и фыркнув.
— Неправильный ответ, — негромко пробормотал, проводя носом за ухом и вызывая мурашки. — Если не хочешь, чтобы я выпорол твою аппетитную задницу, Софья.
— Я не хочу, — упрямо повторила. — Прошу, Дмитрий, развяжи меня и закончи этот цирк!
Мужчина подмахнул бёдрами и приглушённо застонал, накрывая мои торчащие соски ртом. Впрочем, как и сама я. «Если он подключит и руки, то уверена, что я превращусь в желе», — пришла ко мне отстранённая мысль, но потом я почувствовала, как головка его члена упёрлась ко входу, поэтому начала паниковать. Сильнее уже задёргавшись, принялась извиваться и кричать о том, чтобы он перестал.
— Прошу, — шептала я, словно мантру, параллельно чувствуя, как слёзы катились с глаз и затекали в уши. Если моё положение не оказалось таким шатким, то я могла бы и засмеяться, потому что было щекотно и немного смешно. — Нельзя. Нам нельзя, слышишь? Нельзя!
— Нет ничего невозможного, если хочу я! И твоё тело говорит мне «да»!
— Я… не могу. Прошу, развяжи меня.
Мне казалось, что Борзов не слышал мои мольбы, однако он удивил меня, когда задал лишь один вопрос:
— Софья, ты девственница?
Впервые парень смотрел на меня так серьёзно, хмурясь и не сводя с меня серебристых глаз, в которых не осталось и следа дурацкой насмешки.
Стремительно вспыхнув, как спичка, я ощутила жар своего смущения на щеках и шее. Мне снова захотелось отвернуться и не смотреть на него, но я не могла пошевелить даже пальцами рук, поэтому просто замерла и перестала дышать.
— Не твоё дело, — пробурчала себе под нос, но впрочем, если было судить по взгляду Димы, то он всё понял.
Крепко зафиксировав мои бёдра, он не позволил мне пошевелиться, окидывая моё тело потемневшими вдруг глазами. Для меня действительно стал неожиданностью тот факт, что Борзов мягко и открыто улыбнулся, без ехидства или уже привычной насмешки. Без своей пугающей ухмылки. Признаться честно, я не совсем понимала, что это означало, поэтому не знала, стоило ли мне пугаться или же нет.