Отдайся ему (СИ)

Посмотрев на Диму, я увидела, что тот продолжил сидеть и сверлить мою сестру невидящим взглядом. Я поняла, что он тоже думал о том, что пришло ко мне в голову несколькими секундами ранее. Тем временем за столом началась настоящая суматоха, ведь все поздравляли Виолетту, пока я не могла вымолвить даже и слова.
— Софа, ты почему сидишь? Иди и поздравь сестру! — сказала мама и силком заставила меня встать со стула.
— Поздравляю, — произнесла я сдавленным голосом, позволяя сестре обнять себе.
— Спасибо, — поблагодарила та, пока мне хотелось скинуть с себя её руки, которые, казалось, начинали меня душить. Немного помолчав, она едва слышно добавила, ошарашив меня: — Даже и не надейся, что я отдам всё богатство своему пасынку.
И я даже удивиться не успела, как очутилась вновь на свободе.
— Ещё один наследник семейства Борзовых! — объявила Виола, обнимая мужа.
Смотря на неё, я тщетно попыталась выдавить из себя что-то наподобие улыбки.
— Спасибо, — горячо прошептал Фёдор Ильич, опустив руку на её пока ещё плоский живот. Невооружённым взглядом было видно, как мужчина был рад этой новости.
— У Димочки скоро родится братик, — прощебетала сестра и повернулась к парню. — Ты рад?
Переведя взгляд на него, я поняла, что вот-вот должно было случиться нечто ужасное. Впрочем, остановить Дмитрия, который поднялся с места, всё равно было не в моих силах.
— Рад тому, что ты так искусно играешь роль любящей жены? Или тому, что ты наставляешь рога моему отцу, поскольку ребёнок не его? — медленно поинтересовался он, аккуратно отставляя в сторону бокал, с которого только что пил.
Отступив к стене, я увидела, что Фёдора Ильича перекосило от злости.
— Дмитрий! — грозно оборвал он сына, но тот даже бровью не повёл.
Мама медленно присела на край стула, а мне пришлось ей помочь. Мои родители были в возрасте, поэтому такие разговоры могли отразиться на их здоровье.
— Мам, пей, — тихо попросила я, подавая той воду.
«Как бы у неё давление не поднялось», — обеспокоенно подумала про себя.
— Сейчас же извинись перед Виолой! — потребовал Борзов-старший, на что Дима лишь фыркнул. Чёлка упала ему на лицо, закрывая глаза, отчего парень в тот момент походил на настоящего плохиша.
— Зачем? За то, что сказал правду? — уточнил он.
— Видишь? — спросила Виолетта и горько хмыкнула, освобождаясь из объятий супруга и театрально шмыгая носом. — Он каждый раз это делает, но только ты не замечаешь! Не любит меня твой сын, а поэтому всегда, когда выпадает шанс, унижает меня! Даже мою сестру в свою игру втянул!
Услышав её, я ошарашенно повернулась к ней. «Что значит, втянул и меня?» — нахмурившись, задалась про себя вопросом.
— Дочка, ты это о чём? — напрягшись, поинтересовалась мама.
— О том, что твоя дочурка влюблена в Диму! — закричала Виола. — Я уже устала говорить ей, что он делает всё это назло мне. Не любит он тебя, Софья!
Последний выпад уже точно предназначался мне, отчего мои глаза стремительно наполнились слезами. Я посмотрела на Дмитрия, который тоже смотрел в мою сторону, а в его взгляде читалось так много боли, что всё было понятно и без слов. Он боялся, что я могла поверить сестре, а не ему. Покачав головой, я понадеялась, что он правильно меня понял.
— Это всё дурное влияние его матери, — влез в наш разговор Фёдор Ильич, тем самым совершая большую ошибку. И пусть мне было пока неизвестно, какие отношения были между Димой и его матерью, но если бы я оказалась на его месте, то тоже бы не выдержала оскорбления в сторону женщины, которая меня родила.
— Не оскорбляй мою мать! — тихо сказал парень голосом, не терпящим возражений, сжимая и разжимая кулаки. — Не тебе её судить! И не твоей сучке-жене!
— Видишь? Он даже при тебе не перестаёт унижать и оскорблять меня! Отпусти меня, я лучшей уйду в отчий дом, чем буду терпеть такое отношения к себе и своему ребёнку! — завопила Виолетта.
Дима же громко рассмеялся. Впрочем, его смех прекратилось столь же резко, как и начался, потому что Фёдор Ильич не стерпел и ударил его. В комнате сразу возникло тяжёлое молчание, а парень, прикладывая руку в щеке, медленно повернулся к отцу. Его глаза буквально горели яростью.
 
— Когда она родит своего отпрыска, то не забудь сделать ДНК-тест, если не хочешь остаться лохом, отец, — спокойно сказал он и, резко развернувшись, ушёл, напоследок пнув стул рядом с сестрой. Я собралась было выбежать за ним, но последняя схватила меня за руку и прошипела:
— Ты что делаешь, дура?
— Зачем ты так? — игнорируя вопрос, тихо спросила я, а затем вырвалась из её хватки и сказала: — Вы совершили ошибку, Фёдор Ильич. Дима ведь хотел как лучше.
— Софья! — одновременно воскликнули мама с Виолой.
— Боишься, что я расскажу, как ты домогалась до Димы? Или то, как увидела тебя полуголой в его квартире, пока того не было? — едко уточнила я, разводя руками.
Теперь пришёл мой черёд горько хмыкнуть. Скривив лицо, я развернулась и пошла в сторону двери, но потом остановилась и повернулась к родителям, решив признаться.
— Да, она права. Я люблю его. Мы с ним встречаемся.
Я и не заметила, как мама оказалась рядом, а лишь ощутила оглушающую боль от её пощёчины.
— Не так я воспитывала тебя. Не так, Софья, — с горечью произнесла она.
И мне вдруг стало ясно, что я устала. Устала быть хорошей дочкой, примерной и послушной. Честно говоря, я всегда жила той жизнью, которую хотели мои родители. Даже профессию выбрала такую, чтобы им понравилось, и можно было находиться с ними рядом. Почему-то я пребывала в уверенности, что в момент, когда мне пришло бы время выйти замуж, то для меня бы был уготован парень, которого они одобрили. Только вот меня угораздило влюбиться именно в Диму.
— Я просто устала быть правильной девочкой, которая готова на всё, лишь бы вечно недовольная мать и неугомонная сестра, что никогда не замечала её, были довольны. Моя вина в том, что я полюбила его? — сухо поинтересовалась у всех.
Мама попыталась что-то ещё ответить, но в наш разговор вмешался отец, который до этого момента молчал.
— Светлана, оставь девочку. Пусть идёт, куда хочет, — твёрдо сказал он.
  
Глава 15
 
Софья
— Спасибо, — тихо прошептала я отцу и, больше не говоря ни слова, выбежала вслед за Дмитрием, но не успела на долю секунды. Он, не став меня дожидаться, уже уехал, оставив после себя лишь рёв мотора. Схватившись за голову, я проводила глазами его автомобиль, совершенно не зная, что дальше делать.
На счастье, мне удалось остановить такси и, словно шпионка из фильма, последовать за машиной парня. Я не знала, куда он направлялся в такое время, но одно понимала точно: нельзя было оставлять его одного. Неизвестно, как он мог ещё себя повести.
— Спасибо, — вскоре бросила я, расплачиваясь с таксистом и обнаруживая, что Дима пришёл в тот самый клуб, где в прошлый раз вступал в ринге.
Сердце зашлось рваными толчками, дыхание участилось, а воспоминания того дня пронеслись у меня перед глазами. Его окровавленное лицо, поплывшие глаза… Сжав руки в кулаки, я решительно двинулась ко входу, где стояла огромная очередь.
— Билет, — попросил меня охранник, что пропускал всех по одному с невозмутимым лицом.
— У меня нет билета, — созналась я, на что он лишь хмыкнул и отозвался:
— Тогда не занимай моё время, птичка.
— Послушайте, но там мой парень! — возразила ему, однако мужчина уже не слушал.
Отойдя в сторону, я принялась звонить Борзову, но его телефон был отключён. «Чёрт! Что он собирается сделать и почему игнорирует мои звонки?» — сморщившись и выругавшись, с тенью страха подумала я, оглядываясь по сторонам.
Неожиданно мне вспомнилось о Владе, которого я и решила попросить о помощи. На благо номер последнего у меня был записан, а сам парень не отказался помочь и пообещал подъехать на место через двадцать минут.
— Я как раз поблизости, — успокоил он меня.