Поворот не туда (ЛП)

— Подожди, что?
— Что? — повторяю я, сбитая с толку. — Ты же сказал закрыть на замок, верно? Ты ведь сказал, что никогда не знаешь, кто может появиться…?
— Дорогая… — голос Адама затихает так, что я мгновенно начинаю нервничать. — На воротах нет цепного замка — только задвижка с внутренней стороны. Последний раз, когда мои родители были здесь, замок сломался, и они еще не успели его заменить.
Я замираю.
— Значит… замка с цепью нет?
— Нет…
— Тогда какого хрена я только что сделала? — восклицаю я в отчаянии. — Я только что заперла себя — где бы я черт возьми ни была.
— Отправь мне свою геолокацию, — голос Адама приобретает тревожные нотки. — Мне нужно понять, где ты находишься. Я знаю большинство людей в округе… Но поблизости от нас нет никого с черными воротами. Должно быть, ты сбилась с пути или ввела неправильный адрес.
Мое сердце бешено колотится, пока ветер завывает вокруг машины, раскачивая ее. Я тянусь к телефону, пытаясь отправить свое местоположение Адаму, но экран зависает.
— Не работает.
— Наверное, из-за погоды, — его голос остается спокойным. — Просто подъезжай к дому и объясни, что заблудилась. Я смогу встретить тебя — где бы ты ни была.
Я понятия не имею, будет ли кто-то в том направлении, куда я еду. Я даже не знаю, ведет ли эта дорога к дому.
— Может быть, мне просто поехать домой, — вырывается у меня, пока я закрываю глаза, страх пульсирует по всему телу.
— Что, черт возьми, это значит? — огрызается Адам. — Почему ты хочешь уехать? Мы планировали эту поездку с лета, и, для твоего сведения, с приближающейся метелью тебе никогда не выбраться отсюда.
— Кэти рассказала мне то, что ты сказал Аарону, — выпаливаю я, раздражение, боль и разочарование наполняют мою грудь, пока я давлю на газ и начинаю подниматься вглубь леса.
— О чем ты говоришь?
— Он сказал, что ты сказал ему, что всё это никуда не ведет — и что вся эта двухнедельная поездка нужна только для того, чтобы все думали, что ты пытаешься наладить отношения со мной, — я хочу вырвать свои волосы, понимая, что сейчас самое неподходящее время для этого. Надо было молчать.
Потому что Адам, конечно же, молчит.
Я бросаю взгляд в зеркало заднего вида, и комок в горле становится еще больше. Ворот уже не видно, и я чувствую, как деревья словно поглощают меня. Передние колеса пробиваются сквозь сугробы, и, двигаясь дальше, я, наконец, теряю управление.
— Похоже, тебе нечего сказать, — бормочу я, переключаясь на полный привод. — Отлично.
— Нет смысла вести себя так, — отзывается Адам. — Я был пьян, и между нами были проблемы. Я стараюсь. Ты не можешь верить всему, что говорит мой брат.
— Да, может быть, пора прекратить всё, — вздыхаю я, закатывая глаза. Боже упаси, чтобы проблема была в нем.
— Прекрасно. Как скажешь. Просто позвони мне, когда поймешь, где черт возьми, ты находишься. Как только это дерьмо уляжется, мы разойдемся. Разве не этого ты хочешь, Эм? — я слышу боль в его голосе перед тем, как он отключается, и с досадой швыряю телефон на пассажирское сиденье…
В тот самый момент, когда мои пикап застревает в снегу.
Глава 1
Ты должно быть шутишь. Я переключаю передачу на задний ход, злость заставляет меня сильнее нажать на педаль газа. Машина дергается назад, затем снова застревает, колеса буксуют. Я снова переключаюсь на драйв и пытаюсь выехать, но лишь еще глубже увязаю в снежной каше.
Я оглядываюсь, сердце пульсирует в висках.
— Блядь! — кричу я и бью по рулю кулаком. Убираю волосы с лица и заставляю себя сделать глубокий вдох. Я щурюсь, вглядываясь в вихрь бешеных белых хлопьев, различая то, что, возможно, является домиком примерно в двухстах ярдах впереди. С уверенностью сказать невозможно.
Кто его знает, может, это всего лишь оптическая иллюзия. Я хватаю телефон и снова звоню Адаму, выключаю двигатель и распахиваю дверь. Пожалуйста, ответь.
— Я собираюсь приехать за тобой, даже если ты хочешь расстаться, — отвечает он резко вместо приветствия. — Я просто жду, когда ты скажешь, где, черт возьми, ты находишься.
  
— Я звоню, чтобы сказать, что застряла, — говорю я, не обращая внимания на его резкость, пока ветер режет лицо, как лезвие. — И, похоже, мне придется идти оставшийся путь до домика пешком.
Он молчит.
— Адам?
— Тебя плохо слышно из-за ветра, — его раздраженный тон становится мягче. — Ты сказала, что застряла и идешь пешком?
— Да, — как только я отвечаю, я слышу что-то вдали — звук, похожий на лай собак. Он посылает волну напряжения через мое дрожащее тело… но, по крайней мере, это ведь признак жизни впереди?
— Ты сказала, что видишь дом?
— Не знаю… — щурюсь я, продолжая идти, прижимая телефон к уху. — Думаю, да, — я различаю некое строение, но в таком снегопаде невозможно сказать точно. — Я слышу, как лают собаки.
— Это хороший знак, — вздыхает он, звуча с некоторым облегчением. — Просто скажи им, что застряла. Как я уже говорил, я могу приехать за тобой, если ты найдешь адрес. Я всё еще не вижу твою геолокацию, Эм. Я уже готовлюсь выезжать. Большинство людей здесь хорошие и поймут, что ты влипла в историю из-за плохой погоды. Они, возможно, помогут тебе выехать… опять же, если ты поторопишься.
— Я двигаюсь так быстро, как могу, — отвечаю я с раздражением, чувствуя, что мои походные ботинки недостаточно теплые для такой прогулки. — Надо было надеть утепленные сапоги.
— Просто опусти голову, и ты будешь⁠…
— Что?
Тишина.
Я убираю телефон от уха, звук лая собаки усиливается, когда ветер на мгновение стихает. Я смотрю вперед и вижу двухэтажный дом из бревен. Он не так далеко, как мне показалось вначале, и по моим ощущениям, это всего около ста ярдов.
Я смогу добраться. Смотрю на экран телефона и вижу сообщение о сбое вызова. Вздыхаю, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Я одна в этой ситуации, но всё будет хорошо.
Большинство людей добрые. И, надеюсь, эти люди окажутся именно такими.
Но мысль об этом мало утешает, когда в голове начинают прокручиваться эпизоды криминальных шоу. Мои руки трясутся, когда я пробиваюсь сквозь деревья, и придерживаю капюшон, чтобы ветер не сорвал его. Я не имею ни малейшего представления, что меня ждет, и чем громче становится лай, тем сильнее растет моя тревога.
Я преодолеваю еще пятьдесят ярдов и начинаю различать детали домика. Он не в идеальном состоянии, но и не заброшен. Собака продолжает лаять, но я не могу понять, откуда именно.
Кто-то должен быть дома. Они же кормят свою собаку, верно?
Одной рукой я держу капюшон, другой прикрываю глаза от снега и замечаю какое-то движение на крыльце. Видеть ясно невозможно, но ради того, чтобы согреться и выбраться отсюда…
— Эй! — кричу я, перекрикивая завывание ветра. — Я застряла, можете помочь?
Ответа нет. Может быть, меня не слышат из-за шума ветра. Или это был только лай собаки? Я снова кричу, голос дрожит от боли, причиняемой холодом, заполняющим легкие. Дома сейчас было бы градусов десять по Цельсию — вот где мне стоило остаться.
Ответа по-прежнему нет, и мои глаза начинают слезиться. Снегопад на мгновение ослабевает, и я выдыхаю с облегчением, обдумывая, что скажу, когда доберусь до крыльца.
«Я свернула не туда, простите меня. Можете помочь мне выбраться? Мой парень уже в пути. Или бывший парень? Мы всё еще вместе?»
Мой поток мыслей прерывает резкий треск, прошибающий зимний воздух.
И боль пронзает мою руку.
Я опускаю взгляд и вижу разбитый телефон… и кровь. Много крови. Боже мой. Я… Меня что, подстрелили? Ветер срывает капюшон с моей головы, и я роняю телефон в снег, капли крови окрашивают белую пудру. Сдерживая слезы, я бросаюсь обратно в лес, прижимая руку и стараясь успокоиться.
Черт, что только что произошло?
Я пытаюсь перевести дыхание, привалившись спиной к дереву и развернувшись к домику. Очевидно, я свернула не туда. Очевидно, это не те «в основном хорошие люди», на которых я надеялась. Но, всё равно, это должно быть какое-то недоразумение. Я из Оклахомы. Я понимаю, что значит опасаться чужаков, понимаю деревенских мстителей. Но серьезно, я не несу никакой угрозы. Я просто застряла. Я не собираюсь задерживаться здесь. Я не собираюсь красть их вещи и продавать это дерьмо ради мета4.