Геном Ифрита (СИ)
Гонец совсем уж было собрался занять свое место рядом с падишахом, но тот указал ему место в выстроившемся один за другим караване верблюдов, каждый из которых был привязан к седлу идущего впереди.
Чернокожий воин вскоре понял, что не спит только первый верблюд и его всадник! Остальные, и воины, и животные, словно впали в транс. Движение каравана замедлилось, но не прекратилось! Войско все так же продолжило двигаться в сторону города-государства нуждающегося в помощи.
Гонец очнулся, когда пустыня зарозовела от лучей утреннего солнца. Он понял, что лежит на войлочной подстилке, прижавшись к теплому боку своего верблюда.
Когда остановился караван? Как долго продолжался отдых? Этого чернокожий воин не знал. Но вместе с ним просыпались и начинали седлать верблюдов остальные воины.
Диск солнца показался наполовину из-за линии горизонта, и караван, уже выстроившись в порядке для дневного перехода, снова отправился в путь.
***
К середине третьего дня перехода воздух пустыни стал не таким сухим и раскаленным. Словно откуда-то повеяло влажной прохладой. Словно впереди ждал оазис.
Но падишах знал, что не может остановиться! Не может дать передохнуть воинам и животным! Прошла почти половина отведенного ему времени, а войско еще не добралось к нуждающимся в помощи!
Сомнения и раздумья Камиля нарушил голос гонца, все так же находившегося рядом.
— Мы на месте, — в голосе чернокожего воина звучало облегчение. — Здесь исток нашей реки. Совсем скоро мы доберемся до валуна, из-под которого начинает свой путь величайшая из рек Черного Континента.
— Было бы лучше, если бы твоя королева сумела выманить войско противника в пустыню, — падишах опустил край куфии и вдохнул воздух, становящийся все свежее с каждой минутой. — Мы привыкли воевать на открытой местности, а не в зарослях джунглей.
— Хорошо, — кивнул гонец. — Мы проделаем вместе еще какую-то часть пути, а потом я оставлю вас и помчу к моей госпоже! Скажу ей, что помощь прибыла и постараюсь убедить покинуть наш город!
— Делай так! — велел падишах и снова помчал вперед.
Камиль ожидал увидеть небольшой ручей, вытекающий из-под камня, но картина, представшая перед ним, ошеломила и повергла в недоумение.
Поток воды взмывал вверх, разбрызгивая капли, пронизанные радужными бликами. Низвергался через несколько метров на землю и продолжал путь на запад. Не крохотным ручейком, а полноводной бурной рекой. Впрочем, через несколько сотен метров течение становилось спокойнее, а водная артерия расширилась и начала зеленеть по берегам растительностью.
Посланник Черной Королевы дал знак к остановке:
— Совсем скоро русло реки окружат непролазные джунгли. Думаю, вам лучше остановиться здесь. Дальше я продолжу путь один. Хотя, до сих пор не понимаю, как Королева сможет выманить войско, напавшее на наш город, в пустыню.
— Нужно ввязаться в бой, — Камиль не торопился спешиться. — И тут же обратиться в бегство, стараясь увести противника в направлении, выгодном нам. Надеюсь, у вас получится. Только не задерживайтесь! У нас осталось мало времени!
Гонец тронул поводья, и боевой верблюд помчал туда, где уже виднелись джунгли. В голове посланца кружила одна и та же мысль. Он не понимал, почему его торопит падишах? Не лучше ли было бы дать воинам хоть немного передохнуть перед тем, как вступить в сражение? Но тут же осадил самого себя, запретив разбираться в чужих намерениях. Падишах откликнулся на его просьбу о помощи и отправился в поход уже на следующее утро, оставив в Махтанбаде жену, о беременности которой узнал только что. И никто не сможет принудить его остаться в ожидании битвы, на время более длительное, чем он сам решит.
А потому, сейчас самое главное проникнуть во дворец Черной Королевы незаметно для взявших его в кольцо.
Проникнуть и оповестить, что помощь прибыла! Нужно только выманить врага в пустыню! Где он будет повержен храбрыми воинами падишаха!
Верблюд двигался все медленнее. Ему, рожденному и воспитанному в песках, было тяжело пробираться сквозь заросли, обступившие со всех сторон. Ноздри, привыкшие к сухому и горячему воздуху, словно забило влажной шерстью. Дышать становилось все труднее. Что уж говорить о том, чтобы определиться в сонме незнакомых запахов, разрывающих мозг на части.
Боевой верблюд шарахнулся в сторону, когда перед ним вынырнули несколько то ли людей, то ли существ, от которых несло нестерпимым жаром и смрадом. Но пространства для маневра оказалось недостаточно. Один из напавших полосонул черным обсидиановым ножом по шее боевого верблюда, перерезав артерию.
Посланник Королевы занес над головой копье, но не успел его вонзить в нападающего.
Верблюд рухнул на колени, и воин вылетел из седла.
На него тотчас набросились, подмяли, стали с жадным рычанием рвать на куски его плоть, которая начала дымиться и расточать вокруг запах жареного мяса.
Вскоре и с человеком, и с животным было покончено.
На вытоптанном пятачке в джунглях остались только два обглоданных скелета.
Огромные деревья качали кронами и гнулись к земле от дикого хохота, раздавшегося над ними.
До города-государства, где во дворце ждала помощи Черная Королева, осталось не больше получаса пути.
***
Та, которая кода-то стала возлюбленной ифрита по доброй воле. Которую он наделил способностью творить черную магию, чему Королева с радостью обучила предавших её колдунов, присягнувших в верности ифриту. С грустью всматривалась в стену начавших чернеть джунглей, не понимая, от чего вокруг разливается непроглядный мрак. То ли от приближения ночи. То ли от приближения её смерти.
***
Камиль всматривался вдаль, надеясь уже скоро увидеть бегущее войско Королевы и преследующих его врагов.
Воины, хоть и спешились, но не спешили расседлать верблюдов. Были готовы в любую секунду вскочить в седло и броситься в бой.
Но на горизонте виднелась стена джунглей и только.
Ночь накрыла войско черным покрывалом. В небе так и не зажглась ни единая звезда. Воины спали по очереди, сменяя друг друга и не теряя бдительности даже во сне.
Спустя положенное время на востоке, там, где остался родной Махтанбад, зарозовела кромка зари, предвещающая скорый восход солнца.
Падишах уже понял, что в любом случае не успеет вернуться домой вовремя. Если только не развернет отряд немедленно и не отправится в обратный путь. В этом случае оставалась небольшая надежда.
Но тем самым он нарушит повеление своей прародительницы, старшей из сестер пери! Оставит нуждающихся в помощи на растерзание врагу! Допустить подобное нельзя ни в коем случае!
— Мы выступаем немедленно! — отдал приказ и первым вскочил в седло.
***
Звенящая тишина, прерываемая только стуком капель, срывавшихся с крон деревьев и падающих на головы воинов и тела верблюдов, окружила отряд, продолжавший с трудом пробираться вперед.
Не было ни домов, ни каких-либо зданий и сооружений на пути воинов. Прямо перед ними предстало высокое, сложенное из черного камня, ограждение замка Королевы.
И сразу послышался шорох позади. Словно кто-то невидимый подбирался, окружал, старался взять в кольцо.
— Готовьтесь к бою! — воскликнул падишах. — Не дайте прорваться врагу! Я должен проникнуть во дворец и узнать, что здесь происходит!
Воины, рассредоточившись и повернувшись спинами к ограждению, обнажили зулификары и направили их в сторону джунглей, за стеной которых скрывался по-прежнему невидимый враг.
***
Камиль закрутил поводья верблюда вокруг высокого столба у двери дворца.
Устремился вверх по ступеням в одну из сторожевых башен.
Казалось, что его ведет кто-то невидимый. Кто-то, кому дано направить путь падишаха. Указывает, где нужно повернуть в бесконечных петляющих коридорах. В какую дверь войти.
— Почему ты не вывела войско в пустыню, как я велел твоему гонцу?! — Камиль видел только спину той, к которой спешил на выручку. Но он ни на минуту не засомневался в том, что это она! Черная Королева!