Невинные (ЛП)

— Кто такой Джейсон?
— Он правая рука Капо. Так называемый Консильери. Он отвозил меня в школу и забирал некоторое время. А еще он мой лучший друг.
— Так кто такой этот Ной и как он узнал, где я живу? Пожалуйста, скажи мне, что он ничего тебе не сделал.
— Я в порядке. Он был в ярости, но не тронул меня. Ной — сын другого Капо с Сицилии, с которым моя Фамилия ведет дела.
В этот момент у Дрю зазвонил телефон, отвлекая их от разговора. Ему звонил отец. Парень быстро отключил аппарат, желая вернуться к их разговору. Однако с Линетт было достаточно. Она была измотана, и чем дольше она сидела в этой закусочной, поедая холодный картофель фри, тем хуже себя чувствовала. Она многое рассказала Райдеру и благодарила Бога, что их разговор был прерван, потому что от одной мысли о том, чтобы признаться ему в правде о своих отношениях с Ноем, ей становилось плохо. Она была сторонницей того, чтобы игнорировать этот вопрос, надеясь, что каким-то чудом он забудется.
— Ты не отвезешь меня к Джейсону? Я уверена, что они уже ищут меня, и я бы не хотела, чтобы они узнали о нашей встрече. Все остальные мои намерения не пускать тебя в свою жизнь могут идти к черту, — пробормотала она, вставая из-за стола.
Она едва могла передвигать ноги, чувствуя их тяжесть после такой долгой и бодрой пробежки до дома Дрю. Она осознавала, какую ошибку совершила, и надеялась, что это не обернется против нее. Ведь она никогда не хотела, чтобы с теми, кто ей дорог, случилось что-то плохое. В тот момент она была уверена, что Дрю значит для нее больше, чем она может даже помыслить.
Она влюбилась.
  
ГЛАВА 21
 
Улицы были пусты. Ни одной проезжающей машины. Ни одного человека, возвращающегося с вечеринки. Ни одной бродячей собаки, бродящей в поисках укрытия в холодной ночи. Центр Сиэтла никогда не был полностью безлюдным.
Он огляделся, припарковавшись возле здания, к которому привела его Линетт. Вместо того чтобы попрощаться и выйти из машины, она внимательно наблюдала за парнем. Он пытался взять себя в руки, быть достаточно смелым, чтобы посмотреть ей в глаза. Играя ключами в замке зажигания, он обдумывал все, что рассказала ему девушка.
— О чем ты думаешь? — спросила она. Он слегка прикусил губу.
Было так много вещей, на которые она могла бы ответить. Начиная с того, что ее жизнь, похоже, состояла из постоянного нахождения рядом с опасными, плохими людьми. Что творилось в ее голове, когда люди в школе сплетничали о ее потенциальном мафиозном мире. Почему она просто не солгала им, не придумала историю, чтобы скрыть слухи. Но главное, как все это случилось с ней именно тогда.
— Если бы у тебя был шанс выбрать, хотели бы ты жить по-другому? — спросил он вместо этого.
— Да, — ответила она без колебаний.
Он начал дышать глубоко, беспокойно. Сострадание и печаль начали пронзать сердце Линетт. По какой-то странной причине Дрю все еще видел в ней хорошее. Как будто ничто из того, в чем она призналась, не повлияло на него, хотя, скорее всего, повлияло. Глубоко. В нее стоило верить, и он ни за что на свете не смог бы остановиться, сколько бы раз она ни совершила ошибку. Это был ее мир; мир, в котором она родилась и выросла. А не тот, который она выбрала добровольно.
— Хотя у меня бывают моменты сомнений. То, с чем мне пришлось столкнуться, сделало меня такой, какая я есть. Это показало мне, что настоящая жизнь — это далеко не все сердечки и цветочки. Я могу жить по-другому, но я способна видеть вещи, которые говорят о том, из чего состоят люди, громче, чем когда-либо могли бы сказать слова. Для меня не существует туннельного зрения. Только страх. Все эти бессонные ночи, проведенные лежа в постели и думая, увижу ли я на следующий день своего отца, его солдат, Джейсона. Каждый день может стать последним. Я боюсь этого, как ничего другого. Но не за себя. Я примирилась со смертью некоторое время назад, когда смотрела на безжизненное тело моей матери. Однако я забочусь о других настолько, что хочу видеть их здоровыми. Живыми. Нелегко терять близких. Все это позволило мне вырасти, увидеть то, что должен увидеть каждый, не принимать ничего как должное. Но я также мечтаю убежать от всего этого и начать ставить себя на первое место. Жить без этого постоянного страха, закончить школу, поступить в колледж, найти работу, завести семью, состариться и умереть на своих условиях.
 
— Ты должна подождать. Через некоторое время все станет проще, а потом и лучше. Ты почувствуешь вкус свободы.
Дрю ничего не знал о мафии и ее жизни. Не было такого понятия, как свобода.
Она улыбнулась.
— Я бы хотела. Ты даже не представляешь, как сильно.
Он взял ее руку в свою, переплетая их пальцы. Он возбуждал каждый сантиметр ее тела, как будто по нему пробегали разряды электричества, когда он прикасался к ней; как будто он был светом. Нефильтрованный. Чистый. Это добавило девушке уверенности в том, что в этом мире существует что-то хорошее. Он был хорошим.
Линетт не хотела думать о том, что она может потерять его, как и многих других людей. Все, чего она хотела, это сидеть в той машине, держать его за руки и слушать его слова. Она никогда не думала, что сможет найти утешение в голосе. Но голос в ее голове становился все громче. Она пыталась перекрыть его. Она слышала уверения в том, что у нее ничего не получится, что она не выживет, что ее недостаточно. И на секунду она поверила в это.
Но потом он крепче стиснул ее, придвинулся ближе, и то, в чем она только что начала сомневаться, полностью исчезло. Она вспомнила, как кто-то сказал, что сначала нужно полюбить себя, чтобы потом влюбиться в кого-то другого. Теперь она знала. Она влюбилась так бессознательно и сразу, что забыла, каково это — ненавидеть себя и свою жизнь, потому что она привела ее к нему.
— Мне нужно идти, — неохотно прошептала она, отодвигаясь от парня. Она нежно улыбнулась ему, а затем повернулась назад, нажав на ручку двери.
В нескольких метрах от них стоял хорошо знакомый мужчина, который внимательно наблюдал за ними, на этот раз скорее с любопытством, чем со злостью.
— Что он здесь делает? — спросил Дрю, проследив за взглядом Линетт.
— Новости распространяются быстро, — вздохнула она, выходя из машины и оставляя Дрю. Он не хотел оставлять ее наедине с Фальконе. Не в этот раз. Когда он точно знал, кто он и на что способен.
— Все тебя ищут, — заявил он со своим густым итальянским акцентом. Однако он все еще смотрел в сторону Дрю, а не на нее. Парень еще не уехал. Он вышел из машины, наблюдая за происходящим, беспокоясь, что что-то может пойти не так. Больше, чем обычно. Однако он предпочитал держаться на расстоянии, но оставаться достаточно близко, чтобы все слышать и, в случае проблем, предотвратить дальнейшие события.
— Я здесь. Могу я теперь пойти к Джейсону? — спросила Линетт, намереваясь пройти мимо Ноя, но он схватил ее за запястье, потянув назад.
Дрю сделал шаг к ним с угрожающим выражением лица. Никакого страха, только гнев.
— Не так скоро, bella.
— Отпусти ее, — прорычал Райдер, появляясь прямо за спиной Линетт. Его руки были сжаты в кулаки, словно он был готов в любой момент броситься на Фальконе.
Ноа счел попытку напугать его жалкой. В подтверждение этого он громко рассмеялся. Как будто для него не составит труда справиться с Райдером. Из них обоих он был тем, кого тренировали с детства. Он был хладнокровным убийцей, не знающим пощады. Вряд ли что-то могло остановить его от причинения вреда Дрю.
Линетт вспомнила слова мужчины, предупреждавшего ее о том, что он сделает, если снова увидит их вместе. Она не послушалась. Угроза была на тонкой грани реальности, когда рука Ноя потянулась под куртку, чтобы достать пистолет. Не думая, она накрыла его руку, чтобы остановить его действия, и умоляюще посмотрела на него. Он был чудовищем, но она могла только молиться, чтобы в нем осталась хоть капля человечности.