Карманник. Королевство

«Вот опять!» — подумал я. Не помню, как брал эту вещь. Но из тех кошельков, что я собрал сегодня, он оказался самым ценным.
  
2
 
Я покачивался в такт движения вагона, чувствуя лёгкую головную боль.
Электричка в аэропорт Ханэда была жутко переполнена. Из-за отопления и тепла тел других пассажиров я покрылся потом. Перебирая пальцами в кармане, я смотрел в окно. С определёнными интервалами, словно передавая код, мелькали кварталы серых частных домов. Когда я вспомнил последний вчерашний кошелёк, электричка с шумом пронеслась мимо огромной стальной башни. Всего лишь миг, но тело наполнилось энергией. Мне показалось, что высокая башня ненароком посмотрела вниз и увидела меня в переполненном людьми составе.
Переведя взгляд на попутчиков, я увидел мужчину, который был чем-то поглощён. Похоже, трогал стоящую рядом девчонку. Не сказать, чтобы он выглядел сосредоточенным, скорее, находился в какой-то прострации, глаза были наполовину прикрыты. Такие типы делятся на две категории. Одни — обычные люди, но со странными сексуальными пристрастиями, вторые — целиком отдаются во власть своего порока, граница между явью и грёзами в их сознании размывается, и в результате фантазии становятся абсолютной реальностью. Очевидно, что этот мужик принадлежал ко второй категории. Разглядев жертву — девчонку-школьницу, я стал просачиваться сквозь толпу в их направлении. Кажется, кроме меня никто не обратил внимания на ситуацию.
Подойдя к мужчине со спины, я медленно сжал запястье его левой руки, которой он лапал девчонку Я почувствовал, как его мышцы вдруг напряглись, и от неожиданности рука вяло обвисла. Обхватив запястье, я прижал часы указательным пальцем, а большим расстегнул браслет, в результате чего часы соскользнули в мой рукав. Схватив пальцами правой руки кошелёк из внутреннего кармана его пиджака, я прикинул, что, вытаскивая, могу случайно коснуться его тела, поэтому изменил тактику и пропустил бумажник между его пиджаком и рубашкой, а снизу подхватил добычу левой рукой.
Возраст — до сорока, клерк. Судя по кольцу на пальце, женат. Я вновь схватил его запястье, теперь уже правой рукой. Кровь отлила от его лица, мужчина дрожал и, наклонив голову, пытался обернуться. Стоявшая перед ним школьница что-то заметила и шевельнула головой, словно сомневаясь, стоит ли оборачиваться. В вагоне было тихо. Мужчина пытался открыть рот, чтобы оправдаться передо мной или перед всем миром. Казалось, будто он стоит в луче прожектора, направленного, чтобы вывести его на чистую воду. У него заходил кадык, словно мужчина готовился закричать. По лбу и щекам тёк пот, взгляд широко распахнутых глаз расфокусировался. Возможно, я буду выглядеть так же, когда меня схватят…
Я ослабил хватку и одним движением губ приказал: «Беги!» Он весь скривился, но никак не мог тронуться с места. Я кивком показал ему на дверь. С дрожащими руками он двинулся вперёд, чувствуя на себе мой взгляд. Открылись двери, он побежал. Мужчина расчищал путь перед собой, расталкивая остальных, словно тонул в толпе.
Оставшаяся в вагоне школьница, посмотрела на меня. Я отвернулся, пытаясь подавить в себе раздражение. Я взял часы, которые мне не были нужны, взял кошелёк, который не был нужен, жертва воровства видела меня, а теперь ещё и эта школьница. По крайней мере, он вряд ли сообщит о краже в полицию…
Я никак не мог успокоиться, поэтому вышел на следующей станции. На эскалаторе я заприметил обеспеченного типа средних лет, однако не остановился, а, миновав турникеты, выбрался на улицу и прислонился к обшарпанной стене станции. Я чувствовал, как силы медленно покидают меня. Грея пальцы в карманах, я думал о том, что надо поймать такси.
Я почувствовал чьё-то присутствие, обернулся и увидел, как прямо за мной, облокотившись о стену, стоит худощавый парень. Чёрный костюм неизвестной мне марки, чёрные кожаные туфли неизвестной мне марки. Это Татибана! Захваченный врасплох, я попытался подавить в себе нарастающее волнение. Раньше он был блондином, а теперь выкрасился в шатена. Узкими глазками он сверлил меня, а толстые губы сложились в кривую усмешку. По крайней мере, я принял за усмешку его выражение; как было на самом деле, я не знал.
 
— Кажется, раньше ты охотился только за богатенькими? — С этими словами Татибана обернулся ко мне.
Возможно, его звали иначе, однако он, скорее всего, знал моё настоящее имя. Я чувствовал, что мы когда-нибудь ещё встретимся, но думал, что сам найду его. В этот момент воспоминания нахлынули на меня, и я сделал медленный вдох.
— И сейчас продолжаю охотиться.
Я хотел сказать что-то совершенно другое, но не смог придумать ничего, кроме этой бессмысленной фразы.
— Как скучно. А разве настоящие богатеи катаются на метро?! Ты же злодей, так и действуй соответственно!
— Ценный совет. Выходит, ты ещё жив…
— Всё же мы встретились с тобой. Хотя это я тебя выследил.
— Как давно ты за мной наблюдал?
— Всё это время. С того момента, как ты умыкнул бумажник у извращенца. Но ты меня удивил, как можно не заметить хвост?!
Я сделал шаг и пошёл вперёд, он двинулся за мной. Дойдя до железнодорожного моста, я остановился.
— Когда вернулся? — задав этот вопрос, Татибана серьёзно на меня посмотрел.
— Недавно. В Токио проще… во многом.
— Наверное, нелегко в одиночку. Я свободен, давай вместе.
— Не надо. Я не доверяю твоим способностям и тому, как делишь выручку.
Он расхохотался во весь голос и вновь зашагал. Громкий смех ставит в неловкую ситуацию собеседника, Татибана не мог этого не понимать, но продолжал смеяться. Выйдя из-под моста, я почувствовал, как громады универмагов и небоскрёбов смотрят на меня сверху вниз. По спине пробежала дрожь. Я поймал себя на том, что разглядываю чахлую траву, пробивающуюся через стыки бетонных плит. Татибана остановился и, облокотившись на металлическую сетку, закурил.
— Ты прав, не мне тебя учить. Начинал я с воровства в магазинах ещё в школе. Всё, что было потом, это вроде как продолжение. Ради развлечения… Я не способен на такое, как ты или Исикава. Как же ловко ты передавал Исикаве кошелёк, он вытаскивал содержимое, а ты возвращал бумажник обратно в карман владельца!.. А когда вы брали только две трети денег! Жертва могла и вовсе этого не заметить, а даже если и замечала, вряд ли сообщала в полицию. Как у вас была распределена работа, как вы менялись местами! Подавали сигналы друг другу одними взглядами… Я мог только наблюдать за этим. Сейчас уже и не осталось настоящих японских карманников… Ты всё ещё болтаешься от одной работы к другой? Если тебе нужен дополнительный заработок, почему бы, как раньше, не присоединиться к профессиональной группе карманников или не стать дилером чего-нибудь? Или воровство — это твоя основная работа?
Из-за содержания беседы мне пришлось подойти к нему поближе.
— Раньше я продавал подделки. А что сейчас идёт хорошо?
— Быстрые займы вышли из моды, для мошенничества с банковскими переводами я использовал молодёжь, но сейчас хорошо идут акции. Хотя я всего лишь посредник.
— Акции?
— Теперь я уже не простой человек. Я беру деньги у якудзы и передаю их кому надо, чтобы они пустили в оборот. Ребята там владеют нужной информацией. Короче говоря, инсайдеры. Сейчас многие этим промышляют.
Он бросил окурок на землю.
— Я зарабатываю намного больше тебя. Могу подкинуть работёнку. Нужно просто предоставить грязную квартирку для местных бездомных. А взамен заставить их открыть банковские счета…
— Меня это не интересует.
 
— Какой ты странный. Исикава тоже… Чего ты хочешь?
Я молчал.
— И что, ты меня не спросишь, что случилось с Исикавой?
Татибана посмотрел на меня. Пульс стал постепенно учащаться.
— А ты знаешь?
— Нет, — сказал он и рассмеялся.
Солнце над головой реально меня достало.
— Но я думаю, это всё то дельце. Наверняка. Просто жуть. Такое серьёзное преступление провернуть просто идеально! Охренеть можно… Похоже, у него тогда и появились проблемы. Вот что я тебе скажу: держись подальше от Токио, особенно от этого района!