Карманник. Королевство

Чёрные волосы слегка уложены воском. На плечах и шее не было упавших волос. Не оставалось ничего иного, как выдернуть их. В вагоне работал обогрев, он вспотел. Поезд подъезжал к станции, когда парень придвинулся к пассажиру, стоявшему перед ним, чтобы выйти, я в свою очередь прижался к его спине. Чтобы не уронить волосинки, к кончикам указательного и среднего пальцев я кое-как приклеил кусочки пилки для ногтей, обнаруженной дома. Двери открылись, в вагон ворвался прохладный воздух. Когда он сделал шаг из вагона, я под предлогом того, что потерял равновесие, поднял руку и, словно хватаясь за воздух, зацепил несколько волосинок на его макушке. В пальцах осталось ощущение, что я их выдернул. Он непроизвольно обернулся, но я проскользнул сбоку и уже был перед ним. Теперь мне только оставалось достать зажигалку.
Он шёл в сторону лестницы, но затем резко изменил направление. Я понял, что он двигается к зоне для курения на платформе линии Яманотэ. Он вытащил сигарету и стал искать зажигалку. Я подумал, что у меня проблемы, если он её потерял, но затем меня осенило. Я надел перчатку, в кармане пальто несколько раз протёр свою дешёвую стоиеновую зажигалку, встал рядом с ним и прикурил. Он по-прежнему искал свою, и, когда уже было сдался, я молча протянул ему зажигалку. Он слегка поклонился и воспользовался ей. Я подумал, что отпечатки могут выглядеть неестественно, поэтому, когда он мне её вернул, специально выронил зажигалку из рук, чтобы парень её поднял. Я взял зажигалку, на этом моя работа была закончена. Я сел на поезд и убрался оттуда.
Я отправился в парикмахерскую, коротко постригся и покрасился в шатена, надел очки с простыми стёклами. В тот день, когда я встретился с Киритой, на мне было чёрное пальто, но теперь я изменил образ, надев белый пуховик и джинсы. В шесть вечера я отправился на Сибую. Кирита вскоре должен был появиться в баре «Дайдзингу». Скорее всего, он не помнил меня, поскольку видел лишь мельком, но на всякий случай я должен был выглядеть иначе.
Когда моё такси остановилось на светофоре перед универмагом «Сэйбу» на Сибуе, я заметил Кириту. Он был в том же чёрном пальто, с тем же чёрным портфелем в руках. Я вышел из такси и отправился вслед за ним. На узком тротуаре было полно народу; каждый раз, когда он останавливался, я подходил всё ближе. Я думал, что, возможно, сумею взять телефон до того, как он войдёт в бар. Кирита остановился на светофоре, я стоял прямо за ним, но какая-то девица рядом со мной почему-то смотрела на Кириту, и я не мог ничего сделать. Загорелся зелёный, я следовал за Киритой в плотной толпе.
Когда я подумал, что возьму телефон на следующем перекрёстке, Кирита вдруг обернулся. Я напрягся, но он не заметил меня. Посмотрев куда-то в сторону, я прошёл мимо. Только я решил держаться чуть подальше от него, как он вошёл в универмаг «Parco». Кирита огляделся по сторонам и направился к эскалатору. На эскалаторе люди стоят на разной высоте, это место идеально для краж из сумок.
Я встал за ним и приготовился. Сбоку от эскалатора были зеркала, поэтому я ждал, когда возникнет зазор между ними. Мужчина позади болтал со спутницей, стоявшей за ним, они не смотрели на нас. Я понял, что нахожусь в правильном месте в правильное время. Я почувствовал тепло внутри и приятное онемение рук. В тот момент, когда исчезло зеркало с его отражением, я левой рукой придержал снизу портфель, чтобы тот не шелохнулся, а правой расстегнул молнию, вытащил мобильный телефон, положил в рукав, закрыл молнию и убрал левую руку. Кирита пересел на следующий эскалатор, который двигался вверх, я, краем глаза убедившись, что он поднимается, шагнул влево. Пройдя через магазин, я спустился по лестнице.
В теле появилась слабость, разлилась дрожь. Я переложил телефон в карман. Выйдя на оживлённую улицу Сибуи, я нырнул рукой во внутренний карман обеспеченного мужчины, который двигался навстречу, и спрятал кошелёк в рукаве. Свет, отразившийся на его зажиме для галстука, зелёным пятном отпечатался в глазу. Я поймал такси, проверил украденный бумажник. Там было сто двадцать тысяч иен, несколько карт и визитки женщин из клубов. В тесном пространстве такси, защищённый от города и людей, я почувствовал, что смог сбежать.
 
На такси я доехал до Эбису. Нужное здание было довольно новым и чистым. Мне оставалось только бросить вещи в почтовый ящик № 702, и два моих задания были выполнены.
Я открыл почтовый ящик, внутри находился белый конверт. Я положил телефон и пакет с зажигалкой и волосками. Сначала я хотел издалека понаблюдать за тем, кто придёт его забрать, но передумал, отошёл, вновь поймал такси и уже внутри открыл конверт. Там должна была лежать фотография человека, у которого находились необходимые Кидзаки документы, адрес и краткие инструкции. Когда я взял в руки фото, у меня появилось дурное предчувствие.
Это был мужчина лет сорока: запавшие глаза, худые щёки, жиденькие волосы. Рассматривая его лицо, я подумал, что с таким лучше не связываться. В моей жизни подобные предчувствия так часто сбывались, что было даже страшно. Чтобы успокоиться, я закурил, но таксист сказал, что в машине курить нельзя, поэтому я вышел.
Дымя сигаретой, я шагал по незнакомой дороге. В жилом квартале было мало уличных фонарей, обветшалые здания стояли рядами. Вдруг зазвонил мобильный телефон, я непроизвольно оглянулся по сторонам. Этот номер знали только Исикава и Саэко. На экране высветился надпись: «Неизвестный абонент». Я ответил; это и правда оказался неизвестный мужчина.
— Быстро ты. Остался ещё один. Забрал же конверт из почтового ящика?
Голос был неприятно высокий и твёрдый.
— Кто это?
— Сам догадайся. Последний парень — Ёнэдзава — будет на Синдзюку завтра в восемь вечера. Возьмёшь там.
— А если не получится?
— Тогда должно получиться до следующего вторника. Осталось пять дней. Но ты мне сильно облегчил работу. Вроде ты умрёшь, если не справишься. Только не вздумай убегать.
— Кидзаки рядом?
— Кидзаки? Нет. Не знаю, где он.
— Какая у него цель?
На другой стороне я услышал ленивый вздох.
— Ведь его цель не документы и зажигалка?
— Да тебе-то какая разница?..
Я услышал, как вдалеке на том конце раздаётся женский смех, шум становился всё громче, и звонок оборвался. Женщина с толстой собакой, энергично обнюхивающей электрический столб, смотрела на меня. Когда я взглянул на неё, она что-то сказала собаке и потащила её дальше. Вокруг было темно. Может, женщина смотрела не на меня, а на что-то за мной…
  
15
 
Ha фотографии Ёнэдзава был одет в затасканное чёрное пальто, но в доме, где он жил, имелся огромный холл. Наверняка проникнуть внутрь непросто. Я не знал, чем он занимается, но человек, который носит при себе оружие, вряд ли живёт обычной жизнью. Рассматривая лицо с глубоко посаженными глазами, я подумал, что за его плечами наверняка есть убийства или какие-то тёмные дела. Я взял напрокат автомобиль и припарковался на небольшом расстоянии так, чтобы видеть вход в его дом. Я предположил, что полиция вполне может задаться вопросом, почему я наблюдаю за зданием, и слежка из машины показалась мне лучшим вариантом. Я думал, что к дому подъедет такси, но Ёнэдзава пошёл пешком. Он как-то странно двигался, то слегка подволакивая одну ногу, то подпрыгивая. Нервно оглядываясь по сторонам, он посмотрел на детей, которые шли навстречу. Я вылез из машины и, соблюдая дистанцию, двинулся вслед за ним. Он выглядел как человек, который не тратит на себя денег. Однако живёт при этом в шикарном доме. Можно было предположить, что за ним кто-то охотится, а он пытается обезопасить себя. Ёнэдзава вошёл на станцию, долго возился с покупкой билета, огляделся вокруг, затем уставился на женщину в довольно открытом наряде и замер на месте. Я отошёл чуть подальше от него. «Судя по всему, приблизиться удастся не раньше, чем сяду в поезд», — подумал я.
 
Ёнэдзава вышел на платформу, несколько раз почесал шею, а затем посмотрел на стоявшую неподалёку женщину в пальто. Его волосы прилизаны назад, на щеках пигментные пятна, которых не было заметно на фотографии, грязная обувь. Поезд подъехал к платформе, народу внутри было немного. Соблюдая дистанцию, я вошёл в вагон и раскрыл газету. Ёнэдзава не стал садиться, а с рассеянным видом встал с краю.