Любовь без гарантий (сборник)
Волновалась Нина ужасно. Давно она так не переживала. Сердце колотилось, ноги подгибались, во рту пересыхало… В какой-то момент она даже решила отказаться от этой затеи и повернуть назад, но Макс был неумолим: «Ниночка! Ну я прошу тебя… Ненадолго… Обещаю: если тебе хоть что-то не понравится, мы уйдем сразу!»
Как ни странно, Нине понравилось. Они пришли, когда вечер уже был в разгаре. Играла музыка, на сцене проходил конкурс стриптиза, какие-то гости расхаживали по залу в масках, кто-то уединялся в отдельных кабинетах… Полумрак, приятная музыка – все располагало к интиму и романтическому настроению.
Нина, опасавшаяся откровенных оргий и принуждения, успокоилась. Обстановка ее абсолютно не напрягала. Как раз наоборот: она сразу расслабилась и позволила себе полноценно раствориться в своем состоянии, окунуться в него. Поначалу она, вцепившись в руку Макса, ни на мгновенье не отпускала его от себя. А как только успокоилась, то легко махнула рукой куда-то в сторону бара, мол, иди! Он спросил: «А ты?» Она кивнула на диван: «Я посижу». И опустилась в мягкое кресло.
Пространство перед Ниной было окутано какой-то туманной дымкой. По крайней мере, ей так казалось. А еще, если чуть смежить веки и смотреть вокруг не пристально, а чуть отстраненно, то сквозь дымку видно мерцание свечей и трепет воздуха над пламенем… А еще – движения людей выглядят неторопливо-расслабленными… И музыка перекрывает все неспешные разговоры, и каждый существует будто бы сам по себе, отстраненно от других, и в то же время является частью единого целого, одной общей системы…
Кто-то сидит в баре, несколько пар обнимаются на диванах, где-то в конце зала, на сцене, танцуют стриптиз…
Нина потеряла Макса из виду. Вернее, забыла о нем, наблюдая за окружающими. Первое время еще искала его глазами, а увидав, опять уходила в свои наблюдения… А потом перестала следить, полностью погрузившись в свое состояние. Макс же, напротив, следил за Ниной, сидя в баре. И хотя вниманием других женщин был польщен, тем не менее не отпускал взгляд от Нины, наблюдая за ее поведением.
Вот она расслабленно опустилась в кресло и замерла. Ему даже показалось, что она задремала, настолько спокойна и неподвижна была ее поза. Однако нет. Посидев несколько минут без движения, Нина потихоньку возвращалась в действительность: поправила маску, изменила положение тела, погладила колено…
Вот к ней наклонился мужчина. Максим напрягся. Ему, с одной стороны, было понятно, что то место, куда они пришли, предполагало свободу общения мужчины с женщиной. И не просто свободу разговорного общения, но и интимной близости. А с другой стороны, он вдруг ощутил острый укол ревности, тревогу, волнение.
Мужчина, подойдя к Нине сзади, нагнулся и что-то зашептал ей на ухо. Она сначала удивленно и, как показалось Максиму, несколько испуганно, отстранилась. Потом отрицательно покачала головой. Макс почувствовал облегчение. Фу! Даже удивительно, что он так болезненно отреагировал. Надо бы подойти поближе. И он решительно направился к Нине.
Нина пребывала в странном состоянии. В полудреме, что ли, в полутрансе, когда все спокойно внутри, когда нет движения мысли, только сиюминутное созерцание, наблюдение. Немного отстраненное и в то же время осознанное. Телу было тепло и комфортно. Она изредка шевелилась, чуть меняя позу, находя для себя еще более удобное положение. Чей-то голос немного выбил ее из колеи. Она даже вздрогнула, настолько неожиданно прозвучал возле ее уха чей-то интимный шепот:
– Такая красавица и скучает одна…
– Нет… я не скучаю. – Нине было досадно, что ее потревожили. Ей так не хотелось выходить из состояния безмятежного ничегонеделания. Но проигнорировать мужчину в данной обстановке было бы неправильно, и она уже более спокойно сказала: – Мне здесь нравится.
«Какое же спасение эта маска! – подумала она. – Вот уж в буквальном смысле слова: не надо делать лицо при разговоре, не надо следить за его выражением, можно ничему не соответствовать, а оставаться расслабленной и естественной. Даже глаза в этой маске при таком освещении не слишком выразительны».
Она абсолютно спокойно вернулась в прежнее положение, считая, что ритуал соблюден, разговор состоялся, и мужчина оставит ее в покое.
Но он не отходил:
– Позволите, я угощу вас? Хотите что-то выпить?
Нина удивилась. Не вопросу, нет. Удивилась себе самой. Выпить? А зачем? Ей настолько хорошо, настолько комфортно и приятно, что незачем менять это состояние. Еще непонятно, как в этой обстановке подействует алкоголь. Экспериментов ей и так хватает сегодня, поэтому она молча покачала головой: нет. И опять погрузилась в созерцание.
Мужчина отошел, но Нина почувствовала, что внутренний ее настрой неуловимо изменился. Все-таки ее возбудил этот шепот, сказанное с придыханием: «Какая красавица!», дыхание около ее шеи, легкое касание губами краешка уха… Странно, как странно… Она толком и не смотрела на него. Даже не узнает его при встрече. Подумаешь, две короткие, ничего вроде бы не значащие фразы, а состояние поменялось… Из безмятежно-расслабленного оно перекочевало в разряд легкого возбуждения. Вроде бы и положение Нины осталось прежним, и взгляд рассеян, а внутри уже побежали тонкие струи колких мурашек, а низ живота начинал уже понемногу сладко томиться, ноги еще более расслабились и будто бы раздвинулись. Глаза вдруг выхватили из полумрака новые картины. На дальнем диване парочка уже не только целовалась. Маски сброшены на пол, легкие одежды затерялись где-то в диванных подушках. Неприкрытые голые тела слились в таком красивом соитии, что Нина откровенно залюбовалась парой…
А вон там, в какой-то нише возле бара, мужчина прижимает девушку к стене. Нине видна девичья нога, закинутая на бедро мужчины, лакированный каблук, в котором отражался свет свечей. Нина не могла отвести взор от этой туфельки, изящно сидящей на маленькой ступне и мерцающей, переливающейся в трепетном огне…
Когда взгляд все же оторвался и ушел в сторону, Нина с каким-то изумлением и восторгом одновременно обнаружила недалеко от себя еще одну пару. Женщина полулежала в кресле, запрокинув голову. Сначала Нине показалась несколько театральной ее поза: уж слишком красива была линия подбородка, слишком изящна шея… Однако глаза женщины, прикрытые в истоме, не оставляли сомнений в искренности ее состояния. Мужчина рядом с ней нежно скользил губами по животу, груди и рукам… Женщина то прижимала голову мужчины к своему телу, то чуть отстраняла ее. Нина отметила: она опять любуется тем, что видит, что ей доставляет истинное наслаждение красота процесса, что ее приятно будоражит и возбуждает вся эта обстановка. На мгновенье она отвела взгляд, а когда снова вернулась к наблюдению, то обнаружила, что их уже трое… Как же она пропустила? Каким образом к ним присоединился третий? Женщина теперь уже не полулежала, скорее, сидела. Она целовалась с одним мужчиной, позволяя другому обнимать и ласкать себя… Вскоре они все трое уединились в отдельную комнату, и Нина с удивлением обнаружила Максима у своих ног…
Похоже, народу в клубе прибавилось. Музыка чуть сменила мелодичность с романтической направленности на более ритмичную. Нинино состояние тоже поменялось: внутри расслабленного тела нарастал тонкими струйками ток напряжения… Но не раздражающего, а наоборот, приятно-возбуждающего. Она уже не просто наблюдала, а наблюдала с пристрастием, со жгучим интересом, смакуя нюансы и подробности увиденного…
И еще… Еще ей все время казалось, что кто-то за ней наблюдает. Хотя что в этом удивительного? Здесь каждый за кем-то наблюдает. Для того сюда и приходят. И все-таки… Вертеть головой не хотелось. Да и что она может высмотреть?! Все равно все в масках, в каких-то нарядах немыслимых. Знакомых у нее в таком месте быть не может. Уж что-что, а это точно! Никто, по ее мнению, из знакомых ей людей не мог появиться в подобном месте. Поэтому опасаться нечего, волноваться незачем. Можно позволить себе быть расслабленной и возбужденной одновременно…