Развод. Не жди прощения (СИ)

  
Алиса Роса
 
Развод. Не жди прощения
   
1.
 
Муж не отвечает на мои звонки и сообщения, и я решила сделать сюрприз. Невероятно хочется рассказать ему о сделке, которую я заключила. Тимур наверняка будет счастлив узнать, что я нашла нового антиквара, который продает мебель дешевле других. Собственно, поэтому я вернулась на два дня раньше и, даже не переодеваясь с самолета, помчалась к нему в сигарный клуб.
Внутри остро пахнет дымом и дорогим виски. Проходя мимо барной стойки, приветственно киваю бармену Косте. Подхожу к полутемному коридору, который ведет к кабинету мужа, и у меня на пути вырастает один из охранников. Михаил, кажется. Ненавязчиво преграждает путь. Что-то странное.
— Тимур у себя? — спрашиваю с невозмутимым видом, здоровяк кивает. — Миш, у меня для него отличная новость!
— Ви, Тимур занят, — он немного морщит высокий лоб. — Посиди за баром, я его позову.
— Миш, ты чего? Какие у него могут быть «занят» от меня? — усмехаюсь, а у самой сосет под ложечкой, в душе стелется неприятное предчувствие. — Не поверю, что он велел тебя меня не пускать!
Тимур не мог отдать такого распоряжения, не знал же, что я вернусь раньше. Он — человек жесткий, за неуважение ко мне запросто вышвырнет любого из своих работников.
— Не велел, — Михаил делает шаг в сторону. — Проходи, Ви.
Этот здоровый мужик выглядит виноватым, как будто сделал что-то не то. Черт. Пальцы покалывает от волнения. Что там у Тимура, если охрана просит меня не входить? В глубине сознания уже вертится ответ, но я не хочу верить. Решительным шагом покрываю десяток метров коридора, который освещают нарочно тусклые бра в виде цветка лилии, и застываю перед закрытой дверь в кабинет мужа.
Обычно он ее не закрывает. Оставляет щелку, будто так сопричастен с тем, что происходит в клубе. Нет, я не поверну назад. Уверенно достаю связку ключей с магнитной картой и прислоняю к считывателю. Замок пикает. Надавливаю на ручку, открываю дверь и… не верю глазам.
Кабинет утопает в интимном полумраке. Мой благоверный на диване со спущенными штанами, а на нем прыгает какая-то блондинка, сверкая голой задницей из-под задранной костюмной юбки.
Заметив меня, они оба замирают и оборачиваются. Немая сцена длится несколько мгновений. Я отмираю первая. Делаю шаг назад, все еще глядя на вытянутое лицо мужа. В голове красным светится только одно — бежать. Видеть его не хочу!
— Ви, стой, — Тимур перекидывает девицу на диван, вскакивает и, поспешно застегивая брюки, направляется в мою сторону. — Не смей уходить, Ви!
Подонок! Не слушаю. Разворачиваюсь и почти бегу в холл клуба. В душе плещется омерзение, смешанное с горечью, а в глазах собираются слезы. В зале хотя бы клиенты сидят, Тимур не станет выяснять отношения прилюдно.
Но я не успеваю дойти даже до бара, муж настигает меня. Хватает за плечо, грубо разворачивает к себе. Его пальцы больно впиваются мне в руку.
— Я же сказал, не смей уходить! — рычит сквозь стиснутые зубы.
— Мне больно, Тимур! — говорю так же тихо, самой не хочется привлекать лишнее внимание.
Высматриваю глазами Михаила — он отвернулся и делает вид, что бдит за порядком в зале. Теперь понимаю его виноватый вид. Предупреждал, а я не послушала.
— Это не то, что ты подумала, малышка, — Тимур произносит чуть мягче и ослабляет хватку, я тут же выдергиваю руку из его захвата.
— Что тут можно не так подумать? — изумляюсь простоте, с которой он пытается отвертеться. — Твой член был в другой женщине!
— Ты должна меня понять, — выплевывает Тимур, прожигая меня взглядом. — Ты во Франции, я один. Я голодный. К тому же, ты себя видела? Ты в чем вообще явилась?
Вот это наглость. Я во Франции ему антиквариат собираю! Будто мне самой очень нравится мотаться туда каждые полгода и носиться по провинциям, обивая пороги антикваров!
— Не желаю этого слушать, — произношу устало. — Между нами все кончено, Тимур. Я ухожу.
Пытаюсь уйти, но он снова хватает меня за плечо, притягивает к себе и свирепо шепчет на ухо.
 
— Куда ты уйдешь, Ви? Музейным смотрителем за три копейки работать будешь? — он усмехается, горячее дыхание обжигает кожу. — Я тебя из дерьма вытащил, дал работу, поселил в своей отличной квартире. Я тебя сделал и никуда не отпущу.
Внутри лавой разливается ярость, смешанная с отвращением.
— Пошел ты в жопу, Тимур! — вырывается громче, чем позволяют приличия. — Я не твоя собственность!
Отталкиваю его и с силой опускаю каблук ему на ступню. Адреналин зашкаливает, пропитывает до кончиков волос.
Со сдавленным стоном Тимур разжимает руку. Вырываюсь и несусь к лестнице, которая ведет на улицу, но у бара налетаю на высокого мужчину в черном костюме. Виски у него в руке выплескивается на его белую сорочку, и на ней расползается коричневое пятно. Замираю и оторопело оглядываюсь. Тимур, прихрамывая, двигается в мою сторону, злющий, как черт.
Я поднимаю глаза на незнакомца — лицо суровое, точно вытесано из камня. Он смотрит на меня изучающе-сдержанно, тушуюсь под этим тяжелым взглядом.
— Простите… Простите за рубашку, — тараторю скороговоркой. — Я… я ее постираю… Точнее, в химчистку отдам… Простите…
Пытаюсь обогнуть незнакомца, но не успеваю. Сзади раздается на удивление деловой голос Тимура:
— Герман, добрый вечер! Не ожидал встретить вас здесь.
  
2.
 
Неуверенно оборачиваюсь, ощущая, что, кажется, попала в еще больший переплет. Если Тимур с этим Германом знакомы, влетит вдвойне — и за побег, и за сорочку.
А муж тем временем полностью сменил пластинку.
— Это моя жена, Виктория. Она всегда очень неуклюжая, — он добродушно улыбается. — Досадный инцидент. Приношу извинения за испорченную сорочку. Клуб подарит вам новую.
Вот сейчас бы просто слинять под шумок… Делаю шаг в сторону, пятясь, и ощущаю тяжелую руку Германа на плечах. В желудке становится холодно, но даже в какофонии сигарных запахов я улавливаю его обалденный травянистый и свежий парфюм.
— Рубашку мне испортил не клуб, а ваша жена, Тимур, — с легкой иронией произносит он глубоким низким голосом, от которого кожа покрывается мурашками. — Кроме того, она уже пообещала мне исправить это недоразумение.
Судя по слегка подергивающейся верхней губе, Тимур звереет, но для непосвященных это незаметно. А вот сжатые кулаки уже вполне видимый признак.
— Герман, вы ведь несерьезно, она моя жена, — сквозь зубы цедит Тимур. — Давайте уладим неприятность с сорочкой мирным путем? — он переводит на меня колючий взгляд. — Ви, иди сюда.
Теряюсь. С одной стороны, мне стоит подчиниться, чтобы не усугублять и так острую ситуацию, а с другой, мне противен этот изменщик. Не хочу!
— Ви? Звучит, как кличка, — Герман оглядывает меня, точно смотрит на несуразную собачонку. — Ви поедет со мной, Тимур. И, судя по вашей перепалке, она и сама будет не против, чтобы я ее забрал.
Меня начинает мутить от дичи, которая происходит. Два влиятельных мужчины стоят друг напротив друга и вполголоса выясняют отношения. Точнее, делят меня. И если что нужно Тимуру, я понимаю, то зачем я этому Герману — ума не приложу.
В этот момент, как по заказу, из коридора появляется блондинка, которая скакала на моем муже. Симпатичная собой, в оливковом юбочном костюме и белой шелковой рубашке. Уже полностью привела себя в порядок и явилась на огонек, стерва!
Провожаю ее взглядом, который перехватывает Тимур и оборачивается. На челюсти выступают желваки. Зазноба явно сейчас не к месту. Внутренне даже усмехаюсь.
— Масик, — она подходит и берет его под руку. Смотрит на меня. — Ты же говорил, что развелся с этой архивной крысой.
Что?! Архивная крыса? Так он меня при ней называет? От возмущения в глазах на мгновение темнеет. Глубоко вдыхаю и выдыхаю. Такого я от мужа не ожидала! Выходит, он считает меня человеком второго сорта и обсуждает с любовницей!