Бытовик 2 (СИ)

Оба моряка «умирали» в самой трагической манере, на уровне актеров третьего состава самодеятельного театра в сельской глубинке, так нелепо они дрыгались и долго содрогались в конвульсиях. Но ничего, для неискушенного театральным искусством зрителя в двух, приближающихся к нам, плоскодонках, это зрелище вполне зашло. Каждое нелепое движение моих, «отходящих» в мир иной, спутников, степняки встречали радостным улюлюканьем. Довершил представление я, опустившись на колени и трусливо прячась за воткнутую в плот оглоблю, на которой трепетал на ветру флаг Булатовского княжества.
  
Поняв, что я остался один, степняки решились взять в плен последнего живого русского, который выглядел совершенно деморализованным, чего я и добивался.
Степняки налегли на весла, и лодки, окутанные тучей брызг, рванули к плоту наперегонки. Ко мне ежеминутно оборачивались радостные бородатые физиономии периодически кто-то из гребцов не выдерживал, бросал весло, чтобы жестами показать мне наглядно, какие муки меня ожидают в ближайшее время. По мере сближения с плотом борьба за право захватить последнего плотогона достигла апогея, степняки усердно гребли, не отвлекаясь не на что, ткань халатов облегала вздувшиеся мышцы на спинах…
Вот по этим спинам я и открыл огонь из своих верных револьверов.
Лодка, вырвавшаяся вперед, по инерции ткнулась оконечность плота, между навалившихся друг на друга тел мелькнуло бородатое лицо — хитрец пытался спрятаться среди павших товарищей. С удовольствием взял бы пленного, но мне еще решать проблему со второй лодкой, которая дрейфовала в пятнадцати саженях от плота и там кто-то шевелился, поэтому я выстрелил два раза и поменял револьвер. На близкой дистанции мои двуствольные монстры, при должном опыте, превратились в могучие «вундерваффен», порождающие просто ливень свинца, сметающий всё на близкой дистанции.
— Эй, покойнички, поднимаемся. –я оглянулся на «трупы», что для полнейшего правдоподобия, лежали с зажмуренными глазами: — Давайте, гребите к той лодке, лежебоки…
Хорошо, что я держал ствол пистолета в направлении дрейфующей плоскодонки. Со степняком, выглянувшим из-за борта мы встретились глазами, и я инстинктивно нажал на спусковой крючок. Тело, резко взметнувшееся над поверхностью борта лодки и, буквально на секунду, замешкавшееся, разворачивая в мою сторону длинное тело винтовки, попало под мои выстрелы и опрокинувшись за борт, закачалось на воде. Я выстрелил еще пару раз в подозрительные трупы, после чего дал команду экипажу покинуть «Плот-1». Сам я, как положено капитану, покинул свой первый корабль последним, прихватив оглоблю с флагом княжества и заняв место на кормовой банке, после того, как бывшие члены экипажа, освобожденные от ценностей, не нужные им при новом перерождении, были перекинуты через борт.
Лодка, по сравнению с плотом, двигалась в несколько раз быстрее. Со стороны прибрежных зарослей по нам изредка стреляли кунаки покойников, но я спокойно держал магический щит, понимая, что мы доплывем до места назначения раньше, чем у меня закончатся запасы маны.
— Кто такие? — на причале, к которому мы протиснулись среди, плотно приткнувшихся к берегу, разномастных судов, нас выстроилась встречать целая делегация, в основном, мрачные солдаты с направленными на нас винтовками.
— Я князь Булатов Олег Александрович, прибыл по приглашению князя Слободана Третьего для оказания помощи.
Вперёд вышел офицер с серебряными погонами на плечах, судя по всему, с магическими способностями.
— Маловат у вас отряд. –ухмыльнулся офицер в рыжие усы.
— Ничего страшного, людей я найду. — ответил я улыбкой: — Прошу проводить меня к князю.
— Прошу вас, ваша светлость. — офицер махнул рукой в сторону двухэтажного здания, выполненного в готическом стиле, с пристроенной сбоку башенкой с островерхой крышей: — О ваших людях позаботятся…
В княжеском дворце меня попытались разоружить, на что я заявил, что это попрание моей чести. Рыжеусый капитан пошёл на принцип, сообщив, что видит меня впервые и есть подозрение, что я являюсь вражеским шпионом, на что я…
В общем, на крики и шум на балюстраду второго этажа вышел мужчина лет пятидесяти, с длинными вислыми усами, облаченный в атласный халат и бархатную шапочку.
— Пламен Доборович, что происходит? Только прилег после обеда, как у вас какой-то шум…
— Ваша светлость, зайдите в кабинет, мы сейчас здесь быстро разберемся… — не отрывая взгляда от моих револьверов, откликнулся рыжеусый капитан, выглядывая из-за шеренги набежавших на шум, вооруженных солдат и лакеев.
— Князь Слободан? — крикнул я, понимая, что, если этот сибарит укроется в помещении, начнется стрельба, при которой я долго не продержусь.
— Князь Слободан. — с достоинством отрекомендовался местный правитель: — А вы кто, юноша?
— Я князь Олег Александрович Булатов, прибыл на ваш зов о помощи, но судя по поведению вашей прислуги, мне не больно то и рады!
— Пламен Доборович! В чем дело? Уберите оружие! — владетель здешних мест свесил голову над перилами, найдя глазами своего офицера, что просто скрипел зубами от того, что я приравнял его к прислуге.
— Ваша светлость, я уверен, что это шпион! — выкинул свой козырь капитан.
— В самом деле? — Слободан с любопытством оглядел меня с ног до головы: — И чем вызваны ваши подозрения?
— Он прибыл в сопровождении всего двух солдат!
— Да? Любопытно. — Слободан Третий ухмыльнулся: — Прошу вас проявить свойственное моему двору гостеприимство и проводить нашего гостя в столовую, а я присоединюсь к вам через пять минут.
— Но ваша светлость! Этот человек вооружен, как взвод наших пехотинцев и отказывается сдать оружие!
— Пламен Добранович, я бы тоже не стал сдавать оружие. Проводите нашего гостя и окажите ему всяческое расположение. — лязгнул голосом князь, мгновенно растерявший всю свою мягкость.
  
Глава 19
 
Глава девятнадцатая.
Вздорный, или напротив, образцово бдительный офицер, оказался магом воды и заместителем командира княжеской дружины, Пламеном Доборовичем Соколовым. Ослушаться прямого приказа своего владыки офицер не посмел, проводил меня в столовую, расположенную на втором этаже просторного дома и сел в кресло, напротив меня, неотрывно сверля злым взглядом белесых глаз.
Я же, чтобы позлить своего визави, демонстративно разложил на столе принадлежности для чистки оружия, что хранились в небольшом футляре, притороченном к кобуре, а, после чистки, стал набивать барабаны новыми патронами, из тех, что был набит мой поясной патронташ.
Пока хозяин дома приводил себя в порядок, наступило время обеда и в гостиную стали заходить слуги, расставляя на столе столовые приборы и посуду, подчеркнуто равнодушно, не обращая никакого внимания на моё занятие.
Я едва успел закончить свои приготовления, когда в зал начали входить, как я понимаю, члены семьи хозяина — ухоженная дама средних лет, два молодых человека и две барышни, одна из которых была явной степнячкой.
Я встал со стула, но представиться не успел — в столовую стремительно вошёл хозяин дома, облаченный в короткий, шитый серебряной нитью, темно-синий камзол, короткие панталоны и белые чулки, в комплекте с штиблетами.
Заняв стул во главе стола, напротив дамы, хозяин величественно сел, давая знак остальным рассаживаться, после чего представил меня своим домочадцам. Как я и предполагал, присутствующая за столом девушка-степнячка была супругой старшего сына князя, дама — женой князя, а остальные молодые люди — младшими детьми.
Обед проходил в тягостном молчании, чувствовалось, что члены княжеской семьи подавлены складывающейся вокруг княжества обстановкой, да и отсутствие у меня крупных воинских сил настроение обедающим не поднимало. Меня лично поразило то, что молодая княжна, супруга княжича-наследника, сидела не со своим супругом, а отдельно, на отдельно поставленном стуле, да и вообще, было ощущение, что все присутствующие к ней относятся, как к пустому месту. Я понимаю, что она — дочь врага, что нарушил клятвы и обещания, напал на родственника, но ведь она теперь член семьи Слободана, мужнина жена. Странно это все, не принято здесь такое поведение, как мне кажется.