Железный человек (СИ)
А вот государыне, похоже, неутешительные мысли в голову-то приходили. Подозреваю, что отчасти поэтому она постаралась поставить охотников на службу государству, легализовать их и наделять некоторых дворянством. Хотела вырастить серьёзные кадры, которые смогут не только по болотам с мечами скакать, но и в политике истреблять тварей, которые пострашнее диких.
Только вот вышло по-другому, вышло вовсе и не так. Поднялись всякие сволочные Мефодии, которые, не долго думая, легли под тех же тварей и радовались себе жизни, пока я не пришёл.
А на меня, выходит, государыня глаз положила всерьёз, она с меня теперь с живого не слезет, пока я ей хорошо не сделаю. В целом, моё «хорошо» и её «хорошо», совпадают, цели у нас общие — что не может не радовать.
Хотя есть тут и плюсы, и минусы. Главный минус в том, что меня, видимо, будут частенько дёргать на всякие незапланированные операции. А главный плюс в том, что, имея в союзниках императрицу, я могу без ложной скромности рассчитывать на плюс-минус все государственные ресурсы. Вот, зафинансированным Ползуновым уже располагаю. Кстати, насчёт него.
Вот и приоритет выискался. Займусь-ка этим сразу после завтрака, а потом — железный человек. Железный человек не особо приоритетен — пока — но до тех пор, пока не появится понимание по Министру, других глобальных дел нет. Так что можно будет заняться этим. А то зима близко, чего сидеть без дела. Так и замёрзнуть недолго.
За завтраком собрались все обитающие в доме охотники. Земляна, Гравий, Захар и Неофит. Захар, поймав мой случайный взгляд, немедленно заволновался и воинственно крикнул:
— Да сейчас, сейчас, сразу после завтрака поедем!
— Куда? — удивился я.
— В оплот новый, с Тихонычем! Помню я.
— Я тебе слова не сказал.
— Ты так посмотрел, что мне стыдно стало!
— Ишь ты. Поздравляю, чё! Это в тебе ответственность зреет, гражданская сознательность. Растёшь. Я тут ни при чём.
— Угу, ни при чём. На тебя как посмотришь, так сразу себя таким бездельником чувствуешь ничтожным — спасу нет. Все охотники как охотники, сидят себе спокойно, балду пинают. Принесли жалобу — пошли, поохотились. А у тебя каждый день то вий, то железный человек, то градоначальника завалили.
— Ну а чё они все, — вздохнул я и накапал себе в чашечку кофе из кофейника. — Исполняют, как так и надо. Ни стыда, ни совести… Я сейчас, кстати, в Петербург двигаюсь, с одной промежуточной остановкой. А потом думаю в Сибирь податься.
— В Сибирь? — встрепенулся Гравий. — Нешто снова в пещеру?
— Угу. Хочу кое-что экспроприировать. Железному человеку всё равно так много не надо.
— Ох, Владимир! — покачала головой Земляна. — Совсем жить надоело…
— Да просто возьму кое-что — и назад. Никакой мокрухи, чистое заимствование, риска — ноль.
— А если в пещере железный человек окажется?
— Это нет. Я так понимаю, что железный человек своим присутствием Знаки блокирует. В то место, где он находится, перенестись просто невозможно.
Гравий задумчиво откашлялся. Все вопросительно посмотрели на него.
— Переносились же, — напомнил Гравий. — Тогда, сразу. В лес. Где он деревья валил.
Я вспомнил подробности сибирского приключения и нехотя хмыкнул. Гравий был прав, действительно переносились. В непосредственной близости от железного человека.
— И что ты хочешь сказать?
— Что он, видно, когда хочет — тогда и делает так, чтоб Знаки не работали. Просто ему для того специальное усилие требуется.
Я представил себе перспективку: переношусь я в пещеру, а там — железный человек. Только меня и ждёт. И включает блокировку.
Блин, а ведь это — засада, во всех смыслах. Пусть ловкости у меня хватит, чтобы не попасть под удар и даже выскочить наружу. Такое вполне себе возможно. Однако не будем забывать, что дело-то будет происходить в пещере! Где начнёт буйствовать такая здоровенная железная дура. Если эта дура вызовет обвал, то ей-то ничего не будет, выберется. А вот мне, да без Знаков, придётся… Ну да, только помирать. Как бы грустно это ни звучало.
Есть, конечно, вариант перемещаться не в саму пещеру, а снаружи. Но потом-то я один пёс в пещеру пойду! «А в землянке — людоед»… Н-да.
— Значит, будем действовать через Потапа, — решил я.
— Через него надействуешь…
— Ну, железный человек у него крепко в мозгах засел. Наверняка и сейчас глаз не спускает.
— Если не помер уже. Кинулся пьяный в драку — тот его и растоптал. Был Потап, да весь вышел.
— Попробуем, — решил я.
— А отвлечь мы можем этого железного человека? — спросила Земляна. — Бой ему какой-нибудь навязать. Пока Владимир заберёт всё, что надо.
— Смочь-то сможем, — кивнул Гравий. — А потом? Нас-то кто из-под удара выведет?
— Я думаю, что после того, как я стырю всё, что мне нужно, железный человек сам от вас убежит, — сказал я. — В пещеру. Он так уже делал. Ему всякие навязанные бои — постольку-поскольку. Он не тварь, он — роб… Эм… Ну, в общем, не живой. Делает то, что ему приказали. А приказали — воинов = собрать.
— Вишь, ты — «думаешь», — возразил Гравий. — А не знаешь! А железный человек может и по-другому подумать.
Тут он был прав на все сто процентов. Как именно перемкнёт андроида, этого я знать не мог. И рисковать друзьями не хотелось совершенно. Понятное дело, что все — охотники, все по долгу службы постоянно по краю ходят. Но риск должен быть оправданным. А… И тут меня осенило.
— Ага, — сказал я. — Ну, всё, я вопрос, в целом, решил. Мысленно. Потом посвящу вас в детали. Гравий, ты давай-ка пока Потапа поищи. Протрезви его, если надо. Пусть в ситуацию тебя врубит по объекту. Остальные…
— Так в Оплот уже не надо? — встрепенулся Захар.
Блин… Опять мне кадров не хватает.
— Надо, — решил я. — Делай дела по оплоту, потом сюда возвращайся. Там видно будет.
— А меня возьмёте? — загорелись глаза у Неофита.
Ну да, чё б не взять десятилетнего пацана махаться с гигантским роботом.
— Посмотрим. Земляна, ты — тут. Если что, связной будешь. Я либо в оплоте Падающей Звезды, либо у Ползунова, скорее всего, в мастерской. Как что срочное, прям критическое — ищи меня.
— Поняла. Ползунову привет передавай.
— А вы знакомы разве?
— Нет, но я о нём уже столько раз слышала, что как будто бы и да.
Я встал из-за стола, поблагодарил тётку Наталью за вкусное и полезное. Поднялся к себе, оделся сообразно погоде и переместился к оплоту. Старому, знакомому. В само здание не пошёл, сразу двинул в пристройку, к Сергию.
— Здрав будь, мастер!
— Сам не хворай. Потерялся совсем. Я уж, грешным делом, думал, прибили где.
— Типун тебе на язык.
— А чего? В вашем деле — это запросто. Сколько уж таких молодых у меня перед глазами промелькнуло. Вроде парень хороший, весёлый, сильный… А потом всё нет его и нет. Спросишь кого — тю, говорят. Уже и забыли, как схоронили.
— Вот только не надо мне тут мрачняки нагонять. Нас и так скоро ждёт страшная эпоха тьмы, мрака и холода.
— Это когда те хозяева придут?
— Не. Это я про зиму русскую. Хозяева-то чё? С ними, наоборот, только веселее будет.
— Зима-то да, — пригорюнился Сергий. — Зима — это тяжкое.
— Надо будет санки купить и горок настроить.
— Тоже правильно, всё детям развлечение.
— Каким ещё де… А. Ну да. И детям, конечно. Ладно, о погоде потрещали — хорош. Чего там по амулету?
Сергий, ворча, открыл сундук, стоящий рядом со столом, и, покопавшись, вытащил заданных размеров золотистую плюху.
— Вот. Забирай.
— Работает?
— Обидеть решил?
— И в мыслях не было. Спасибо, Сергий. Полечу дальше, великое дело у нас будет.
Сергий молча вздохнул.
— А где твоя вторая половинка, старик-разбойник? Как бишь его звали…
— Дома.
— Это где?
— Да тут же. В деревне ему дом справили.
— За какие такие заслуги?
— Плотником пошёл. Рукастый он, умеет. К своему делу я б его не пустил, а с деревом работать — за милу душу. Инструментом обзавёлся, хоть на старости лет зажил как человек.