Железный человек (СИ)

— Пошли.
— Куда?
— Туда.
Я ожидал, что она будет выкобениваться и опять подкалывать насчёт Юлии, но — нет. Земляна просто сказала: «Ну, пошли», — и мы поднялись ко мне в башню.
— Владимир? — спросила Земляна через полчаса, когда мы отдыхали от трудов праведных на измятой простыне.
— М?
— Возьми меня…
— Ну погоди пять минут. Я тоже чувствую некоторую недосказанность, хотелось бы…
Земляна издала страшное рычание.
— Ого. Да ты серьёзно настроена. Ладно, отставить пять минут, приоритет критический, приступаю…
— Владимир!!! В орден свой меня возьми! Решила я.
— Что, сейчас?
— А чего тянуть?
— Тройничок хочешь?
— Кого?
— Ну, если я тебя сейчас в орден приму — через минуту прискачет Аврос. Он, конечно, после чёрта уже своё выпил, и на вие вполне трезвый был, но после вия, думаю, выжрал уже столько, что бочка позавидует.
— Не прискачет. Я с ним говорила об этом.
— В смысле, ещё до того, как я предложил?
— Угу.
— Экая ты резвая. Ну, ок. Хорошие люди нам нужны.
Встали, я натянул штаны, Земляна завернулась в халат. Я установил на столе пень, и мы сунули руки в отверстия. Дальше всё прошло как обычно. Согласны? Согласны. Коррекция татуировки на руке Земляны. И плюс один член ордена Истинного меча.
Пока Земляна разглядывала обновлённый рисунок, я убрал пень и сел напротив.
— Для собеседования поздновато, но всё-таки спрошу. Почему решила перейти?
— А что? — сверкнула на меня глазами Земляна.
— Так, любопытно, что тобой движет. Это ведь не из-за того, что у нас тут…
Земляна фыркнула, перехватив мой взгляд, направленный на постель.
— Вот ещё я из ордена в орден из-за койки не скакала!
— Собственно, это — главное, что мне хотелось понять.
— Аврос — мужик хороший. И я ему многим обязана. Но я ему и служила верой и правдой много лет. Да только — сам видишь. Глава из него — так себе, в ордене бардак. Всех, конечно, всё устраивает, иначе бы разбежались давно. Каждый свободен, ходи где хочешь, добывай кости. И когда нужно, Аврос за своих стеной встаёт — этого не отнять.
— А я?
— А ты другой совсем. Просто так на месте сидеть не будешь. То, что один за пять лет проходит, ты за три месяца перепрыгнешь, и всё тебе мало. И при том — головы не теряешь, рассудителен. Ты… Ну, знаешь, как молодой парень, а мозги — как у мужика лет пятидесяти. И ум есть, и огонь, чтобы переть напролом. Я, Владимир, сидеть тихо не хочу. Я, как и ты, хочу вперёд и вверх. И не надо вот сейчас пошлостей говорить!
— Да я вообще молчу!
— Нет, ты говоришь мысленно, я всё слышу!
— Козырный Знак — мысли слышать! Поделишься?
— Это не Знак, а природное умение! В общем, я всё сказала. Мне сидеть — не интересно. И, главное, я не хочу, чтобы у меня однажды выбор возник. Между Орденом и путём моим. Путь твоего Ордена и мой вроде как совпадают.
Я кивнул. Услышанное меня полностью удовлетворило. Хотя нет, вру, не полностью.
— Ладно, — поднялся я и взял Земляну за руки. — Предлагаю отметить твой переход из ордена в орден.
— Давай, — легко сдалась Земляна.
Обнялись, поцеловались. Я подтолкнул её к кровати.
— Как ты там говорила — «вперёд и вверх»?
— Я тебя искусаю сейчас!
— Ну, от лёгкого БДСМ ещё никто не умирал, а я открыт для экспериментов. Кусай.
Халат упал на пол, штаны тоже. Земляна легла спиной на кровать, я осторожно опустился сверху…
Секунд тридцать прошло. Столько, сколько нужно, чтобы уже перестать замечать что-либо вокруг и полностью отдаться нежному колыханию волн моря сладкой и прекрасной любви, предвкушая скорый шторм, но пока ещё наслаждаясь относительным покоем…
В общем, секунд через тридцать стукнула дверь нуль-Т кабины, чиркнула спичка, и горестный пьяный голос сказал:
— Ты ж дочка мне была.
Мы повернули голову. Сначала увидели пушку. Потом — фитиль. Затем — горящую спичку. И, наконец, угашенного в нулину Авроса, который эту спичку держал.
— Дезертиры! — проревел он и запалил фитиль.
— *****, — сказала Земляна.
Следующей высказалась пушка.
  
* * *
Я сидел за столом в столовой и молча смотрел перед собой. Передо мной, на другом конце стола, сидела Земляна и чувствовала себя неуютно. Мне хотелось, чтобы она чувствовала себя неуютно, поэтому я продолжал смотреть, а она продолжала чувствовать.
Слева от меня за столом сидел Николка и осуществлял приём пищи. Справа сидел Гравий, но к пище не притрагивался. Его очень интересовал контекст произошедшего, в котором ему пришлось принимать живейшее участие, но вопросов он не задавал, ждал, что всё как-нибудь само объяснится.
— Прости, — буркнула Земляна, первой нарушив молчание.
— Дыра, — сказал я.
— Прости, я не думала, что так будет.
— В стене моего жилища теперь — дыра.
— Ну оплачу я тебе ремонт!
— Ноябрь на дворе, а у меня в стене — дыра! Ремонт пробитой насквозь стены — это, ты думаешь, так просто? Типа, кастанул Знак «Отремонтируйся» — и всё⁈
Тут Гравий поднялся и молча, в своей манере, ушёл. Я на это не обратил внимания, у меня тут свободная территория. Идите, куда хотите, кроме заколоченного крыла и особенно подвала. Надо бы, кстати, в подвале Трещоток понаставить, хороший Знак, полезный. Тряханём Потапа — за пожар рассчитается.
— Владимир, ну чего ты от меня хочешь⁈ — начала злиться Земляна. — Я с ним правда говорила, мы всё решили. Откуда мне было знать, что он, напившись, расстроится⁈ Ты, между прочим, тоже молодец. Один раз он к тебе уже завалился в таком состоянии, сам рассказывал. Вот взял бы и ещё тогда Знак поменял.
— Если я Знак поменяю, мне потом придётся бегать по всем людям, которым этот Знак нужен, и вручную обновлять прошивку.
— Ну так и оставь Знак для всех во дворе, как есть, а в комнате у себя другой, не для всех.
— Мысль, может, и хорошая, но — нахрен. В комнате, с высокой долей вероятности, пьяный Аврос найдёт кого-то из охотников, кто с ним сладить сумеет. А во дворе начнёт палить по гражданским. Там, в пристройке, ребёнок грудной, между прочим. Или не грудной уже? Хэзэ, не помню, в каком возрасте их от груди отнимают. Хотя некоторые до старости висят, родителей доят…
— Ты же не думаешь, что я от этого всего удовольствие получила? — возмутилась Земляна. — Мне тоже неприятно! Он меня, между прочим, голой увидел!
Тут Николка чем-то поперхнулся и закашлялся, но мы на него не посмотрели, потому как дела нам до Николки не было на текущий момент никакого.
— Меня тоже, но я это как проблему не рассматриваю.
— Конечно, ты-то мужик!
— Давай, ага. Сведи всё к гендерной проблематике и скажи, что я притесняю тебя из-за того, что ты — женщина.
— Слушай, ну хватит! — совсем уже психанула Земляна. — Да, я виновата! Слово сказала, ответить за него не сумела. Чего ты от меня хочешь?
— Знак.
— Какой?
— Чтобы чужие Знаки, ловушки видеть. Ну вот этот, красивый с фейерверками.
Несколько секунд Земляна сопела. Делиться Знаками охотники не любили. Но в итоге решила:
— Ладно.
Я кивнул, полностью довольный. Дыру в стене залатаем, не проблема. А до тех пор у Земляны поживу — тоже забавно будет. Ну и Знак — штука хорошая, полезная.
Послышались шаги, и в столовую зашёл Гравий.
— Сделал, — сказал он.
— Что? — посмотрел я на него.
Над признать, что в сложившейся ситуации Гравий сделал немало. Прибежал на выстрел и принял живейшее участие в лютой, бешеной схватке с Авросом. Мы с Земляной несколько замешкались, потому что драться голыми было неудобно, так что Гравий нарисовался исключительно в тему.
И коллективными усилиями мы… ничего не смогли сделать с Авросом. Он ревел, как буйвол, размахивал мечом, а потом вовсе исчез, применив Знак. Куда отправился — знал только Бог. Сам Аврос, вполне возможно, не знал.
— Знак «Починись», — пояснил Гравий. — В Сибири выучил. Ежели что пробилось или переломилось меньше часа назад — залатает, как было. Но развивать нужно, конечно. Поначалу — так, только снегоступы чинить, лыжи, если поломал, лукошки всякие. А дальше — вот, даже дыру в стене осилил. Это. А чего Аврос взбеленился-то?