Заноза для дракона. Изгнанница. Сборник

– Тогда завтра, – не сдаётся Драго.
– Я занята сегодня, завтра и всегда, – с вызовом смотрю в его глаза.
И это моя ошибка. Его взгляд опять очаровывает меня, лишая возможности здраво размышлять.
Дэрек берёт меня за руку и соблазнительным голосом просит:
– Ну, же соглашайся, Наиля. Нельзя же всё время учиться, нужно когда-то и отдыхать.
Я с трудом отвожу взгляд от его лица. Дэрек красавчик, но не смазливый, как многие маги. У него резкие, можно сказать, рубленые черты лица, которые не портят его, наоборот, подчёркивают мужественность.
– Нет, Дэрек я с тобой никуда не пойду, – мне хватает силы воли твёрдо отказать.
Вот только на него моя твёрдость не производит никакого впечатления.
– А я буду предлагать тебе завтра, послезавтра, пока не согласишься.
Его настойчивость льстит самолюбию, не этого ли я хотела? Вот только соглашаться нельзя.
– Наиля, всего лишь один вечер. Я не принимаю отказа. Зайду за тобой в шесть вечера. Будь готова, – он обаятельно улыбается, отпускает мою руку и уходит.
Вот, значит, как! Я сказал – будь готова. Как бы не так, Дэрек Драго!
В шесть говоришь, так приходи в шесть. Сегодня у меня работа. Ещё один подпольный магический бой, на котором я присутствую как целитель.
Что ж, Дэрек, ты будешь очень разочарован, застав не меня, а Ванессу. Я мстительно улыбнулась. Будешь знать, как мне приказывать. Я тебе не Миранда Хоуп, мне женихи ни к чему.
Но почему мстительную радость сменяет раздражение и грусть? Не люблю я, когда мои чувства выходят из-под контроля. Выражаясь языком Ванессы, когда я становлюсь размякшим сухарём.
Тяжело вздохнув, я отправляюсь на занятие. Появление Дэрека выбило меня из привычной колеи. Кажется, моя устоявшаяся жизнь даёт трещину.
В госпиталь при академии я прибегаю самая последняя. Магиня Алесандра Эринтес только покачала головой, отметив, что заметила моё опоздание и продолжила инструктаж студентов.
Сосредоточься, Наиля! Но из головы не выходит приглашение Дэрека. Я благополучно пропускаю мимо ушей объяснения магини, витая в облаках.
Возглавляемая магиней Эринтес группа студентов-целителей входит в палату. Оглядываюсь. Мой взгляд падает на кровать возле окна, и я испуганно замираю.
 
Глава 4. Смертельное проклятие
 
Меня накрывает волной иррациональной паники. Что он здесь делает? Почему в этой палате? Знал, что я приду сегодня?
Наиля, успокойся, никто, кроме Вальтера Чарлея по прозвищу Паук и распорядителя боёв Буйвола, не знал, откуда я. Догадываться могли, но вот знать наверняка нет. Догадки к делу не пришьёшь.
Но как именно в это день и в этой палате оказался маг воды Ледяной, который проиграл Ярому?
Единственное объяснение – нелепая случайность. Что-то часто вокруг меня происходят случайности – сначала Ярый, теперь Ледяной…
А может, и правда случайность? Что нам говорили на уроках предсказаний: если случайностей больше одной, расценивайте это, как знак.
Тогда какой знак? Что мне хотят сказать? Все знаки связаны с моей незаконной деятельностью. Надо хорошенько всё обдумать.  Странные дела начинают твориться вокруг этих подпольных магических боёв.
Вроде как надо завязывать с ними, а с другой стороны, где ещё я смогу столько зарабатывать, чтобы моя семья жила безбедно? Кому нужен целитель без диплома и лицензии? Только Пауку.
И до гибели студентов с боевого факультета на магических поединках я считала, что мне сказочно повезло с работой. Деньги и практика, где я ещё найду такое сочетание?
– Внимание, целители! – слышу я голос магини-куратора, прерывающий мои размышления. – Ваша задача – выбрать себе пациента в палате и определить, есть на нём проклятие или нет.
Мои сокурсники осматриваются, оценивая обстановку. Присматриваются, выбирая, на их взгляд, объект полегче.  Я же иду напрямую к Ледяному. Вот уж у кого точно не будет никакого проклятия. Думаю, что он получил сильное ранение на поединке, которое не смог вылечить целитель.
Наклоняюсь к нему. Да, Ледяной очень плох, вряд ли целители госпиталя при академии ему помогут. Маг в беспамятстве шепчет какие-то непонятные слова:
 
– Он и тебя обманет. Берегись его.
– Кто обманет? – так же шёпотом спрашиваю я.
А сама осматриваю Ледяного целительским зрением. Увиденное меня шокирует. Магия смерти. О такой я только в учебниках читала.
– Куратор, – шепчет он и хватает меня за руку. Глаза открываются и впиваются в моё лицо безумным взглядом. – Он подсунул мне некроманта.
Некроманта? Откуда некромант на подпольных боях? Тёмная цитадель не рискует своими магами. Или это кто-то из свободных магов?
Я вижу, что на нём действительно лежит проклятие. Странное и незнакомое. Да откуда нам знать о настоящих проклятиях? Мы никогда с ними не сталкивались. Только предмет называется гордо: «Выявление и лечение магических проклятий». А на самом деле мы занимаемся самыми простыми проклятиями, можно сказать, бытовыми. Проклятиями бездарных – проклятие матери, невесты, жениха, свёкра, да кого угодно, сделанное в мощнейшем эмоциональном состоянии.
С настоящим магическим проклятием я не справлюсь. Нужно позвать магиню. Но тогда я не успею расспросить Ледяного.
– Какой куратор? Назови его имя?
– Мой куратор в… – взгляд его устремляется к двери. Он замолкает, не закончив фразу.
Где куратор? В академии или на поединках? Там тоже кураторы есть у бойцов.
Почему он замолчал? Поворачиваюсь и смотрю туда же, куда и он. В дверях, растерявшись от такого количества людей, стоит Буйвол. Он пришёл выяснить, что случилось с их лучшим бойцом. Теперь это затруднительно сделать.
– Магиня Эринтес, у моего пациента проклятие, – громко говорю я, специально привлекая внимание куратора к Ледяному.
– Какое проклятие и класс определили, Гуариторе? – идёт ко мне куратор.
Она, в отличие от Буйвола, не удивлена. Значит, они не знают про некроманта. Кто же протащил мага смерти на бой со стихийными боевыми магами?
– Смертельное, – говорю я больше для него, чем куратора. Буйвол кивает мне и выходит.
Я облегчённо вздыхаю, избавившись от распорядителя поединков. Я не солгала, но только присутствие в академии кого-то из моей преступной жизни меня нервирует.
– Вы, что не в состоянии определить, что за проклятие? – злится на меня магиня. Подходит и осматривает Ледяного сама.
– Проклятие наложено некромантом, большего я сказать не могу, – сдаюсь я куратору и готовлюсь расстаться с грантом.
– Не переживай, Наиля, тут даже я сказать больше не смогу, – смягчается магиня. – Похоже на родовое проклятие. Если мне сейчас ответишь, у каких родов есть секретные семейные формулы проклятий, то я поставлю тебе отлично по практике.
Я радостно улыбаюсь. Какая удача! И начинаю вспоминать историю тёмной магии.
Так, есть три семьи, обладающие редкими магическими знаниями по воскрешению мёртвых, общению с миром мёртвых, гаданию с помощью душ умерших и прорицанию. Их родовые фамилии носят приставку «ла» и в переводе на илинайский означают смерть.
– На острове Проклятых есть всего три семьи, обладающие уникальными способностями к некромании. Это ла Муэрты, ла Морты и ла Маветы, – радостно отвечаю я.
Понимаю, что радоваться у одра умирающего мага целителю не пристало. Но облегчение от того, что я не лишусь гранта, слишком велико.
– Отлично, Гуариторе, с зачёткой подойдёшь после того, как разберёмся, кто проклял студента академии, – одобрительно говорит мне магиня Эринтес.
Вокруг нас столпились одногруппники. Они возбуждённо галдят.
– Чего застыли, лентяи? Что, уже каждый готов отвечать? – сурово отчитывает она однокурсников. Они неохотно разбредаются по палате.
– Наиля, а ты отправляйся за деканом кафедры заговоров и зельеварения и за деканом кафедры лечебных артефактов. Они должны прийти как можно скорее. Может быть, мы успеем помочь бедняге.
Я выхожу из госпиталя и направлюсь к корпусу целителей и артефакторов. А в голове у меня сейчас только одна мысль: как мне предупредить Дэрека, что в боях теперь участвует некромант?