Бывших мам не бывает (СИ)

– Что нужно сделать, чтобы ты отстал от мальчика? – спросила я, задыхаясь от волнения.
– Ничего. Я все равно вернусь, – послышался глуховатый голос. На меня словно повеяло пронизывающим холодом. Это был не тот холод, который ощущаешь, открывая морозилку. Этот холод был другим. Он был мертвым, вызывающим уныние, печаль, обреченность. Он словно стирал все краски жизни, замораживал все чувства.
– Ладно, – кивнула я, бросив медальон себе под ногу.
Я быстро задрала юбку и изо всех сил ударила каблуком по украшению, словно вымещая на нем всю злость на несправедливость мира. Даже нога загудела! Под каблуком раздался хруст, а я покачнулась и…
– Аррр! – зарычал жнец, дергаясь, словно паралитик. Движения у него было ломаные, словно у марионетки. – Уйду я, придут другие!
– Пусть приходят! – кричала я, прижимая украшение каблуком к каменным плитам пола.
Лорд Олатерн стоял на лестнице, пытаясь отдышаться. Пепельные волосы были растрепаны и облепили шею и лицо. На его одежде виднелись рваные следы когтей. Сердце екнуло: “Только бы не ранил!”.
Я убрала ногу, видя огромную вмятину на украшении. А потом яростно ударила еще раз. И била с остервенением до тех пор, пока не устала и, покачиваясь, не сделала шаг назад.
– Вроде бы все, – выдохнул лорд, а меч в его руках исчез. Разбитый медальон начинал испаряться. Тонкие нити тьмы тянулись вверх, словно что-то пригорало на сковородке.
– Мы победили? – спросила я, сплевывая волосы и пытаясь отдышаться.
И все-таки мы его убили, – устало заметил лорд, подходя ко мне и для надежности всаживая в медальон какое-то заклинание.
– Это победа? – спросила я, чувствуя, что жизнь предстоит не скучная. – Мы его победили?! Да?!
От радости мне хотелось обнять весь мир. Наконец-то хоть на время кошмар закончится!
– Доброй ночи, – послышался голос миссис Рутгерс. – Я услышала шум, и решила зайти…
  
Глава 54
 
– Миссис Рутгерс! – произнес изумленный лорд Олатерн.
– Ну зачем вы так со жнецом-то? А? – пожурила миссис Рутгерс, спокойно заходя в дом без приглашения. Кажется, даже закрытая дверь ее не остановила. Старушка просто открыла ее, словно та была прикрыта. Ни один символ на стене не вспыхнул.
– Это же его работа, – вздохнула миссис Рутгерс. Он поджала губы, глядя на испаряющиеся осколки медальона.
Странное чувство, словно происходит что-то странное, не покидало меня. Маленькая старушка прошла мимо нас, улыбаясь. “Так не должно быть!”, – слышала я свой внутренний голос.
– Тео, мальчик мой, – произнесла она ласковым голосом. – Как поживаешь? Рад встретить маму?
Я опомнилась, когда миссис Рутгерс посмотрела на меня.
– Вы как сюда прошли? – спросил лорд Олатерн. Его голос прозвучал грубо и настороженно.
– Мальчик мой, – развернулась к нам миссис Рутгерс. – Для меня нет закрытых дверей и замков. Я могу пройти куда мне нужно просто открыв дверь.
Мне казалось, что я не верю своим глазам. Словно какое-то оцепенение нашло на меня, а я видела удивленное лицо Тео.
– Ты еще не догадался, кто я? – спросила миссис Рутгерс. И улыбнулась.
Улыбка у нее была ласковой, как и голос.
– Ну все, поиграли и хватит, – вздохнула она. – Я и так тянула время. Мне очень нравился Тео. И ваша семья. Больно было вас разлучать…
“Она – смерть!”, – осенило меня. Старушка по соседству, добрая бабушка, которая помогала, дарила подарки на день рождение и есть… смерть?
– Так зачем же разлучила?! – прорычал лорд, видимо, догадавшись раньше. Он дернулся с места, пытаясь перегородить ей дорогу к сыну.
– Потому что время пришло, – вздохнула миссис Рутгерс, доставая старинные часы. Они были похожи на те, которые мы видели у жнецов, но при этом выполнены они были из пожелтевшей от времени кости. – Я вижу в твоих глазах, мальчик мой, огонь. Ты готов сражаться за своего сына… Но, быть может, обойдемся без битв. Мы вместе сядем, попьем чай и все решим. Тебе меня не одолеть, мой бедный мальчик. Не смотря на то, что ты видел меня, несмотря на то, что ты – некромант, но… не вижу смысла в этой битве. А вот смысл в сладком пироге с чаем – вижу…
  
– Вы и есть смерть? – спросила я, набираясь мужества.
Не знаю, как она так делала, но в ее присутствии становилось спокойно и как-то пусто. Если, когда рядом был жнец, от него веяло могильным холодом, но от нее веяло чем-то другим. Каким-то умиротворением, смешанным с глухой тоской.
– Ну, смерть – это громко сказано. Есть он. Не буду называть его имя, но он повелевает всеми нами. Потом идет наместник смерти. Он повелевает загробным миром. И есть другие, которые выполняют обязанности смерти, каждая в своем мире. Кто-то строит себе храмы, называет богиней, а кто-то никак не может научиться следить за временем, пока пирог стоит в духовке, – произнесла миссис Рутгерс, улыбнувшись. – Я не причиню зла никому. Я просто посижу с мальчиком. А у вас теперь есть вы. И у вас будут дети. Два мальчика и девочка…
Она умолкла, а я чувствовала такое разочарование. Мы же победили жнеца! Мы сумели выиграть время для Тео!
Видимо, лорд Олатерн думал так же, раз в его руке появился меч.
– Не отдам сына, – произнес он, глядя на крошечную миссис Рутгерс. – Любовь моя, проверь игрушку!
Я бросилась наверх, но миссис Рутгерс вздохнула.
– Вы думаете, что нужен ваш игрушечный паровозик, к которому привязана душа? Увы, мне не нужен, – вздохнула миссис Рутгерс. Я посмотрела на ее лицо, а она сама чуть не плакала.
Почему же ты ждала столько времени! – прорычал лорд, стоя на ее пути.
– Я хотела, чтобы он увидел маму, – улыбнулась миссис Рутгерс. – Чтобы он снова почувствовал себя счастливым ребенком.
– Да, но теперь вы забираете его! – не выдержала я.
Мы стояли на две ступени выше, чем она, стараясь перегородить путь к Тео.
Я обещаю вам, что я найду для него лучшую семью. Он будет самым любимым мальчиком, проживет достойную и счастливую жизнь, – заметила миссис Рутгерс. – Просто ему пора.
– Я не могу с этим смириться, – задохнулась я в плечо лорда. Он покрепче сжал меч.
Старушка сделала шаг, а лорд выставил вперед меч.
– Мальчик мой, – снова ласково улыбнулась она, прикасаясь к лезвию. Оно покрылось ржавчиной и посыпалось рыжей крошкой на пол. – Если со жнецом вы можете справиться, то со мной не выйдет. Поэтому пропустите… Я не хочу ругаться с вами.
Но при этом пытаетесь сделать больно, – процедил Килиан.
– Может, – прошептала я. – Договоримся? А? Отсрочка… Небольшая… Совсем капельку…
– Нет, – вздохнула старушка.
Я чувствовала себя эгоистом. У него ведь могла бы быть жизнь! Настоящая! А сейчас он пленник дома, навсегда оставшийся в одной поре…
– Так это вы были в саду? – спросила я, вспоминая леденящее прикосновение к плечу. – Вы предлагали мне сделку?
– Сделку? Нет! – нахмурила брови миссис Рутгерс. – Я выясню кто это, и поругаю. Они не должны были привлекать живых. Видимо, кто-то новенький!
– Получается, это вы насылали жнецов? – произнес лорд.
– Нет. Жнецы сами чувствуют и тянутся к неупокоенным. Я и так их гоняла. Но это их работа.
Старушка сделала еще шаг.
– Прошу тебя, не забирай его, – произнес лорд. Он понимал, что против смерти его магия бессильна.
Через мгновенье, старушка исчезла, а мы обернулись. Она держала Тео за руку.
– Пойдем, мой мальчик. Не бойся. Там нет ничего страшного! – послышался ласковый голос миссис Рутгерс. – Я буду рядом!
– Мама! Папа! – закричал Тео, а мы бросились к ним. По его призрачным щекам текли слезы.
– Отойди от него! – закричал лорд, готовя в руках заклинание.
– Время, мои хорошие, время, – грустно улыбнулась миссис Рутгерс.
Мне стало так страшно. Неужели она заберет его!
– Можно я хоть маму и папу обниму? – прошептал Тео.
– Конечно, – кивнула миссис Рутгерс, ласково глядя на ребенка.
Сердце разорвалось болью. Не будет счастливого детского голоса. Не будет выставок картин. Не будет звона люстр. Ничего не будет. Будет тишина. Страшная, пугающая, напоминающая каждой своей секундой, о том, что раньше в этом доме жил маленький призрак, который мечтал стать художником.