Бывших мам не бывает (СИ)

– Красивая прическа… – начал лорд, пока я пыталась раздавить кого-то ногами. – Эм… Танцует… Бал?
Все было безнадежно! Мой топот скоро привлечет внимание ребенка, терпеливо ждавшего, когда далекий от искусства отец, угадает название картины.
– Сам ты бал! – проворчала я, а голодный желудок поддакнул.
– Тогда вот это? – спросил Тео, а лорд перевел взгляд на картину, которую мы еще не успели назвать.
– Это… Что-то грустное, – заметил лорд Олатер, глядя на серые краски.
– Это тоска о маме, – вздохнул Тео и умолк. Все молчали, а лорд поднял на меня изменившийся строгий взгляд. – Я очень по ней скучаю! Ты себе не представляешь как…
– Няня, выйдите пожалуйста, – произнес лорд, требуя, чтобы я вышла за дверь вслед за ним.
Стоило нам оказаться в коридоре, лорд повел меня в сторону защищенной от детей комнаты.
– Вы зачем заставляете мальчика думать о маме? – строго спросил лорд Олатерн, закрывая за нами двери.
– Я не хочу, чтобы он носил в себе всю боль, – произнесла я, видя разбросанные по комнате книги. – Ребенку нужно выплеснуть боль. А не носить ее в себе. Так что потерпите!
  
Глава 28
 
– Я не хочу, чтобы сын нас слышал! Поэтому прошу вас говорить тише! – строго произнес лорд Олатерн. Он был рассержен.
Совершенно посторонняя женщина, которую он знает от силы пару дней, имеет наглость имеет наглость вот так вот стоять перед ним и осуждающе смотреть широко распахнутыми красивыми глазами. Мысль о том, что он нашел в ее глазах что-то красивое, заставила лорда взять себя в руки. “Нет в них ничего красивого!”, – произнес он мысленно. Обычные глаза. Голубые. Даже блеклые. Могли быть и ярче. И ресницы у нее не такие длинные. Нет заманчивого изгиба. Короче! Нет ничего в ее глазах такого, от чего можно назвать их красивыми.
Мне кажется,– няня понизила голос почти до шепота.
Лорду пришлось встать ближе к ней, чтобы услышать ее возмущенный ответ. И это ему не нравилось.
– Вы не представляете себе, как расстроен Тео! Ему не с кем поговорить о своих чувствах! И весь этот грохот, который вас так раздражал, был направлен на то, чтобы вы наконец-то обратили на мальчика внимание! Но вы вечно были заняты, – выпалила она.
Лорд Олатерн только только собирался высказаться по поводу грохота. Оказывается, он не мог сосредоточиться в тишине. Но ему не дали даже слова сказать!
И ребенок сам переживал свое горе! А теперь у него появилась возможность выплеснуть его и пережить! – продолжала настойчивая и раздражающая няня.
Чем она так раздражала его, лорд не мог сказать точно.
Она раздражала его тем, что вместо того, чтобы быть еще одним привидением в доме, которое появляется изредка на лестнице или за столом, она стала лезть не в свое дело. Слуги так себя не ведут! Хотя, в этом доме слуг не было уже почти двадцать пять лет, но лорд прекрасно помнил, как должны вести себя хорошие слуги. Они должны быть незаметными!
“Незаметная няня” сейчас стояла перед ним. И была очень даже заметной. Она не робко опустила глаза, что-то шелестя. Она предъявила претензию.
У меня нет возможности заниматься ребенком, – произнес лорд, хмуро глядя ей в глаза. – У меня есть очень важные дела. Если бы у меня была возможность заниматься сыном, разве я бы стал нанимать няню?
Я не собираюсь перед вами оправдываться! – возмутился лорд. Он знал, что в чем-то няня была права.
Я понимаю, что не имею никакого права учить вас, как правильно вести себя с собственным сыном, – вздохнула няня, чувствуя, что зашла слишком далеко.
Поразительно! Но даже это скромное и унылое платье, самое скромное и унылое из всех платьев, которые были, смотрелось на няне очень вызывающе. Она напоминала девицу из магического института благородных девиц, которая делает вид, что учится только для вида, а на самом деле мечтает о поцелуях.
Мне нужен грохот! – наконец произнес лорд, а глаза няни расширились. Он видел, как изменилось ее лицо, превращаясь в озадаченное. – Я не могу сосредоточиться в тишине! Мне постоянно кажется, что с ребенком что-то случилось! Я понял, что когда я слышу грохот, я знаю, что Тео в доме! Поэтому прекращайте прятаться и начинайте шуметь!
  
Тео шумел, чтобы привлечь ваше внимание! – вспылила няня. – Вам ничего не стоит просто периодически появляться и проверять, чем мы заняты! И по поводу мамы…
  
Глава 29
 
Лорд был недоволен. Я ловила на себе опаляющие взгляды. Казалось, он хочет обрушить на меня весь свой гнев, но лишь врожденная интеллигентность не позволяет ему сделать это.
Я смотрела на невероятно красивого мужчину, который пронзал меня холодным взглядом, и мне ужасно захотелось ударить его по надменному лицу. Подобные вещи была мне вовсе несвойственны, поэтому я тут же устыдилась своего порыва.
– А что? Будет лучше, если он и дальше будет носить это в себе? – спросила я, глядя в глаза вдовцу.
– Ну я же ношу! – с таким упреком произнес лорд, что у меня сердце сжалось. Тео что-то уронил в комнате.
Я понимаю, вы очень любили свою жену, – произнесла я дрогнувшим голосом. – И никто не пытается сказать вам, что ваша потеря – это пустяки и ерунда… Но мальчик должен пережить это… Прожить и….
Вы ничего не знаете о том, что я чувствую! – отрезал лорд, а я еще раз пожалела, что просто не прошла мимо.
У нас только-только отношения наладились, только-только мы пришли к какому-то подобию диалога, как на тебе!
– Вы – просто няня, задача которой делать так, чтобы ребенок был чем-то занят и не мешал мне! А вы пытаетесь влезть не в свое дело! Делайте то, ради чего вас наняли! – воскликнул лорд, сверкнув глазами.
Ну это было уже слишком! Каждое слово было как пощечина трудовой книжкой.
– Простите! – не то фыркнула, не то буркнула я, уязвленная до глубины души. Больше ничего выдавить я не смогла. Я демонстративно развернулась и направилась обратно в мастерскую.
Все ему не так! Все его не устраивает! Как эта бедная женщина с ним жила?! Ума не приложу!
Я слышала про “просто Марий”, но про “просто нянь” не слышала.
Просто няня по-моему представлению – это тетка, которая читает журнал, изредка бросая взгляд и прикрикивая на ребенка. Это тетка, которая поглядывает на часы чаще, чем на вверенное ей дите. Та которая кивает, мол, да, да, молодец, только отстань бога ради! А сама натягивает приветливую гримасу, когда приходят родители. И тут же начинает ворковать, что то, как чудесно вел себя малыш.
Просто няня! – задохнулась я, едва сдерживая зубовный скрежет. Еще немного и на глазах выступят слезы.
Лорд прав. Я – просто няня. Я не должна близко к сердцу воспринимать чужую историю. Нужно научиться быть “просто няней”, чтобы не было так обидно слышать от родителей такие упреки. И того хуже: “У вас что? Есть дети, чтобы меня учить?! Вот родите своих, тогда и будете мне тут что-то говорить!”.
Нянь! Гляди, что я нарисовал! – ткнул мне под нос картиной юный художник.
– Это что? – спросила я, старательно делая вид, что ничего не случилось.
– Это… речка, – заметил Тео, глядя на рисунок. И тут же с тревогой добавил. – А что? Не похоже? Просто я ее почти никогда не видел. Только на картинке!
– Ты не видел реку? – спросила я, видя разбросанные тюбики с красками.
– Видел… – заметил юный художник. – Только давно. И не помню! Я давно не выходил из дома.
– Это потому, что ты призрак? – спросила я, снова забывая про “просто няню”.
– Нет, потому что папа не разрешает! – послышался голос Тео. Он о чем-то задумался. – А хочешь, я тебе кое- что покажу! Только по секрету! Ты ведь не скажешь папе?
“Просто няней” быть мне, видимо, не суждено! Я кивнула, видя, как Тео о чем-то задумался.
– Только вот я могу открыть секрет в обмен на другой секрет! – заметил мальчик, когда я рассматривала ряд картин.
– На другой секрет? – спросила я, задумавшись. – Ну ладно, я расскажу тебе секрет!