ТОРРЕЗ. Книга 3 (СИ)
Шрамы, украшающие мужчину, такие как у Кову и Лео — это шрамы, полученные в бою. В сражении с диким зверем или в тяжёлой дуэли, на поле боя или на охоте. Такие шрамы были знаком того, что их обладатель — крепкий духом воин, то и дело храбро рискующий собственной жизнью. И пусть теперь у Коты тоже имелись шрамы, полученные в сражении под старым храмом и в Нотр-Даме. Но они терялись и меркли на фоне огромного количества стыдных и унизительных увечий, полученных не в благородном сражении, а в грязном и пыльном подвале. Все эти порезы, ожоги, плохо сросшиеся кости, следы ободранной кожи, где шерсть теперь росла неравномерно — пожизненное напоминание об ужасах, что он пережил. И нет в этом ничего прозаичного. Он не сражался, не противостоял, не защищался. Лишь лил слёзы и молил о пощаде.
Поэтому никто не должен их видеть. Чтобы лишний раз не приходилось краснеть и отводить взгляд, когда его о них спрашивают. Все ждут от него красивой истории, как он спасал красивую даму от волков, или как он отчаянно сражался с головорезами, пришедшими в его город. Но истинна была куда скучнее и проще. А врать Кота совершенно не умел, да и не горел желанием. Проще держать это в секрете, сохраняя хоть какое-то достоинство, спрятавшись под завесой тайны. Увязнув
в грустных мыслях и зависти, Кота не хотел больше находиться наверху. Пусть внизу темно и некомфортно, там он хотя бы сможет наконец-то сосредоточиться на том, что было действительно важно.
Тем временем Дизз поднималась на капитанский мостик, когда Кота быстро промчался мимо, игнорируя её "Доброе утро". Не став лезть в его дела, волчица поднялась наверх, где Англхорн давал рулевому путевые указания.
— Когда ветер сменит направление, держи правее. Не хочу, чтобы мой корабль ободрало об скалы, — говорил волк командным тоном.
— Доброе утро, Генри! — сказала подошедшая Дизз.
— Ах, а вот и главное сокровище нашего путешествия. Ну, как спалось? Уверена, что не хочешь ко мне? У меня крайне удобная кровать.
Дизз слегка покраснела, смущённо улыбнувшись.
— Уверена. Я и не в таких условиях ночевала. На корабле у Райана ещё и плесенью воняло, помнишь?
— А то-ж не помню! Я несколько ночей мог не спать из-за этой вони.
— Зато ты усвоил урок. И на твоём корабле я плесени не встречала.
— А то! Для меня этот корабль имеет особую ценность. В стольких передрягах мы с ним побывали. Рассказать парочку интересных случаев?
— С радостью послушаю, — игриво сказала Дизз, оперевшись на поручень рядом с волком.
За всей этой дружеской болтовнёй с явными нотками флирта внимательно наблюдал Кову, стоя на палубе под капитанским мостиком. Нет, он не следил за волками намеренно, просто… просто они громко говорили, вот он и услышал. Просто в это время лев как раз чистил дуло ружья, что сегодня утром достал из оружейного ящика. Решив, что оно ему может понадобиться, Кову всё утро потратил на уход за ним. В конце концов, пара коротких стволов, конечно, неплохо, но он всегда лучше управлялся с вещами подлиннее.
Однако, когда пришла Дизз и завела беседу с Англхорном, во льве снова проснулось это параноидальное чувство. Капитан вызывал у Кову волну недоверия одним только своим видом. И ещё этот его флирт. На что он вообще рассчитывает? Разве Дизз не заслуживает лучшего? Вдруг Кову понял, что мысли в его собственной голове звучат довольно странно. С каких пор это вообще стало его делом? Дизз доверяет Англхорну, значит, и лев должен. И какая вообще разница, кто с кем флиртует? "Видимо голову совсем напекло. Надо прогуляться…" — с этими мыслями лев отправился бродить по палубе, закинув ружьё за спину. Кову срочно требовалось прогнать странные мысли из головы, а лучший способ это сделать — с кем-нибудь поболтать.
И первыми, кто попался ему на глаза, были Лео и Вольф, вставшие отдохнуть у фальшборта. Шерсть рыжего льва так и блестела от влаги, ещё сильнее подчёркивая атлетичное телосложение. Однако Кову больше удивил Вольф. Его белая сорочка плотно прилипла к телу, вырисовывая контур не менее впечатляющего рельефа. Для аристократов они были как-то слишком хорошо сложены…
— Доброе утро, парни! Смотрю, вы не врали, когда говорили о своих навыках, — сказал Кову, приветливо улыбаясь.
И правда, эти двое с первых минут пребывания на корабле влились в общий труд и стали весьма активными членами экипажа.
— А то! Для нас это только в радость. Свежий морской воздух, красивые виды, солнечное тепло. Курорт, а не работа! — радовался Лео, выгибаясь назад на поручне, подставляя оголённый торс под солнечные лучи.
— Хорошо тебе со светлой-то шерстью и волосами, — слегка уныло пробурчал Вольф.
— Вот тут я согласен, — только и добавил Кову.
— Ой, да хорош вам, шоколадки. Вы подумайте только! У нас впереди такое приключение, что о нём прозы можно будет писать, да стихи складывать. Кстати, а куда мы плывём-то?
— В Португалию.
— Ого… никогда там не был. Будет очень любознательно посмотреть. Раз так, долго ли нам плыть? — спросил Вольф.
— Ну, может дня три ещё.
— Вот же merde! Беру слова назад… — сказал Лео, мгновенно потускнев и встав прямо.
— Ничего, дни быстро пролетят. А что вы можете сказать про экипаж?
— А что вы хотели бы знать, месье?
— Ну, например… погоди, что? Ты ко мне на "вы"?
— Вынуждает этикет. Вы ведь старше меня. К тому же вы наш лидер и наниматель. Как и мадемуазель Торрез.
Кову громко усмехнулся, даже слегка прихрюкнув.
— Мадемуазель Торрез! Да уж, как же! Но вообще это лишнее, правда. Я не сильно старше вас. Может меня немного старит борода, но пусть вас это не смущает. В Артеле мы обращаемся на "вы" только к членам вышестоящего Руководства. А ко всем остальным мы обращаемся в более простой и непринуждённой манере. Ну, то есть это конечно выбор каждого, но… в общем, не стоит. Мы с вами на равных, даже не смотря на то, что мы с Дизз лидеры. Это лишь возлагает на нас некоторую ответственность и долг направлять вас. Но это не должность, а… короче, устал. Просто обращайтесь так, как вам будет удобно.
— Хорошо. Мы тебя услышали, Кову.
— Твоя милость не знает границ, друг. Рады быть частью твоей команды!
— Приятно слышать.
Не найдя больше поводов для разговора, лев кивнул новичкам и удалился в сторону кают. Надо же, как быстро эти ребята нашли общий язык с экипажем и влились в их ряды. Казалось бы, как аристократам из Англии удаётся так легко общаться с столь низкими слоями общества? Всего за один вечер и одно утро они стали как будто неотъемлемой частью Ловца и команды Торрез. Этот их навык втираться в доверие может оказаться как очень опасным, так и очень полезным…
За этими размышлениями Кову прошёл к дальней стене нижнего яруса, где был расположен спуск в трюм. "Там ведь сейчас Кота!" — вспомнил лев, решив заглянуть к юному другу. Спустившись вниз, он увидел забавную картину: юный исследователь сдвинул вместе несколько ящиков, смастерив подобие стола, а сам же повалил на бок пустую бочку, используя её как сидение. Согнувшись над своим импровизированным рабочим местом, он обложился кучей книг и свитков, полностью уйдя в мыслительные путешествия по осколкам древней цивилизации.
— Можно? — негромко спросил Кову.
Кота не сразу заметил его присутствие, но когда наконец-то поднял глаза, на лице льва появилась дружественная улыбка, несмотря на то, что он едва и не свалился с бочки от внезапного появления друга.
— Конечно, проходи-проходи! — радостно ответил Кота, махнув рукой с карандашом.
Кову присел на скрипучий матрас позади льва, в то время как тот поставил перо в небольшую чернильницу и ловко развернулся на бочке, чтобы видеть лицо собеседника.
— Что делаешь? Разве ты не закончил с переводом?
— Закончил. Просто не хочу останавливаться на достигнутом. Чем больше узнаю о языке, тем быстрее смогу переводить.
— И что, совсем не устал?
— Ну, может немного. Мой отдых наступит тогда, когда мы найдём артефакт. Ох, я напишу такую научную работу, мне за неё такие премии дадут! — размечтался лев.