(Не)идеальный момент
Брейкер – миллиардер. У него предостаточно денег, чтобы утереть нос Биверам, но он совершенно не кичится богатством. Конечно, он носит идеально скроенные костюмы из самой дорогой ткани, его часы больше напоминают дорогой аксессуар, а его стрижка стоит гораздо дороже, чем следовало бы, но при этом он скромно живет в квартире по соседству с моей, потому что я могу позволить себе только такие хоромы. Он мог бы жить в роскошных апартаментах со своими братьями. Он мог бы купить пляжный домик в Малибу и даже пентхаус где-нибудь в центре города, но он предпочел жить здесь.
– Да, в клубе.
– Снова подавали салат с лососем?
– Ага, и вкус его был неизменно ужасным, как и в первый, второй, третий, четвертый и пятый раз, когда его заказывали для меня.
Бейкер слегка посмеивается.
– В следующий раз извинись после того, как сделают заказ, и скажи официанту, чтобы он принес тебе вместо салата сочный бургер.
Я в ужасе хватаюсь за грудь.
– И поставить персонал клуба под угрозу разноса? Нет, спасибо. Я бы предпочла мучить салат с лососиной.
– Прямо настоящая Жанна д’Арк. Ты ведь знаешь об этом?
– Рада стараться. Ладно, я собираюсь по-быстрому переодеться, так как не уверена, что мне будет удобно сидеть перед тобой в этом платье, еле скрывающем мое исподнее.
– О, не волнуйся, я уже имел удовольствие видеть его бесчисленное количество раз.
– Не намеренно! Иначе ты поставишь на мне клеймо распутницы.
– На Хэллоуин, пять лет назад, ты выбрала наряд горничной. Думаю, в ту ночь я видел твое нижнее белье больше раз, чем за все годы, что мы знакомы с тобой.
– Э-э-э, ну, простите, сэр. Я надела этот наряд, потому что проиграла тебе пари. И это ты выбрал его для меня. Если бы выбирала я, то бы предпочла нацепить на себя кусочек тоста с растопленным сливочным маслом поверх. Ты же знаешь, как сильно я люблю наряжаться в еду.
– Да, но в костюме горничной было веселее.
– Для тебя, неисправимый извращенец.
Он театрально закатывает глаза.
– В последний раз повторяю: я выбрал этот наряд не потому, что я извращенец. Я выбрал его исключительно потому, что знал, что он тебе не понравится.
– Вау, ты такой замечательный лучший друг.
Он расплывается в широченной улыбке.
– Знаю.
Посмеиваясь, я иду в свою спальню, где быстро переодеваюсь. Снимаю платье и туфли на каблуках, влезая в пушистые черные тапочки, пару хлопчатобумажных шорт и футболку с надписью «Загадочное убийство». Собираю волосы в пучок, затем опускаю взгляд на свое обручальное кольцо. Стоит ли мне носить его при Брейкере или же лучше сначала обо всем рассказать?
Покусываю нижнюю губу, пытаясь придумать, что делать. Пять недель пролетят очень быстро. Просто молниеносно, и конечно, конечно, я хочу выйти замуж за Брайана, я люблю его, но пять недель? Мне едва ли хватит этого времени, чтобы свыкнуться с фактом грядущего замужества
Решительно дергаю за кольцо и снимаю его с пальца. Думаю, будет лучше, если я не буду врываться на кухню с ним на пальце, а поделюсь этой новостью в разговоре.
Я кладу кольцо на комод, затем возвращаюсь на кухню, где Брейкер расставил на столе напитки и обложился тонной салфеток. Они нам пригодятся.
Тако, которые покупает Брейкер, продаются в местной закусочной на колесах прямо за углом. Они готовят тако де биррия [15], причем так вкусно, что я ела бы их каждый вечер, если бы не знала меры. А поскольку к ним прилагается соус, в котором тушилось мясо, салфеток нужно много, так как без них тут все будет залито.
– Ух, они так вкусно пахнут!
– Да, верно, так что поторапливайся, чтобы я, наконец, мог отведать их.
Я сажусь напротив него.
– Ты мог бы начать есть без меня.
– Ты же знаешь, я никогда так не делаю. Во всяком случае, я джентльмен и не начну есть первым, лучше подожду.
– Что-то ты не стал ждать в тот раз, когда я принесла с собой чизкейк.
– Ах, чизкейк.
– Именно. Ты тот еще сладкоежка.
Я беру тако, и Брейкер делает то же самое. Как всегда, когда мы покупаем эти тако, мы «чокаемся» в импровизированном тосте, после чего обмакиваем их в соус. Я откусываю очень большой кусок и жую.
Через несколько секунд он спрашивает:
– Ну, как прошел обед?
Я проглатываю тако и отвечаю:
– Ох, знаешь, все как всегда.
Его рука с тако застывает на полпути ко рту, соус стекает с хрустящей тортильи, приготовленной на гриле.
– Почему у меня такое чувство, будто ты что-то скрываешь от меня?
– Что? Скрываю? Ха! Нет, я ничего не скрываю. – Я поправляю свои очки в фиолетовой оправе и хихикаю. – Зачем мне что-то скрывать от тебя? Это бессмысленно. Ты знаешь обо мне все.
– Ты заговариваешься.
– Э-э-э, нет, тебе кажется, – пытаюсь я защититься от его нападок. – Зачем мне что-то скрывать от тебя?
Он кладет тако на тарелку и выпрямляется.
– Ты явно что-то скрываешь.
– Мне не нравится твой стыдящий меня взгляд.
– А мне не нравится, что ты оттягиваешь неизбежное – рассказать мне все как на духу. – Он кивает мне. – Валяй, выкладывай.
Уф, он слишком хорошо меня знает! Отпираться бессмысленно, он будет продолжать наседать на меня весь вечер, пока не добьется правды. Поэтому откладываю свой тако в сторону и смотрю на Брейкера.
– В моей жизни кое-что изменилось.
– Хорошо, – тянет он.
– Кое-что, что так или иначе скажется на наших с тобой отношениях.
Он морщит лоб.
– Ты переезжаешь в Нью-Йорк, верно?
– Не-е-ет! Я не переезжаю, я просто… меняю статус своих отношений.
Он изгибает бровь.
– Ты расстаешься с Брайаном? Благодарю…
– Нет, он сделал предложение, и мы собираемся пожениться.
Брейкер раскрывает рот и выдыхает:
– Поженитесь?
– Через пять недель. – Я вздрагиваю от собственных слов.
– Пять недель? – спрашивает он. – То есть это надо понимать буквально, через… пять недель?
– Да. – Он отстраняется, при этом на лице у него застыло выражение полнейшего шока. Понимаю. Я удивлена не меньше. – Знаю, все слишком быстро, но Бив хочет, чтобы мы поженились в клубе, а там как раз есть свободный день. Кроме того, в его семье всегда принято играть свадьбы летом, а в следующем году ничего не получится, потому что к тому времени его племянница сильно прибавит в росте. Так что да, через пять недель.
– Вау. – Он вытирает лицо салфеткой и бросает ее на стол. – Это… крайне информативно. Он ведь только сегодня сделал тебе предложение? – Он смотрит на мою руку. – Где же кольцо? Он же подарил тебе кольцо, верно?
– Да, оно у меня в спальне.
– Это еще почему?
– Не хотела тебя шокировать, но он сделал предложение неделю назад. Хотела сообщить тебе при личной встрече. Ты злишься? – Я снова вздрагиваю. Мое сердце колотится так, будто я пробежала больше полутора километров за одну минуту.
– С чего бы мне на тебя злиться?
– Потому что, ну, знаешь, это произошло неделю назад, а я тебе еще не сказала. Кроме того, я в курсе, что ты недолюбливаешь Брайана.
– Но он тот, кого любишь ты, так что чисто гипотетически он мне нравится, – подмечает Брейкер, но делает это крайне неубедительно. Он говорит бесцветным тоном. Затем сглатывает так, будто превозмогает боль, и произносит: – Покажи мне кольцо.
– Хочешь его увидеть? – Я чувствую, как между нами возникает неловкое напряжение.
Я ощущаю, что он не очень-то рад за меня. Понимаю, для него это как гром среди ясного неба. То же самое было и со мной. Но он натягивает улыбку и старается не выдать своего недовольства, от чего, кажется, становится только хуже.
– Да, покажи мне свое кольцо.
– Хорошо.
Я иду в комнату, беру украшение, а затем отдаю его Брейкеру, как только возвращаюсь в столовую. Не надеваю его на палец, нет, просто протягиваю его ему.
– Вау, такое миленькое, – говорит он, поднимая на меня взгляд, вероятно, пытаясь оценить, как я буду реагировать. – Надень. – Он возвращает мне подарок, а я надеваю его на палец. – Тебе идет, Лия, – мягко произносит он. Вот он, мой лучший друг. Он скажет все что угодно, чтобы точно быть уверенным, что я в порядке, хотя сам при этом, вероятно, понимает, как мне некомфортно с этим камнем на пальце.