Жертва (ЛП)

Двигаясь, чтобы встать у нее за спиной, я хватаю ее за темные волосы, оттягивая голову назад, когда Майлз встает перед ней и поднимает ее телефон.
— Улыбнись в камеру, - говорит он ей, и это заставляет ее рыдать сильнее.
Он набирает сообщение и отправляет его. Я рывком поднимаю ее на ноги за волосы и тащу к дивану, заставляя опуститься на него. Сажусь напротив на кофейный столик и беру ее за подбородок, заставляя поднять на меня глаза.
— Тебе лучше надеяться, что он так же предан тебе, как и ты ему.
Сотовый в руке Майлза зазвонил, и он посмотрел на меня.
— Заблокированный номер.
— Это не очень хорошее начало, - говорю я, и ее плечи трясутся, пока она раскачивается взад-вперед на диване.
Он нажимает "Ответить" и переводит звонок на громкую связь.
— Что за хрень? - издаётся требовательный голос ее брата.
— Помоги мне! - кричит она, вскакивая на ноги, как будто он пришёл, чтобы спасти ее.
Я прыгаю вперед, опрокидывая ее на спину на диван, и сажусь на ее грудь, закрывая ей рот рукой так сильно, как только могу, чтобы она заткнулась. Он видел, в какой ситуации она находится, и понимает, что ее жизнь в наших руках. Мы хотим, чтобы он заговорил.
— Кто это, черт возьми, такой? - кричит ее брат. — Какого хрена тебе нужно?
— Ты, - просто говорю я.
Он замолкает, и ее приглушенные крики становятся громче, в то время как ее маленькое тело пытается бороться со мной.
— Лорды послали нас забрать тебя, - продолжает Майлз. — Либо ты будешь здесь через час, либо твоя сестра умрет, как и твоя мать. - Он вешает трубку и выключает телефон, бросая его в вазу с красными розами, стоящую на столике у дивана.
Я встаю с нее и возвращаюсь возвращаюсь на кофейный столик, наблюдаю, как она медленно встает и пытается размять руки, которые все еще связаны за спиной.
— Не волнуйся, - начинает Майлз, заходя за диван. Он отводит затвор, взводя курок, и ее тело вздрагивает от этого звука. — Если он не придет тебе на помощь, мы проявим к тебе милосердие и сделаем это быстро. - Он хватает ее за волосы, откидывая голову назад, и приставляет конец ствола к ее виску.
Она задыхается, черная тушь стекает по ее лицу.
— Пожалуйста … Я ничего не сделала. - Я наблюдаю, как двигается ее шея, когда она сглатывает.
Я встаю, и она, должно быть, слышит мое движение, потому что начинает метаться по дивану, пытаясь встать и посмотреть, что я делаю, но Майлз прижимает ее голову к подушке за волосы. Я открываю сумку, которую мы принесли, и достаю то, что мне нужно.
Возвращаясь к ней, я падаю на диван, оседлав ее ноги, заставляя ее кричать во всю глотку, призывая кого-нибудь помочь ей. Но никто не придёт. Мы оба это понимаем.
Она умрет сегодня ночью за своего дерьмового брата. Он готов убивать других, чтобы пройти посвящение в Лорды, но охотно позволит своей семье умереть за его ошибки. Он гребаный трус.
— Пожалуйста... - всхлипывает она, ее маленькое тело пытается сбросить меня, но это бесполезно.
Я засовываю тряпку ей в рот, заставляя замолчать, а затем достаю клейкую ленту, разрывая ее зубами, и грубо леплю на ее губы. Ее полные слез глаза встречаются с моими, и жизнь покидает их, зная, что все кончено. Нет ничего хуже, чем не иметь возможности отстаивать свою правоту. Особенно когда ты невиновен. У нее будет меньше часа, чтобы смириться со своей смертью.
Встав, я ловлю себя на том, что подхожу к камину, чтобы рассмотреть фотографии, на которых изображены она и ее мать в рамках разного размера. Ни на одной из них нет отцовской фигуры. Или ее брата.
Я не удивлен. Есть причина, по которой он не собирается возвращаться, чтобы попытаться спасти кого-либо в этом доме. Но я все еще нахожусь на посвящении и должен делать то, что от меня требуется. Я не буду мягким, чтобы спасти чью-то задницу. Не тогда, когда на кону моя жизнь.
— Блядь! - Я слышу, как Майлз шипит у меня за спиной.
Я оборачиваюсь и вижу, что он на секунду отвел от нее взгляд, и она встала с дивана, чтобы убежать. Он хватает ее за волосы и снова притягивает к себе. Ее ноги отрываются от пола, когда она пинается, борясь с ним изо всех сил.
 
— Черт возьми, - рычит он, бросая ее лицом вниз на пол рядом с телом ее матери. — Гребаная сука. - Он падает, чтобы оседлать ее спину, хватает за волосы и отрывает ее голову от мрамора.
Ее налитые кровью глаза встречаются с моими, пока она пытается дышать носом.
— Я собирался сделать это быстро. - Он достает из кармана джинсов перочинный нож, раскрывая его, и прикладывает к ее шее, вдавливая в кожу, и она крепко закрывает глаза. Ее лицо морщится, когда кровь стекает по шее. — А теперь я собираюсь не торопиться. Буду резать это маленькое тельце на кусочки. Скоро ты будешь умолять нас убить тебя.
Оглядываясь, я вижу ее испорченный мобильный телефон, лежащий в воде на дне вазы. Я подхожу к ним и опускаюсь на колени, вытаскивая свой.
— Посмотри на меня, - приказываю я.
Она открывает глаза, ее влажные ресницы слиплись из-за макияжа, который был на ней, когда мы приехали. Я фотографирую ее, стараясь, чтобы не попало лицо Майлза.
— Просто небольшое фото, чтобы мы смогли подрочить позже. - Майлз смеется, протягивает свободную руку и зажимает ей нос, заставляя ее дико выгибаться под ним.
Я набираю номер телефона в своем мобильном и отправляю фотографию, зная, что это вызовет желаемую реакцию.
 ГЛАВА ТРЕТЬЯ 
 
 
 ТАЙСОН 
 ПОСВЯЩЕНИЕ 
Преданность
Третий год обучения в университете Баррингтона
Я сижу, забившись в темный угол гостиничного номера, когда слышу, как открывается дверь. Раздается женское хихиканье, за которым следует мужской голос.
— Ты такая сексуальная, - в его голосе звучит благоговейный трепет. Как будто это невозможно, чтобы он когда-нибудь заинтересовал женщину ее возраста.
 Он прав. 
Но мужчины глупеют, когда видят хорошенькое личико с сиськами и задницей. Я выбрал идеального человека для этой работы.
— Приготовишь мне выпить? - невнятно произносит она. Похоже, она уже сильно пьяна.
— Я бы хотел выпить с тобой, - возражает он, и я закатываю глаза, когда она хихикает над его глупым комментарием.
Часть того, чтобы быть Лордом, заключается в том, что мы должны воздерживаться от секса в течение первых трех лет. Так что меня даже не смущает, что у меня сейчас стояк. На данный момент у него есть свой собственный разум, и я даже не пытаюсь его контролировать. Никакое количество порно или дрочки не помогает.
— Раздевайся, - приказывает он, его голос меняется. Он больше не в настроении ждать. Он хочет трахнуть киску своей маленькой сучки прямо здесь и сейчас. Я понимаю. Зачем ждать?
Я не слышу, как она спорит с ним, но раздается звук расстегиваемой молнии на ее платье, прежде чем загорается свет, когда они входят в спальню. Я сажусь прямее и вижу, что он запустил руки в ее светло-рыжие волосы. Она потеряла платье, но все еще на каблуках, в нижнем белье и лифчике без бретелек. Его парадная рубашка расстегнута, демонстрируя рельефный пресс. Для парня постарше он в чертовски хорошей форме.
— Великолепно. - Он отрывает свой рот от ее губ, чтобы оглядеть с ног до головы. Его руки агрессивно пробегают по ее ребрам и бедрам, натягивая нижнее белье.
Она перекидывает волосы через плечо и разворачивает мужчину так, чтобы он стоял ко мне спиной. Она приподнимается на цыпочки и наклоняется, ее зубы вцепляются в мочку его уха, заставляя его зашипеть при вдохе. Ее карие глаза останавливаются на мне через всю комнату. Она не видит меня, но чувствует, что я наблюдаю за ними. Это ее не остановит.
Он хватает ее за плечи и швыряет на кровать king-size, ее тело подпрыгивает на белом пуховом одеяле. Обычно комната украшена свежими цветами и шампанским. Но эта женщина не его жена. Это его любовница. Его игрушка на следующие несколько часов.