Жертва (ЛП)

— Есть причина, по которой ты пялишься на грудь моей жены? - требует он.
Я ненавижу, что мои бедра сжимаются, когда он называет меня женой. Как будто это действительно что-то значит. Как будто он защитит меня. Я могла бы посмеяться над собой прямо сейчас, если бы могла. Тайсон Кроуфорд заботится только о себе. Прошлое доказывает это.
— О нет. - Парень посмеивается. — Кровь. - Его глаза встречаются с моими. — Вам нужно наложить швы?
— Она в порядке, - рычит Тайсон, прежде чем я успеваю что-либо сказать. — И в твоих услугах больше не нуждается.
— На всякий случай. - Он достает из портфеля несколько пластырей и бросает их на пианино. Как будто они могут принести мне какую-то гребаную пользу.
Тайсон провожает его до лифта, а затем возвращается. Он стоит, засунув руки в карманы своих брюк. Его накрахмаленная белая рубашка, которая когда-то сидела на нем как влитая, теперь промокла, прилипла к коже и демонстрирует его крепкую грудь. Мои глаза опускаются на то, как изгибается его пресс, когда он дышит.
Его рукава закатаны, демонстрируя загорелые и мускулистые предплечья. На его запястье часы Rolex, которые, как я знаю, обошлись ему, должно быть, более чем в сотню штук. Все лорды носят свой герб на кольце, посещая Баррингтон, но снимают его после окончания учебы. Им это больше не нужно. Клеймо на их груди является достаточным напоминанием об их преданности. Мой взгляд падает на его обручальное кольцо. Оно простое - серебряное. Я не успела толком рассмотреть своё. Но чувствую его. Оно громоздкое и тяжелое, придавливающее меня.
Раньше я думала, что он был сексуальным. Я находила его привлекательным, когда моя сестра встречалась с ним, и ревновала к ней. Я была такой глупой. Незрелая маленькая девочка, которая не понимала, как устроен мир. Я ненавижу то, что сейчас он выглядит лучше, чем когда-либо раньше. Как нечто настолько ошеломляющее может быть таким злым?
Он направляется ко мне, и чем меньше расстояние между нами, тем громче мое дыхание.
— Встань и повернись, - приказывает он.
 Приступаем прямо к делу. 
Я встаю на дрожащие ноги и поворачиваюсь лицом к пианино. Я чувствую, как он протягивает руку и расстегивает молнию на моем платье. Мое дыхание сбивается, сердце колотится в груди. Комната покачивается, когда мягкий материал скользит по моему телу и скапливается у моих ног. Жар охватывает каждый дюйм моей кожи. Внезапно здесь становится слишком жарко.
Я дрожу, когда он нежно перебрасывает мои волосы через плечо, прежде чем костяшки его пальцев касаются верхней части моего позвоночника и медленно пробегают по изгибу моей спины, заставляя все мое тело покрыться мурашками.
— Не нервничай, - шепчет он, и я крепко закрываю глаза, чтобы не расплакаться.
Я дрожу. Мои каблуки трясутся на мраморном полу, и я чувствую, как на лбу выступают капельки пота.
Я чувствую, что повернулась спиной к своей сестре. Даже если у меня нет выбора в этом вопросе, она все равно возненавидела бы меня за то, что должно произойти. Она любила его. Он просто не любил ее в ответ. Не так, как она заслуживала.
— Повернись ко мне лицом, - мягко приказывает он.
Прерывисто дыша, я медленно поворачиваюсь к нему лицом, но глаза мои остаются закрытыми.
— Посмотри на меня, Лейк. - Его рука обхватывает мою щеку, и я открываю свои слезящиеся глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Его большой палец касается моих приоткрытых губ, и я шмыгаю носом. Его взгляд опускается на мою шею, а затем на грудь, следя за кровью, оставшейся после того, как он порезал меня кинжалом на свадьбе.
Кровь - наша клятва. Мне пришлось пролить за него кровь перед его гребаным культом. И я буду истекать кровью за него сейчас, когда он лишит меня невинности.
Костяшки его пальцев пробегают по моей груди и очерчивают верх моего белого бюстгальтера без бретелек. Обнимая меня, он касается губами моего уха, и я чувствую, как он расстегивает его. Материал падает к нашим ногам секундой позже, заставляя меня хныкать.
Когда он отстраняется, его невинные голубые глаза темнеют, пока он взглядом пожирает мою грудь. Я ненавижу, что мои соски твердые. Я так долго ждала этого момента. Стать женщиной. Я хотела бы сделать это с ним сотню раз. До того, как он забрал у меня единственного человека, который значил для меня все.
 
— Я собираюсь быть с тобой помягче, - нежно говорит он, — Потому что это твой первый раз.
— Спасибо, - шепчу я, ненавидя то, что у него будет так много власти надо мной. Что я собираюсь поблагодарить его за все. Я всегда буду полагаться на него в вопросах еды, крова, гребаного выживания. Мужчины, подобные Тайсону, не позволяют женщинам строить свою карьеру или жизнь, если уж на то пошло. Леди не обязательно знать, кто она такая. Она принадлежит своему Лорду, и служение ему - это все, что имеет значение.
Его рука хватает меня за подбородок и приподнимает мое лицо, так что мне приходится встретиться с его холодным взглядом.
— Все равно будет больно, Лейк.
Мой желудок скручивается в узлы, но моя киска пульсирует. Я этого не понимаю. Почему мое тело реагирует на него, когда мой разум знает, что это неправильно.
— И после этого я не окажу тебе любезности и не буду вести себя мягко, - добавляет он. — Ты понимаешь?
— Д-да. - Мой голос дрожит, я переступаю с ноги на ногу на каблуках.
Он отстраняется и поворачивается ко мне спиной, приказывая:
— Иди в спальню и ляг на кровать.
 Глава одиннадцатая 
 
 
 ТАЙСОН 
Я слышу, как ее тяжелое дыхание наполняет комнату, когда она следует моему приказу. Я не лгал, когда сказал ей что в этот раз буду помягче. Конечно, помягче в моем стиле, но это лучше, чем то, что я планирую для нее в будущем. Она научится любить, когда я буду трахать ее с плетью, цепями и кляпом. Дочь Фрэнка Минсона будет ползать на коленях, умоляя меня использовать ее, как я захочу.
Ее родители ненавидят меня. Они винят меня в смерти Уитни. Мне плевать, что они думают. Это они подвели обеих своих дочерей. Одна уже мертва, а другая скоро пожелает этого.
Я остаюсь в гостиной, смотрю, как сильный дождь бьет в окна от пола до потолка, и расстёгиваю пуговицы рубашки. Стряхнув мокрый материал с плеч, я наливаю себе еще один бокал и выпиваю его, стараясь не дать алкоголю пропасть. Это Dalmore - виски пятидесятилетней выдержки, любезно предоставленный ее отцом. Он выделил Люку эту комнату на сегодняшний вечер. Больной способ убедиться, что она прольёт кровь, когда они заключат свой брак. Я позабочусь о доказательствах. На тот случай, если сцены, которую я устроил в соборе, будет недостаточно.
Ее тихий плач доносится из коридора, прерывая мои мысли. Я не позволю этому задеть меня. Она - средство для достижения цели. Мой шанс отомстить. Ничего личного. Я увидел возможность и воспользовался ею. Если бы Лейк знала, что я на самом деле делаю, она бы поблагодарила меня.
Допив напиток, ставлю стакан на стол. Сняв туфли, я расстегиваю брюки и спускаю их и боксеры вниз по ногам, а затем снимаю носки.
Я иду по коридору и захожу в единственную спальню в этом номере площадью три тысячи квадратных футов. Я включаю свет. Сейчас середина дня, но из-за грозы снаружи в комнате темнее, чем обычно в это время. Шторы на дальней стене распахнуты - там только окна от пола до потолка, из которых виден город.
Лейкин сидит на кровати, прислонившись спиной к изголовью. Лепестки роз, когда-то покрывавшие белый пододеяльник, теперь разбросаны по полу. По ее лицу беззвучно текут слезы. Подойдя к кровати, останавливаюсь рядом с ней, и ее глаза встречаются с моими сквозь слезящиеся ресницы.
Протягиваю руку, костяшками пальцев смахивая ее слезы.
— Ложись, дорогая. На спину. Дай мне посмотреть на тебя.
Она фыркает, но медленно отталкивается от изголовья и ложится, устремив глаза в потолок. Я пробегаю взглядом по ее телу. На ней только белое кружевное белье, высоко сидящее на ее узких бедрах, и подходящая подвязка на бедре.