Авантюрист (СИ)
Теперь я имею возможность вдоволь любоваться морскими пейзажами. Несколько дней безделья — давненько мне не приходилось так увлекательно проводить время. Разучился. Поначалу всё пытался найти себе занятие. Когда Кера поймала меня за проверкой, как упакованы и уложены демонстрационные образцы воздушных шаров, богиня окончательно потеряла терпение.
— Ты меня раздражаешь, — безапелляционно объявила девушка, заступив мне дорогу. — Ты все время нервничаешь, ищешь, что ты не так сделал, и что нужно сделать еще. Не даешь мне расслабиться. Успокойся. Здесь нет чистого, здесь только волны, ветер и солнце. Идем на палубу.
Ухватив меня за запястье, богиня практически силой потащила наверх. Следом, как привязанное топало трехголовое чудовище.
— Стоп. Ты что, протащила эту тварь на корабль? — возмутился я.
— Не протащила, а просто взяла. А ты что, думал, я оставлю своего малыша в Кронурбсе⁈ Ему же там скучно будет!
— А как ты собираешься его скрывать⁈ Его же чистый уже наверняка почуял!
— Ничего он не почуял, — насупилась девушка, — Я его уже научила не фонить своей силой. Что касается внешности — просто не будем его пока никому показывать. Я ему объяснила, что никто кроме тебя и меня его видеть не должен. Ты же знаешь, он очень умненький. Патрон, честно, никто и не узнает! Нормально все будет, правда. А даже если кто и увидит случайно, подумает просто, что померещилось. Вы, смертные, мастерски умеете не замечать того, что не понимаете! Никто и внимание не обратит.
Я жалобно застонал. Вот за что мне это?
— И не мешай мне своими дурными переживаниями! Лучше помоги придумать ему имя! У собаки должно быть имя, а то он слушаться не будет. Я выбираю между Свирепая ярость, Кровавый ужас, Зубастый монстр, или Лысый кошмар.
Я так резко втянул воздух, что даже закашлялся. Взглянул на богиню — нет, она, кажется, действительно горда своей фантазией. Черт, как бы вот не обидеть?
— Нет, знаешь, Свирепая ярость не подходит, потому что это женское имя. И остальное тоже… тебе не кажется, что это слишком длинно? Вот представь, вы с ним на прогулке, и ты его зовешь — Кровавый ужас! Кровавый ужас! Кровавый ужас! Не получается быстро.
Кера глубоко задумалась — даже губы шевелятся от напряжения.
— Ты прав. Ну, тогда я не знаю! — подвела итог размышлениям богиня.
— Ммм… как ты смотришь на то, чтобы назвать его Пушок? — Ну да, неоригинально.
— Почему Пушок? — вытаращилась на меня богиня.
— Ну, потому что пушистый и покладистый, — ответил я, разглядывая складки на лысой черной коже пса. Ну, а как тут еще обоснуешь?
Кера посмотрела на пса, потрогала его шкуру, потом посмотрела на меня. Потрогала мою шкуру. В смысле лоб, на предмет повышенной температуры проверяла, видимо.
— Хорошее предложение, Диего, — мягко сказала девушка. — Я подумаю. Чуть позже.
Кера таки довела меня до палубы, усадила на кусок парусины, сдернула рубашку и сунула в руку кружку с брэнди.
— Лежи. Пей. Смотри на море.
Пришлось подчиниться. Думал, с последним пунктом ничего не выйдет, но, на удивление, мне действительно удалось быстро успокоиться. Как будто щелчок какой-то в голове произошел. Следующие несколько дней я провел именно так — сидя на складном кресле и любуясь морскими просторами в компании с Керой. Впрочем, не только с ней — глядя на нас, подтянулись и другие пассажиры, так что на корабле образовался импровизированный солярий. Некоторые матросы были недовольны — мешают, дескать. Но капитан только рукой махнул. Пусть лучше так, чем начнут сновать по кораблю и мешаться активно. Крысы сухопутные.
Провести в блаженном ничегонеделании всю дорогу было нам, конечно же, не суждено. Ближе к концу плавания на судне поднялась подозрительная суета. Я настолько погрузился в созерцание, что не сразу обратил на нее внимание, только когда об меня самым натуральным образом споткнулись. Было раннее утро, корабль стоял в порту — накануне мы пополняли запас воды и топлива и заночевать капитан решил здесь же. Солнце еще даже не поднялось над горизонтом — собственно, я и сидел-то здесь в надежде не пропустить восход.
— Что случилось, командир? — вяло спросил я потревожившего мою безмятежность матроса. Мы стояли возле Алтавы, — если не ошибаюсь, это где-то на побережье Алжира в моем мире, — и причин для такой суеты я решительно не понимал.
— Квириту капитану не нравятся те баркасы, — он махнул рукой, указывая на проблему, — о которых нам сообщила домина Улисса.
Действительно, если приглядеться, то далеко в предутреннем сумраке можно было различить силуэты четырех довольно крупных лодок, которые с каждой секундой приобретали все более оформленные очертания.
— Тут иногда пошаливают, — продолжил матрос, — но обычно крупные суда трогать они опасаются.
— Тогда, вероятно, нам следует вооружиться, — сонная расслабленность слетела мгновенно.
— Да уж сделайте милость, доминус Диего. Только вы постарайтесь потише. Судя по всему, они еще не знают, что мы их заметили. Хорошо бы так и оставалось — их слишком много, а у нас судно не боевое, — кисло пожаловался матрос, и, поняв, что больше у пассажира вопросов нет, исчез по своим делам.
— Думаешь, по наши души? — спросил я Керу. Надо же, даже не видел, как она появилась.
— Они чувствуют азарт и злость. И плывут прямо к нам, — пояснила богиня, — Наверное, просто познакомиться хотят.
— Тогда, Кера, у меня к тебе большая просьба, — посмотрев в глаза богини со всей возможной серьезностью, попросил я. — Запри где-нибудь своего питомца! Очень прошу, даже умоляю — пусть он где-нибудь посидит тихо!
— И вовсе незачем изображать такую вселенскую тоску, — обиделась богиня, — Вот скажи мне, за что ты его так не любишь? Он тебе хоть раз что-то плохое сделал?
— Кера. Я попросил.
— Ладно-ладно, — пробурчала девушка.
— Спасибо. Заодно разбудишь наших пассажиров и раздашь оружие, ладно? — вспомнил я. Вероятно, нам в предстоящей драке не помешает сотня парней с карабинами. Сам побежал договариваться с капитаном:
— Квирит капитан, вы же в курсе, что все пассажиры немного умеют обращаться с оружием. И оно у них есть. Так что можете нами располагать.
— Да, это будет нелишним, — слегка поморщился морской волк, — Там четыре баркаса, в каждом примерно по пятьдесят человек. А у меня вся команда — тридцать. Если бы не домина Улисса, — не могу не отдать должное остроте ее зрения, — они могли бы застать нас врасплох. Но даже так ваша помощь будет очень кстати — я в любом случае уже собирался отправить человека, чтобы вас разбудить. Значит, так, доминус Диего. Пусть они берут карабины и устраиваются вдоль правого борта. Пока сидя — не нужно поднимать голову над фальшбортом. Еще темно, но рисковать не стоит — вдруг увидят.
— Думаете, они сразу полезут? — с сомнением спросил я.
— Нет, сначала на ют, убрать дежурного. Наверняка попробуют забраться тихонько и снять его. Он у нас обычно один — здесь воды безопасные. А уж потом остальные полезут с бортов. Но на юте я их встречу.
— Предлагаю помочь, — тут же вызвался я, — Поверьте, квирит, мы с доминой Улиссой не подведем. У нее не только зрение хорошее.
— Пойдем вместе, — дипломатично предложил капитан, — но постарайтесь действовать только после того, как я начну. И ради всех богов, не стреляйте! Нам нужна тишина не меньше, чем нападающим. И побыстрее, они уже близко. Все начнется минут через десять.
Мы с Керой отправились на ют. Вполне удобно устроились за какой-то надстройкой, так что заметить нападающие нас не должны. Капитан уже здесь, как и явно сильно нервничающий часовой.
— Да не трясись ты, — шепотом орет командир на дежурного, — Прими расслабленный вид. Ты, побери тебя Мания [6], мужчина или медуза дрожащая⁈
Матрос постарался последовать указаниям капитана, но получилось так себе. Меня бы такая игра не обманула, — даже со спины и в темноте было видно, насколько напряжен часовой. Не бывает так во время спокойной предутренней вахты. Парню явно прежде не доводилось участвовать в неприятностях подобного рода, и теперь он теряется, а это может быть чревато как для дела, так и для него самого.