Авантюрист (СИ)

— Буду уверен вечером. Сейчас идет сверка списков. Но я уже начал готовиться, на всякий случай. Ты должен знать — если возникнет угроза, что меня раскроют, я организую на тебя покушение. Точнее, уже начал организовывать. Как только запахнет жареным, форсирую работы. Будем считать, что я захотел побольше власти и желаю стать главой семьи Ортес, раз уж ты включил меня в очередь наследования. Покушение, конечно же, будет неудачным, я погибну, а семья Ортес не будет отвечать за слетевшего с катушек племянника.
Дядя схватился за голову и принялся со стоном раскачиваться из стороны в сторону.
— Мой племянник — идиот! Вот что ты творишь, а? Сколько раз я должен повторить, что семья для того и существует, чтобы совместно решать проблемы⁈ Совместно, Диего, а не втихаря и одному мутить какое-то muta cacas! Так не делается, Диего! Ты должен был… понимаешь, должен был! С самого начала! Поговорить со мной! Эта акция, которую ты устроил… Я в целом понять не могу, почему все обошлось. Пока обошлось. Этого не могло случиться. Так не бывает. Ты дивно удачлив, и теперь я понимаю, почему. Потому что дуракам везет! Скажи, сколько времени у тебя ушло на то, чтобы перевести людей в это подземелье?
— Около шести часов, — признался я.
— А сколько ушло бы, если бы в перевозке участвовала семья? Я тебе скажу. Я мог бы организовать все за пару часов. У нас достаточно локомобилей, чтобы рассадить всех бывших пленников. Это я не говорю о непосредственном участии в нападении. Даже так мы могли все провернуть гораздо быстрее. И гораздо лучше подчистить следы. Да от того лагеря бы вообще ничего не осталось! Чистые пришли бы на пустое место, и могли гадать о том, что произошло без всякой надежды выяснить. Вместо того, чтобы рассказывать сказки о взрывах в подземелье, ты мог рассказать все как есть, и тогда сейчас не пришлось бы придумывать космического идиотизма планы по выгораживании семьи, которая и так не участвовала в деле!
— Дядя, а ты бы согласился? — спросил я, — Поучаствовать. Мне кажется, ты бы предпочел запереть меня в комнате и поставить круглосуточную охрану.
— Предпочел бы, — кивнул дядя, — Но делать так я бы ни за что не стал. Диего, я устал уже напоминать: мы — твоя семья. Ортесы не запирают своих родственников только для того, чтобы избежать опасности. Мне горько слышать от тебя такие измышления. Спасибо, что не предположил, что я приказал бы тебя убить, но, знаешь, то, что ты тут нарисовал ненамного лучше. Ты сам, своим упрямством и недоверием подвергаешь семью опасности. Я уже не говорю, что ты лгал мне, родному дяде, глядя в глаза. Как после такого уже я буду тебе доверять?
Я не знал, что ответить. Мне было стыдно. Очень и очень стыдно, хоть сквозь землю провались — да вот не получалось.
— Мы больше не будем об этом говорить, Диего. Я очень надеюсь, что нам просто не придется больше об этом говорить. Пожалуйста, не разочаровывай меня больше. Все, эту тему мы закрыли. Перейдем к тому, как мы будем разгребать то, что ты тут наворотил.
Дядя снял с моих плеч сразу массу проблем, от чего мне было только тошнее. С фермы он уехал почти сразу, но мгновенно развил бурную деятельность. Во-первых, все-таки отправил людей для наблюдения за «ограбленным» замком Орсини. А, главное, организовал доставку продовольствия, причем, на мой взгляд проделал все очень аккуратно. Просто зафрахтовал корабль, который официально отправляется в провинцию Мавритания Тингитанская. Семья Ортес совсем недавно обзавелась там земельными угодьями. Дядя решил, что гораздо выгоднее будет выращивать продовольствие самостоятельно, в Африке. Земли там плодородные, нужно только защитить крестьян от набегов всевозможных бандитов и диких племен с юга. Конечно, торговля припасами — это не совсем область семьи Ортес, но мы ведь после «загадочной» гибели семьи Брутусов усилились, пусть и не радикально. Так почему бы не потеснить немного союзные Брутусам семьи? Такой ход выглядит предельно логичным и удивления вызвать не должен. Так что скоро туда корабль пойдет с «семенным» зерном и прочими припасами для будущих фермеров.
 
Конечно, один жалкий пароход — это не серьезно. Тем более, что он разгрузился на Тибре через несколько часов после того, как отошел от пристани. Ночью и тайно, естественно. Но кто сказал, что дядя собирается на этом остановиться? Это ведь только разведка. Дядя планировал нанять таких пароходов пять штук, и курсировать между Неаполем и Тингисом они будут несколько месяцев.
— А там посмотрим, — заключил дядя, когда объяснял мне схему, — вполне может быть, и тамошнюю торговую братию потесним немного. Плюс, как только цепочку наладим, можно будет начинать вывозить твоих людей туда же, в Тингис. Не самые благодатные места, но, думаю, получше, чем подземелья. А уж работу для них я там найду. На тех же фермах, например, да и по поводу скота нужно подумать. В тех местах довольно много скотоводов, но занимаются они этим плохо, судя по тому, что регулярно голодают. Нужно будет подумать о собственных стадах. К тому же овцы — это ведь не только мясо, а еще и шерсть…
Я тоже не бездельничал. Пять тысяч человек в закрытом от солнца подземелье — это плохо. Но гораздо хуже то, что они сидят без дела. От незанятости в голове заводятся мысли, а это вообще беда, такого нельзя допускать ни в коем случае. Сразу придумать занятие для такой толпы народа я не смог, но немного снизить уровень «безработицы» оказалось вполне по силам. Вспомнилась идея, которую подали мне мормолики в тот день, когда мы из этого города выбрались. Проход, ведущий в римскую клоаку так и не был толком завален, чему я теперь только рад. Во-первых, потребовалось выставить на входе пост — чтобы ничего ненужного оттуда не лезло. Во-вторых, среди невольных постояльцев городка нашлось немало желающих попробовать свои силы в добыче полезных ингредиентов. Под присмотром мормолик, которые решили пока задержаться в городе, да с помощью некоторых других нелюдей, которые тоже не торопились возвращаться в Тестаччо, это оказалось не так уж опасно. Правда, пришлось вооружить «охотников».
С этим тоже возникли сложности — я им не доверял. Так что оружие охотники получали при выходе за пределы города, а по возвращении оставляли на посту. Пришлось, соответственно, тщательнее подбирать охранников — в результате они по большей части тоже оказались из нелюдей и несколько дядиных парней. Тоже, конечно, не сильно надежно — при желании бунт поднять все-таки возможно, но я надеялся, что обойдется. К тому же охотники уже через несколько дней оценили преимущества своего положения: заработок у них выходил вполне приличный даже по меркам поверхности. Так что мне пришлось соображать, как они его будут тратить — выпускать наверх, даже на время, я пока никого не собирался. Уже через декаду на «охоту» регулярно отправлялось больше тысячи человек, и пока количество желающих только увеличивалось, несмотря на то, что многие после встреч с тварями клоаки не возвращались. Те охотники, которые ходили с мормоликами и другими нелюдьми, обычно возвращались с добычей. Однако мормолик на всех, конечно, не хватало, люди начали ходить самостоятельно. Порой такие походы заканчивалась плохо. Охотники сами часто становились жертвами тварей клоаки.
Поделать с этим я ничего не мог, да и не пытался особо. В канализацию я никого не загонял, кормить тех, кто не захотел стать охотником не отказывался. Более того, придумал так же альтернативное занятие, тоже оплачиваемое: исследование и картографирование самого города. «Этажей» в нем оказалось несколько больше, чем представлялось вначале. За декаду основная масса исследователей добралась только до пятого, и нашли уже немало полезного. Однако были и те, кому неинтересно методично чертить схему города и собирать все, что осталось нетронутым временем — а такого было на удивление много. Старинное оружие и инструменты, даже ткани — в некоторых помещениях они сохранились так, будто их там оставили пару лет назад, а не пару тысяч. Так вот, некоторые шли глубже, подальше от основной массы картографов, в надежде сорвать куш или ведомые любопытством. Пока им удалось дойти до шестнадцатого этажа, но он явно не был последним. Откровенно говоря, мне и самому было чрезвычайно интересно, что там находится внизу, вот только времени чтобы бросить все и пойти посмотреть просто не было.