Ведун

 
Глава 1
 
Россия. 20.12.7521 от С. М. З. Х. – 2012 от Р. Х.
Пальцы скользили по клавиатуре ноутбука. Сеть ловилась неплохо, страницы мелькали одна за другой, и взгляд быстро выхватывал основу текстов. В мире, как обычно, всё достаточно беспокойно и нестабильно. Хотя, надо это признать, людей волнуют именно страшилки, оттого и подборка новостей соответствующая. Война на Ближнем Востоке. Мировой финансовый кризис продолжается, но президент России обещает, что всё будет чики-бамбони. Премьер кого-то навестил и о чём-то договорился. За взятки посадили чиновника и сняли с должности полицейского начальника. Обвалился ветхий дом в районном центре. И в этом конечно же виноваты коммунисты и лично пересажавший пятьсот мильонов архитекторов и строителей товарищ Сталин. На Кавказе стрельба и очередной теракт, видимо, кто-то по старинке опять отмывает бабло. Мировая звезда эстрады увеличила грудь, и весь мир с замиранием сердца ждёт знаменательного момента, когда же она представит своё сокровище на суд общественности. В патриарха РПЦ Гундяева кинули тухлое яйцо, и охрана священнослужителя-коммерсанта, которую ему выделяет государство, опять облажалась.
В общем, фон точно такой же, каким был вчера, позавчера и год назад. Негатив пополам с чернухой и порнухой. От этого слегка защемило сердце и, оставив в покое ноутбук, я сунул ладонь под рубашку и помассировал грудь. Вроде полегчало, и это хорошо, не придётся принимать таблетку.
Тряхнув головой, я посмотрел в окно. За ним – внутренний больничный двор подмосковного дома инвалидов. Ночью выпал снег. Дворник-таджик большой деревянной лопатой сгребает рыхлую белую массу к стене. Я вижу, что ему холодно. А ещё есть ощущение, что он мысленно напевает какую-то песню и вспоминает о доме, где его ждут жена и трое детей. Хороший он человек, ровный. Тот упырок, который работал здесь до него, тоже азиат, был уголовником и редкостной мразью, которая присматривалась к возвращающимся из школы малолетним детям. Мысли у него были чёрные, и он находился на грани срыва. Поэтому я скинул информацию о нём на электронный адрес местного райотдела милиции. Тьфу, блин! Никак не привыкну, конечно же полиции. А поскольку учреждение, где я нахожусь, не простое, копы отреагировали достаточно оперативно, и сейчас этот моральный урод далеко отсюда. Возможно, уже сидит в клетке. Но вероятнее всего, едет к себе домой и думает, как бы вернуться обратно, в страну, где правят бал никчёмные либеральные законы и деньги.
Впрочем, это дело прошлое. Я подумал о том, что надо бы попросить нянечек вывезти меня на прогулку, и мой взгляд сместился на стекло, в котором я увидел своё отражение. Слегка полноватый от размеренного и малоподвижного образа жизни усталый коротко стриженный русоволосый мужчина сорока пяти лет в полосатой пижаме, сидящий перед столом в инвалидном кресле. Правая рука на подлокотнике, рукав левой пуст. Да, вот такой я человек. Отставной подполковник ФСБ Вадим Соколов. Калека, которого вряд ли кто будет оплакивать и жалеть. Офицер, получивший неизлечимую травму на всю жизнь не в бою, а в банальном ДТП, в котором погибла вся моя семья: жена и две дочери.
После этого я не хотел жить. Но врачи вытащили меня с того света, а затем, насколько позволяла современная медицина, собрали по частям. Причём сделали это настолько хорошо и профессионально, что я даже могу немного ходить. И вот уже пять лет нахожусь в относительно неплохом местечке для одиноких людей, которые ещё могут принести пользу стране. Хотя правильней будет сказать: тем господам, бывшим партийным товарищам, что стоят у штурвала корабля под названием «государство».
Нас, пациентов, здесь немного, около полусотни. И если посмотреть на моих соседей, проживающих, как и я, в отдельных комнатках с минимальными удобствами, телевизором и ноутбуком, можно понять, что мы собой представляем. Слева – парализованный заместитель министра, который знает немало интересного и до сих пор сохраняет здравость суждений. Справа – некогда популярный безногий писатель, сочиняющий для пресс-службы администрации президента типовые речи и отмазки на все случаи жизни. Что же касается меня, то, несмотря на тот факт, что подполковник Соколов начинал свою службу в органах безопасности как оперативник, я очень даже неплохой аналитик, который выдаёт результат не на основе информированности или усидчивости, а за счёт хорошей интуиции и знания человеческой психологии. И пусть нельзя сказать, что я уникум – таких людей у нас в стране хватает, – определённый талант у меня всё же есть. Поэтому я своего рода добровольный помощник бывших сослуживцев, который мониторит Интернет и составляет докладные записки, помогающие действующим офицерам ФСБ ориентироваться в современных веяниях и течениях, наполняющих наше общество. И эта востребованность держит меня на плаву, заставляет цепляться за жизнь и не даёт скатиться в пропасть отчаяния и покончить жизнь самоубийством. Так что если бы не Всемирная паутина, то без близких людей и поддержки я давно загнулся бы.
 
Ладно, к чертям собачьим печальные мысли! Надо возвращаться к делу.
Я вновь было сосредоточился на работе, аналитической записке по экстремистским организациям России и ближнего зарубежья, которая войдёт в развёрнутый доклад для Самого. Но только набил первую страничку, как в мою комнату вошла нянечка в белом халате, молодая пухленькая брюнетка Катенька, которая улыбнулась и сказала:
– Вадим Андреевич, а к вам гость.
– И кто? – Я прервался и обернулся к девушке.
– Иван Иваныч.
Исключительно по имени отчеству старожилы и работники этого заведения называли только одного человека – полковника ФСБ Лаврова. Старого чекиста с большими связями, который раньше был куратором нашего дома инвалидов, а примерно год назад ушёл в отставку и стал работником службы безопасности у одного из новоявленных российских олигархов, Вениамина Павелецкого. Кстати, именно Лавров в своё время определил меня сюда, а когда я выл от тоски и мечтал о смерти, часто беседовал со мной и объяснял, что самоубийство – это грех. В общем, на мой взгляд, он неплохой человек. С хитрецой, не без этого. Но в целом нормальный и адекватный офицер старой закалки.
– Он ждёт меня внизу? – задал я вопрос.
– Нет. Хочет к вам подняться и попросил узнать, не спите ли вы.
– Не сплю. Пусть заходит. Буду рад его видеть.
– Хорошо.
Катенька выскочила за дверь, а спустя пару минут появился Иван Иваныч Лавров, худой мужчина пятидесяти лет с бледным лицом в тёмно-сером костюме. Видимо, дела у отставника шли неплохо, так как его пиджачок стоил минимум пятьсот – шестьсот евро, а рядовой охранник тратить такие средства на одежду не станет. Плюс к этому хорошие часы на руке, настоящая Швейцария, если не ошибаюсь, и ботинки очень даже ничего, дорогие, чистые и не стоптанные, значит, он приехал на машине с водителем. Опять же парфюм хороший, а ногтями явно занимался профессионал из салона красоты.
– Здравствуй, Иваныч. – Слегка улыбнувшись и скрипнув суставами, я встал и сделал шаг навстречу гостю. – Гляжу, жизнь у тебя удалась?
– Да, ничего так, – усмехнулся Лавров и пожал мою руку, – грех жаловаться, Вадим. Здравствуй. Садись. Я ведь знаю, что тебе стоять тяжело.
– Стометровку не осилю, это есть. Но гостя дорогого встретить могу.
– Так уж и дорогого, скажешь тоже. Садись, и я с тобой присяду.
Я вернулся в своё инвалидное кресло у стола, а отставной полковник сел напротив. Вновь появилась Катенька, поставила на стол две кружки чая и печенюшки. Мы дождались, пока останемся одни, и осторожно сделали по паре глотков горячего напитка. А затем, понимая, что Лавров просто так в гости не ходит, ибо мы с ним хоть и знакомы, но не друзья, я спросил его:
– Иван Иваныч, давай начистоту. Ради чего решил меня навестить? Работа есть?
– Нет, – Лавров качнул головой, – скорее деловое предложение.
– А именно?
– Ты ведь знаешь, что я теперь работаю на Павелецкого?