Ведун

– Ничего. Время у нас будет, а меч – всего лишь оружие.
– Тогда ладно. Завтра тронемся в путь и в дороге, если получится, станем клинками махать. Тебе учёба, а мне тренировка, чтобы форму не потерять. Но за это будешь рассказывать о своём мире и военной науке, в которой ты вроде бы знаток.
– Договорились.
– Пойдём, – спускаясь с крыльца, бросил воин, – определю тебя на постой, а то квёлый будешь.
Следуя за Сивером, я спросил:
– По реке поплывём?
– Нет. На реке сейчас опасно, княжеские дружинники могут лодью проверить, а договориться не со всеми можно. Поэтому к Волегощу помчимся верхами. На лошадях-то ездить умеешь?
– Раньше умел, но тело пока слабое, так что ехать надо осторожно, не слишком торопиться.
Через пару минут мы были в крохотной каморке рядом с большой горницей храмовых воинов, и Сивер кивнул на топчан у стены:
– Здесь будешь спать. Никуда не ходи. Дверь на запор. Окошко узкое, никто не пролезет. Захочешь до ветру – в углу лохань, нужду туда справишь. Помыться можно в бочке. Захочешь поесть – в сундуке что-то было, там же кувшин с чистой водой. Приду ещё до рассвета.
– Кого-то опасаешься?
– Нет. Просто на охране храма сейчас людей немного, а ты человек ценный, мало ли кто может за тобой охотиться. А я за тебя отвечаю, и мне не хотелось бы утром обнаружить здесь хладный труп.
– Понял.
– В таком случае спокойной тебе ночи.
Воин плавно, словно его тело было из ртути, скользнул в узкую дверную щель и исчез.
Вот и ещё один день прошёл. Надо сказать, прошёл весьма интересно и насыщенно, и теперь мне есть над чем подумать и поразмышлять. Но это будет завтра, а сейчас необходим отдых, ведь на лошадках только в кино скакать легко, а в жизни – это натёртые ягодицы и бёдра, кровавые мозоли и ноги враскоряку, особенно с непривычки. Так что силы мне понадобятся.
Сивер прислушался. За дверью глухо стукнул запор. Это хорошо. Значит, принёсший весть богов человек внял его словам о возможной опасности, и теперь, пока он отдыхает, можно заняться своими делами.
Воин Триглава и командир храмовой дружины вернулся к волхвам, которые по-прежнему находились в комнате верховного жреца. Здесь он молча сел на место, которое занимал во время беседы с Вадимом, и посмотрел на Лучеврата. Старик, который помимо всего прочего был его дальним родичем, устало вздохнул – годы всё же брали своё – и спросил Сивера:
– Что ты думаешь об этом Вадиме из рода Соколов?
Витязь такого вопроса ждал и ответил сразу:
– Он наш. Достойный муж и воин, который пережил беду, выстоял и сохранил в целости свой разум и природный дар чувствовать опасность, эмоции и намерения других людей. Поэтому, коли заняться его обучением, со временем из него выйдет хороший ведун-воин, а возможно, и витязь. Да, он разочаровался в жизни, но верен своей крови, готов стоять за Правду, как её понимает и осознаёт, и хочет начать всё сначала. С ним будет нелегко, если его к чему-то принуждать. Однако Вадим станет верным другом и товарищем, если к нему отнестись как к равному. Впрочем, слабину ему давать нельзя, чтобы не думал, будто он настолько ценный для нас человек, что ему станут угождать. Таково моё мнение.
– Ещё что-то можешь сказать?
– Да. Мы должны использовать полученные от него знания. В первую очередь те, которые касаются Крестового похода против славян. Он сказал, что война начнётся через шесть лет. Это небольшой срок, и мы обязаны использовать имеющееся в запасе время на подготовку. А поскольку самым главным защитником венедских земель и славянской веры Вадим объявил князя бодричей Никлота, мы должны помогать именно ему.
– Чем помогать, Сивер? – Верховный жрец поморщился. – Сегодня вечером в город вошли дружинники князя под командой его брата Свантибора. И сейчас воевода заседает с иноземными попами. Видимо, решает, как проще нас извести. Горожане за общину не вступятся, так как хотят спокойной жизни и опасаются за сохранность своего имущества, а кто выступит против воли Грифина, тот погибнет. В храмовой дружине всего полтора десятка витязей и полсотни служителей Триглава. Поэтому, забрав нашего идола и святыни, нам придётся уходить в леса, которые уже не один раз прятали нас от врагов. Там мы станем по новой улаживать свою жизнь и строить капища, куда могли бы приходить верные старой традиции люди.
 
– Я всё понимаю. – Сивер кивнул. – Но и ты, мудрый человек, тоже должен понимать, что отступление в лесные дебри и болота – это лишь отсрочка и не более того. Вартислав Грифин всё больше подпадает под влияние чужеземцев, холопит свой народ и желает создать на этих землях герцогство, в котором он будет наследственным правителем. Так что нас в любом случае задавят. И чтобы этого не случилось, необходимо действовать: искать союзников, подкупать и стравливать наших врагов, резать попов и убивать предателей. Только так, через жестокость и реки пролитой вражеской крови, мы выживем. Кончилось время добрых увещеваний, диспутов и честных схваток грудь в грудь. Над миром – Ночь Сварога, и нам нет никакой помощи от богов. Значит, будем биться иначе. Прикажи – и уже этой ночью я уничтожу Свантибора и княжеских сотников, а с утра подниму людей и захвачу город…
– Нет! – оборвал его верховный жрец.
– Но почему?!
– Ты воин, Сивер, этим всё сказано, и сейчас взволнован речами Вадима. А я врачеватель душ, толкователь воли богов и хранитель знаний. По этой причине должен быть спокойным и рассудительным. Мы думаем по-разному…
– А должны думать одинаково! – Повысив голос, витязь порывисто подался вперёд и навис над столом.
– Цыц! – Лучеврат приподнялся и стукнул кулаком по столу. – Ты забыл, кто я?!
– Прости, верховный, сорвался. – Понурившись, Сивер изобразил смирение, и его лицо, на котором не было ни единой эмоции, словно окаменело.
– То-то же, а то совсем распустился и об уважении к старшим забываешь, и ты, и воины твои такие же. Но ничего, я наведу в храмовой дружине порядок. – Видя, что витязь не возражает, жрец успокоился, сел и продолжил: – В общем, так, Сивер, слушай меня внимательно. Твоя обязанность – повсюду быть с Вадимом. По крайней мере до Арконы, где ты его с рук на руки, целым и невредимым передашь служителям Святовида. Потом вы выслушаете волю богов и станете действовать по обстоятельствам. Коли тебе позволят быть рядом с Вадимом, оставайся с ним и продолжай его охранять, а Ждан в одиночку отправится домой. Наше главное капище будет в Медвежьем логе на левом берегу Одры, там, Ждан, нас и найдёшь. Или вы вместе найдёте. Всё ясно?
– Да. – Воин коротко кивнул.
– Мы всё поняли, – вторил витязю Ждан.
– Вот и ладно. Пока будете рядом с Вадимом, постарайтесь узнать как можно больше, нам всё пригодится. А когда вернётесь, расскажете об этом летописцам, и мы ещё раз подумаем, как должны противодействовать нашим врагам. Жаль, конечно, что нельзя задержать вестника и плотней с ним пообщаться. Но иначе никак. Он персона для нас важная, так что его необходимо доставить в Аркону, и медлить с этим не стоит.
Лучеврат замолчал, а Сивер встал и спросил:
– Я могу идти?
– Да, готовься в путь.
– Кто вместо меня будет командовать воинами храма?
– Назначь кого хочешь, тебе виднее.
– Тогда Рагдая.
– Хороший боец и человек осторожный. Одобряю.
Сивер отправился выбирать лошадей и собирать дорожные припасы, а жрецы переглянулись, и Лучеврат обратился к своему другу:
– Мы не договорили. Ты хотел что-то сказать?
– Хотел. – Ждан взял со стола кувшин, но он оказался пуст, поставил его обратно и продолжил развивать свою мысль, которая была оборвана появлением Сивера: – Седьмицу назад я собирал наши книги, отправляя их в лес. И мне попались два одинаковых труда, повествующих о древних временах, когда у наших предков имелись бронированные машины, воздушные суда и оружие невиданной мощи, способное уничтожить весь мир. Эти книги были похожи одна на другую и написаны одним и тем же человеком. Но концовка в каждой разная. Первая заканчивалась тем, что пришла Великая Война и мир вот-вот погибнет. А вторая утверждала, что большой войны нет, поскольку боги отправили в прошлое вестника и тот смог предотвратить конец света.