Княжич варяжский (СИ)

— Я — ведун! — сказал он в свое время Сергею. — Назвать ведуна колдуном или там нойдой суомским, духам навьим прислуживающим, — это как твоего кормчего лодочником обозвать. Заруби это, Варт, на своем курносом носишке. Мы не колдуем. Мы ведаем. Нас даже навьи боги не трогают, не говоря об их прислужниках. А если рыпнется кто, сразу к богу и отправится. Как твой приятель Прорвич.
И захихикал. Хорошая шутка. И заодно напоминание. Тогда он Сергея спас, без вариантов. И совет, кстати, правильный дал: Прорвичеву девку, синеглазку Марву, ему оставить. Послушал бы его Сергей, была бы жива девка.
Плотно покушав за столом Сергея, ведун забрал хозяина и увел из города. Когда в хорошем темпе отмахали километров пять на лыжах, Избор выбрал местечко на озерном мысу, с которого ветры сдули большую часть снега, и заставил Сергея продемонстрировать секретный комплекс упражнений семьи варяжских князей.
Сергей исполнил. Не без труда, потому что сытный обед и лыжная пробежка бодрости не прибавили.
Ведун смотрел молча. Без комментариев.
Сергей тоже ничего особенного не почувствовал. Разве что в какой-то момент показалось, что на плечах ведуна — совиная голова. Здоровенная, с глазами-блюдцами.
Померещилось.
Когда вернулись в Белозеро, Избор двинул сразу в Детинец. А Сергею на прощанье сказал:
— Все хорошо у тебя. Делай дальше, не пропускай. Ножик мой — с собой?
Сергей расстегнул шубу, вытащил из-за пазухи ведунов подарок.
— Добро, — кивнул Избор. — Живи, не зевай, на чужой каравай рот не разевый… А разинул — глотай целиком и сразу! Ха-ха-ха! Будет тебе во всем удача и братняя жизнь на сдачу. Кузнецу своему, немцу-франку, вели ножик мне сковать. Вот такой примерно, с локоть.
Сунул Сергею позаимствованные лыжи и почесал вверх по улице.
— Доброго! — крикнул ему вслед Сергей, но Избор попытку попрощаться проигнорировал.
Сергей не обиделся и не расстроился. Привык. За все, что Избор для него сделал, он был готов ему любое хамство простить. С ведуном всегда так: вроде и не сказал важного: пошутил, похамил, поприкалывался, а в итоге внутри Сергея как-то все… упорядочилось, что ли. И уверенности сразу прибавилось, будто благословение получил.
«Ей-богу, если бы не пообещал жене стать конунгом, подался бы в ведуны», — мысленно усмехнулся Сергей.
И про тесак тоже надо запомнить. Надо же! Тесак из булата! Ну да ведуну виднее.
И еще одна польза от задержки обнаружилась. На следующее утро в Белозеро приехал Войст с очередным меховым поездом. Прекрасный повод устроить производственное совещание.
Помимо тех, кто был непосредственно задействован в торговом процессе, Сергей прихватил Дёрруда и Милоша. Милоша, потому что планировал поручить ему функции походного интенданта вместо остающегося в Белозере Прастена. А Дёрруд… Этот сам присоединился. Ну да лишним Сигтрюггсон точно не будет.
У Сергея в дружине Дёрруд был вторым после самого Сергея. И иногда и первым, если требовалось кого-то высококвалифицированного на ту сторону Вечности отправить.
Встретились на загородном подворье. Там, где склады для товаров не самой высокой ценности и основное производство. В первую очередь три оружейные кузницы. Да, уже три. Спрос рождает предложение. Главное, чтобы правильного металла хватило. Из болотных криц элитное оружие не сковать. Легирующие добавки в этом времени находили только случайно, и Сергей ничем помочь не мог. Тут настоящие специалисты нужны. И франкский мастер тоже ничем помочь не мог. К экспериментам был не склонен. Просто воплощал родовые технологии ковки.
Впрочем, Сергей не отчаивался. Среди молодых помощников было несколько пытливых умов. Глядишь, сдвинут прогресс в нужную сторону. Правильную идеологию Сергей им даст, а дальше — сами.
На общем сборе франк-мастер присутствовал. По-словенски он толком говорить так и не научился, но большинство присутствующих владело универсальным языком европейских торговцев, который как раз на франко-германском и был основан.
Мастер отчитался. По всем направлениям, хотя Сергея в первую очередь интересовали именно мечи. И тут все обстояло неплохо. Одну элитку в месяц команда выдавала. И около десятка «брака», который тоже по местным меркам был оружием запредельного качества. И франк был готов «расширяться», то есть брать новых помощников. Когда большая часть работы заключается в том, чтобы раздувать меха и дубасить молотами по полоске металла, рабочих рук всегда не хватает.
  
Сергей вспомнил вчерашнее и выдал задание на булатный тесак. А чтобы мастер осознал важность задачи, добавил, чтоб делал, как для самого Сергея. Потому что этот примитивный по форме клинок предназначен человеку, который ему, Сергею, не единожды жизнь спасал.
Мастер проникся и пообещал исполнить шедевр. Лично.
По прочим производствам отчитывался Гестов брат Валь. Очень толковым оказался парнишка. Все склады — в порядке, все артели снабжаются вовремя и продукцию сдают аккуратно.
— А что Тороп? — спросил Сергей, вспомнив своего приятеля, которого за леность отстранил от руководства.
Войст и Валь переглянулись. Что-то не так?
— Сбежал он, — неохотно сообщил Войст. — Своровал с нашего склада и сбег. Летом еще.
Обидно. Тороп и Ратша были первыми его товарищами в этом мире. Ратшу убили новгородцы, а этот…
— Много украл?
— Так-то нет, — подумав, ответил Валь. — Пару связок мехов. Но хороших, не белки.
— Мы искали его… немного, — покаянно сообщил Войст. — Сами искали, тебя решили не беспокоить. И сейчас ищем. Людей оповестили.
— Да и вороны с ним, — решил Сергей. — Не надо его искать. Пусть живет.
«Прощу его, дурака. В память о прошлом». Пусть живет. И опасается.
— Холопья кровь, — проворчал Валь.
Сергей усмехнулся. Ну да, нашелся, блин, благородный.
А-а… пусть думает что хочет. Главное, чтобы дело делал.
— Машег, что скажешь?
— Сначала ты скажи. Куда пойдем? Новгород? Смоленск? Киев?
Правильный вопрос. Проблема в том, что Сергей еще сам не определился. У него в планах был Новгород обязательно: базу тамошнюю проверить и укрепить. Смоленск, скорее всего. И в Полоцк надо заглянуть непременно. Город важный. Через него путь на западную Балтику, в будущий Рижский залив. И вообще город важный. Это Сергей еще с прошлой жизни помнил. Важный и сильный. Был. Пока Владимир Роговолда с сыновьями в Ирий не определил. Собственно, он и потом наособицу стоял. Вроде бы и под Киевом, да не совсем. Локальная кривичская столица. Нет, Полоцк навестить непременно следует. Может, даже с прицелом на будущее. Устах Сергею рассказывал: Роговолод его не по наследству получил, а прибрал силой. Может, и у Сергея так выйдет? В перспективе. Сесть князем в Полоцке было бы очень недурно.
Размечтался, однако.
— Так что, дойдем до Киева? — с напором повторил Машег.
Сергей глянул на друга недовольно. Да, они побратимы и многое у них в пополаме, как говорили в самой первой жизни Сергея. Но вождь все-таки он, а не красавчик хузарин.
— Пока не решил, — неторопливо произнес Сергей. — До Смоленска точно, а Киев… поглядим.
— А мне что делать, пока ты будешь глядеть? — раздраженно проговорил Машег. — Вино пить да девок валять?
Сергей уставился на друга специфическим «взглядом воеводы».
Проняло. Немного. Напугать хузарина в принципе было невозможно, однако чутье у него имелось. Смутился. Пошевелил темными усиками, почесал тонкий прямой нос, не испорченный обычными в воинской среде переломами, и сказал, оправдываясь, уже без прежней агрессии:
— Варт, мне надо понять, какие товары с собой брать. Что сейчас грузить, а что на лето оставить, когда мы точно на юг пойдем.
— Понимаю, — кивнул Сергей. — Но правда пока не решил. В Смоленске определимся. Помнится, брат твой собирался летом сюда, в Белозеро прийти?
— Собирался, — подтвердил Машег. — По нашему пути, не через Киев.
«По нашему» — это по системе рек и озер к верховьям Волги и через Волжскую же Булгарию.