Во власти алых очей (СИ)

========== Глава пятая ==========
Похоже, это самое ужасное утро в моей жизни. Меня единым штурмом осадили тысячи ошеломительных вопросов, так пока и лишенных возможности получить ответы, и все это нескончаемым вихрем так и носилось в моей гудящей от сковывающей боли голове. Это гребаный абсурд! Почему это все так.. по-настоящему? Или я правда хожу во сне? И куда? Но как же Туомасс смог.. Господи, он реален?! Где он? Он был в моем доме? Что ему нужно?!
  
Мне страшно.. Так страшно, что все в груди, как жгутами, сдавило и перетянуло от жаркого волнения, но еще больше угнетало как раз таки то, что прийти к какому-то разумному выводу я так пока и не смог.
Всхлипнув и с шумом выдохнув, я поднялся скорее с пола и, поморщившись от боли в плече, на котором обнаружился еще и нехилый синяк, ворвался в душевую кабину, трясущимися руками нервно закрывая двери и быстро включая воду наугад, не настраивая, чтобы только скорее стереть с себя все эти отвратительные следы другого мужчины.
— Как же ее много! — с безумным ужасом ахнул я, брезгливо проводя рукой по ноге и между ягодицами, и, скривившись, принялся смывать с кожи сперму, в то же время безнадежно замечая, как постепенно и тягуче наливается мой член при частых мыслях о том пугающем демоне из сна. — Нет! Это безумие какое-то.. Не хочу! Нет! Нет!.. Почему.. Как же так?! — не в силах держать себя под контролем, я изо всех сил стиснул в пальцах мочалку и, так сгоряча не обуздав накатившую истерику, вдруг позорно разрыдался от отчаяния, яростно и часто ударяя по белоснежной стене кабинки, давая волю сразу всем своим разбитым чувствам. Он уничтожил меня морально и надругался физически. Ладно бы еще это было со мной лишь во сне..
Время растянуто шло, но я никак не мог отпустить ситуацию, равно как и она совершенно не стремилась хоть сколько-то улучшаться. Я досадно давил на кожу губкой, ненавидя и всячески проклиная себя за предательство, эту гнусную измену и такое неудержимое, изнутри меня неторопливо охватывающее желание привести себя с ним к новому греху, на которое сейчас максимально нацелился мой вошедший во вкус пах. Тело, будто не мое, явно хотело еще.. и меня даже никто не собирался об этом спрашивать.
Член по-прежнему непоколебимо стоял, прямо как и лицо коварного Туомасса перед моими глазами, его потрясающие, напряженные бицепсы, рельефный торс и рост, вероятно, переваливающий за два метра, а сильнее всего — гипнотически-кровавый, даже пугающий взгляд. Не помнил я только его голоса, о чем часть меня продолжала странно сожалеть, и за эти отвратительные желания я безысходно угнетал себя еще больше.
Марика не простит меня. Я бы не простил такое. Быть может, мною движет сейчас лишь стресс и чрезмерно взбудораженные чувства, не знающие отныне всякого покоя, но я не представлял, как мне быть теперь дальше. Неприятно опять затянуло в груди расплескавшимся огнем желчи, как будто от необратимой утраты чего-то немыслимо важного. Подобное бывает, когда ты сильно накосячил или непоправимо опозорился перед большим количеством людей, понимая, что за это еще и может грозить разного рода наказание.. но только здесь все ощущалось в разы катастрофичнее. Господи, я занимался сексом с мужчиной! Но ведь это все было во сне! Как он смог сделать это в реальности?! Зачем.. зачем я ему? И нужен ли я теперь Марике вот таким..
Я — предатель, грязный, лишенный стыда извращенец.. потому что мне нравилось. Какой стыд.. Я должен был бороться до конца, даже ценой своей собственной жизни!
— Пр..рости меня, милая.. — бесконечно шептал я, утомленно стоя на коленях на влажном полу ванной и буквально упираясь лбом в закрытую дверь. — Я такое ничтожество.. Мари, я же клялся, что не предам.. никогда.. — сквозь жало, застрявшее в горле, продолжал я себя ненавидеть и жалко выдавливать из скованной глотки слова, в то время как в ушах снова стал зарождаться странный, навязчивый и раздражающий шум, и на короткие секунды он превращал мое тело в плотный вакуум, надежно закупоренный и изолированный от реальности.
Меня насильственно охватывало загадочное чувство сродни какому-то влюбленному, волнительному предвкушению, которое сам я искренне не понимал, оно было будто инородной частью во мне, навязанной и извне прижитой. Ведь в то же время мне яростно хотелось все крушить вокруг, включая себя самого, вдобавок и из-за этого звона, чтобы мне ничего не мешало, но вряд ли это могло бы помочь во всей моей ситуации, и я не мог от него так просто избавиться. Он, нарастая, противно превращался в ультразвук, и это мучило еще сильнее вместе с неразборчивым шепотом, который преследовал меня и настораживал уже второй день к ряду. Я реально схожу с ума? Что это за звуки?
— Билл? — вдруг услышал я голос Марики, который ворвался мне в сознание будто издалека и все же немного прогнал собой эти посторонние шорохи вместе с моими болезненными стенаниями. — Эй, почему ты закрылся?.. Открой! — настаивала обеспокоенная жена, громко стуча, ведь мы никогда не закрывались во время отдельного мытья, скрывать-то нам тогда было просто нечего. Мы доверяли друг другу всегда и во всем. Но это тогда.. — Ты слышишь?.. Билли, все хорошо?.. Билл? Но ты же ведь должен быть уже на работе!..
Будто очнувшись, я уже с новым волнением и действительно другими глазами уставился на эту дверь, за которой, будто за преградой, стояла жена, и вмиг безумно растерялся, не представляя в полной мере, что мне теперь делать и говорить в оправдание, когда ей все же открою. Этому просто нет никаких разумных объяснений. Да даже неразумных в том числе!
— Блин.. — шикнул я, скоропалительно поднявшись и снова увидев в зеркале яркий синяк на плече, который тоже ведь вызовет целую массу вопросов, если я его ей покажу. А ответов я так до сих пор и сам не знаю. — Сейчас, Мари! — как можно беспечнее отозвался я наконец и стиснул с тяжелым негодованием челюсти. Как же я не люблю врать. И работа.. Неужели я здесь был так долго?! — Что же делать.. а! — тревожно озираясь, бормотал я и, увидев свою старую футболку, скорее схватил ее и лихорадочно набросил на себя, всячески стараясь не напрягать ягодицы, так мне услужливо и напоминающие о горячей ночи с демоном. Слишком горячей и ужасной..
Еще раз покосившись в зеркало и испытав новый прилив мерзости и отвращения к самому себе, я быстро плеснул воды в лицо и, не вытираясь и совсем позабыв про трусы, поковылял к двери, из-за которой сразу же появилась моя встревоженная жена. Вот только на нее я больше не мог теперь смотреть без жуткого стыда и горьких, досадных сожалений. Я отвратителен. Испачкан этой липкой, стыдной и развратной грязью сверху донизу.
— Билл? — тревожно оглядывая меня с ног до самой головы, с осторожностью спросила она, а я реально, как трус, едва заставил себя не отводить глаза и нервно ей улыбнулся, будто все было так, как всегда и надо. — Ты чего? Ты какой-то странный.. Что ты делал? И почему еще не ушел? Уже ведь половина девятого!
— Эм.. Сойдет все, — выдохнул я в ответ на этот разящий шквал вопросов и беспокойно прикрыл глаза, когда понял, что угодил в ее заботливое объятие, колко и мгновенно отозвавшееся былым стыдом и долей реальных, болезненных ощущений. — Просто я.. ээ.. — еще крепче зажмурившись и кое-как найдя в себе горстку сил и совести тоже ее обнять, я принялся экстренно сочинять свое уже заведомо нелепое оправдание. — Я заболел, наверно.
Вообще зря я сказал это. Чертовски зря.. Теперь же она на шаг от меня не отойдет, а мне это совершенно не на руку! И вообще, блин, я, походу, так вот тупо скоро вылечу с работы, но у меня просто не было другого выхода, кроме как это соврать! Голова не варит совсем, будто я после этого феерического, грязного «марафона» с потусторонней чертовщиной рванул одним махом на несколько ступеней эволюции.. причем в обратном направлении.
  
Я, к слову, оказался прав, и уже вскоре меня принялись осматривать, а в итоге повели, как под конвоем, на кухню за первой порцией лекарств на сегодня. Как по мне, то в качестве первой помощи мне подойдет теперь только летальный исход.