Украденные сны (СИ)

Он высадил нас на стрелке Каменного острова, рядом с обзорной площадкой. Я расплатился — руки извозчика слегка дрожали.
— Я в чайную, ваше сиятельство, — торопливо сказал он. — После такой поездки надо чаем отогреться.
Я с досадой покачал головой. Извозчики любят поболтать. Не сомневаюсь, что к вечеру вся столица будет знать о сумасшедшем графе, который возит с собой волка. Пожалуй, и на вызов приезжать перестанут.
  
— Идем, Волчок, — сказал я, показывая на тропинку, которая петляла между деревьев. — Я живу в той стороне.
В парке было темно, стволы старых лип чернели в темноте. Но над рекой светила луна, блики дрожали в воде, и этого света хватало, чтобы не споткнуться и не врезаться лбом в какое-нибудь дерево.
— Есть одна трудность, Волчок, — сказал я зверю, который бесшумно бежал рядом со мной. — Я живу в необычном доме. Он живой, и сам решает, кого из гостей впускать, а кого — нет. Но я постараюсь с ним договориться.
В темноте сверкнули глаза — волк бросил на меня короткий взгляд, как будто понял мои слова.
Через минуту мы подошли к задней калитке моего сада, и я послал зов Игнату:
— Игнат, я вернулся, и не один. Привел с собой необычного гостя.
— Бегу, ваше сиятельство, — обрадовался Игнат.
— Я у задней калитки, — предупредил я.
На ограде тихо звенели бронзовые колокольчики. Я не стал их снимать — мне нравилось, что они придают дому необычный волшебный вид.
— Вот, здесь я и живу, — сказал я волку.
Волчок снова взглянул на меня. Потом улегся на тропинку, вытянул морду к дому и заскулил.
Я замер от удивления. Сознание накрыла теплая волна дружелюбного внимания — это дом присматривался к нам.
Волк снова протяжно заскулил, а потом заворчал, словно пытался что-то сказать. Резко встал, сделал шаг к калитке и снова лег, вытянув морду и настороженно шевеля острыми ушами.
— Ничего себе, — изумленно сказал я.
Мне показалось, что дом удивился не меньше моего. Несколько секунд он раздумывал.
Волк снова заворчал. Теперь в его голосе звучали жалобные нотки, и это решило дело.
Калитка сада сама собой открылась, приглашая нас войти.
— Я смотрю, вы договорились, — улыбнулся я.
Волк вскочил, отряхнулся и посмотрел на меня.
— Ну, идем, — кивнул я.
Игнат встретил нас на крыльце.
— А где же ваш мобиль? — обеспокоенно спросил он. — Вы же на мобиле уезжали.
— Сломался. Пришлось отдать в починку.
— Неужели в аварию попали?
— Да нет, просто проколол колесо. Познакомься с Волчком, Игнат. Он поживет у нас какое-то время.
— Неужели вы пса решили завести, ваше сиятельство? — обрадовался Игнат. — Хорошее дело! Мохнатый какой! На улице его подобрали? Только в дом его сразу не водите, пусть на улице переночует. А я завтра же в лавку к зельевару сбегаю, зелье от блох куплю.
— Не нужно никуда бегать, — улыбнулся я. — Блох у него нет. Только учти, что это не собака, а волк. Но он очень умный.
— Волк?
Игнат непроизвольно попятился, но тут же взял себя в руки.
— Раз дом его пустил, значит, пусть живет, — рассудил он. — Умеете вы удивить, Александр Васильевич.
Я развел руками:
— Это как-то само собой получается. Волчок, познакомься с Игнатом.
Волк подошел к Игнату и обнюхал его колени. Потом коротко шевельнул хвостом.
— Признал, — удивленно сказал Игнат. — Вы ужинать будете, Александр Васильевич?
Я на секунду задумался, а потом решительно кивнул:
— Буду. Только знаешь, Игнат, не нужно ничего готовить. Обойдемся чаем и бутербродами. Ты ешь бутерброды, Волчок? А завтра купим тебе мяса.
— Я у мясника обрезки для него закажу, — деловито сказал Игнат. — Так дешевле выйдет.
— Уверен, что ты все устроишь наилучшим образом, — улыбнулся я.
Обрадованный моей похвалой Игнат живо поставил чайник. Мы устроились на кухне, возле открытого окна, в которое тянуло ночной прохладой. На большом блюде громоздились бутерброды с сыром и холодной говядиной. Игнат нарезал их по-деревенски — толстыми ломтями.
— Так вкуснее, — уверял он меня.
Я был полностью с ним согласен.
Волчок разлегся под столом. Он зажал лапами большой кусок говядины и неторопливо наслаждался им, урча от удовольствия.
— А к нам жулик приходил, — сказал Игнат, разливая по чашкам крепкий ароматный чай. — Я его прогнал.
— Что за жулик? — удивился я.
— Да обыкновенный жулик. Их много по столице шаромыжничает. Молодой, а до чего ловкий. Я, говорит, помощник архитектора. Вызнал, наверное, что вы обсерваторию строить надумали, вот и решил поживиться. Только я-то вижу, что не похож он на архитектора — молодой слишком. Жулик, точно вам говорю. Хотел задаток у вас выманить и сбежать с деньгами.
Игнат осуждающе покачал головой.
— Помощник архитектора? — нахмурился я. — А фамилия его Куликов?
— Точно, — закивал Игнат. — Так он и сказал. А вы его знаете, Александр Васильевич? Он и к вам подходил?
— Знаю, — улыбнулся я. — Этот Куликов и в самом деле помощник архитектора.
— А по виду не скажешь, — удивился Игнат.
— Почему же ты мне зов не прислал?
— Так зачем же вас беспокоить из-за каждого бродяги? У вас важные дела. Я сам с ним разобрался. От ворот поворот, и все. Но вежливо отшил, не беспокойтесь. Сказал, если вам понадобится что-то построить, то вы в солидную контору обратитесь.
Игнат взял из вазочки кусок сахара и ловко расколол его щипцами.
— Я так подумал — зачем вам строить, с вашим-то домом? Захотите, и утром будет вам обсерватория. Но жулику этому ничего говорить не стал. Ни к чему ему ваши секреты знать.
Рассмеявшись, я махнул рукой и принялся за хлеб с мясом, запивая его горячим чаем. Не слишком полезно для желудка, но зато вкусно так, что язык проглотишь.
— Ладно, завтра я поговорю с этим Куликовым.
— Я ему так и сказал, — кивнул Игнат. — Чтобы завтра приходил, когда вы дома будете. Правильно, Александр Васильевич?
— Абсолютно правильно, — рассмеялся я. — Ты молодец, Игнат.
— Налить вам еще чаю?
— Не нужно, — отказался я. — Спать хочу так, что сил нет.
И в подтверждение своих слов я широко зевнул.
— Вот что, Игнат. Закажи завтра в лавке хороший ошейник для Волчка, чтобы он горожан не пугал.
— Закажу, Александр Васильевич, — кивнул слуга.
— Ну, идем спать.
Возле моей кровати лежал коврик. Еще утром его не было — это я помнил точно.
— Снова заботишься о моем комфорте? — с улыбкой спросил я, обращаясь к дому.
Но я ошибся.
Волк, негромко цокая когтями по полу, проскользнул в спальню следом за мной и удобно устроился на коврике. Опустил голову на мощные передние лапы и посматривал на меня из-за полуприкрытых век.
— Вот оно что, — рассмеялся я. — Значит, будешь спать здесь? Только давай договоримся сразу — в кровать ко мне не прыгать. А я не стану претендовать на твой коврик.
Волк коротко заворчал, и я счел это знаком согласия.
Раздевшись, я подошел к шахматному столику, который стоял под окном. Дом сделал свой очередной ход — двинул вперед коня, угрожая моей центральной пешке.
— Неплохо, — улыбнулся я, оценив угрозу.
Немного подумал и передвинул на одну клетку своего ферзя, защищая пешку.
— А мы вот так!
Потом еще раз широко зевнул, залез в постель и постарался выбросить из головы все беспокойные мысли.
Завтра, все завтра.
Магическая лампа под потолком сама собой померкла.
Я опустил голову на подушку и мгновенно провалился в сон.
  
Глава 12
 
Утром меня разбудил Волчок. Он ткнулся холодным носом в мою ладонь, которая свисала из-под одеяла.
  
— Отстань, — сонно сказал я. — Дай поспать.
Но волк не отстал. Он схватил мою руку зубами, осторожно сжал и потащил.
Конечно, я сразу проснулся. Трудно спать, когда твоя рука находится в волчьей пасти.