Только (не)любовь (СИ)

— О подарке не беспокойся, сам всё организую, — произнёс «жених» отрывисто и  коротко, будто телеграфировал, раздавал приказания или ставил перед фактом. Как всегда: максимально собранный человек-машина. — И да, твоё присутствие обязательно. Будешь милой, разговорчивой, можешь пить шампанское и смеяться над идиотскими шутками, только в рамках приличия, разумеется.
— А Вика там будет? — вклинилась я  с дурацким вопросом. Что с меня возьмёшь, так, провинциальная дурында!
— Вики не будет. Ещё вопросы?
Было видно, что Дмитриев еле сдерживается, чтобы не рявкнуть. Ничего, пусть терпит, деньги так просто не достаются, ему ли это не знать!
— Нет, — коротко ответила я, сдерживая улыбку.
Наверное, он это заметил, потому что дальше нанёс удар под дых:
— Нам придётся повести в загородном доме юбиляра ночь. Комнату дадут одну на двоих, и спать будем в одной постели, — сощурив глаза, мужчина пристально смотрел в глаза, вероятно, любуясь моей реакцией.
— Я не гордая, посплю на полу. Или в кресле, — начала я, даже не рассчитывая, что мажор уступит кровать мне. Бог с ним, перебьюсь!
— Это вызовет ненужные пересуды. Поверь, Настасья Павловна с подачи моего двоюродного братца, всё ищущего смысл жизни,  уже всем раструбила о нашей помолвке. И пикантных обстоятельствах, при которых она, возможно, заключена. Пересуды ни к чему. Спасть будем в одной постели. Приставать не буду, обещаю.
Последнюю фразу жених произнёс предупреждающим тоном, будто ставил условие. Мол, не надейся.
Я вспыхнула и выговорила ему всё, что думала о затее, а потом, успокоившись, замолчала, скрестив на груди руки и уставившись в окно. Мы находились в квартире Ярослава неподалёку от Чистых прудов.
Я смотрела из окна трёхкомнатных апартаментов, расположенных на восьмом этаже довоенного дома в стиле сталинского ампира. Такие квартиры называются «видовыми».
Панорама открывалась и впрямь впечатляющая: Бульварное кольцо, старая Москва как на ладони. Даже шпиль Останкинской телебашни виден.
Интересно, Ярослав планировал здесь жить в Викой? Конечно, разве одному нужна просторная трёшка почти в сто квадратов?
Мы оба молчали. Он устроился в ротанговом кресле-качалке посреди гостиной и медленно раскачивался из стороны в стороны, ожидая, пока до меня дойдёт, что так будет лучше.
Ненавижу эту фразу! Кому лучше? Тому, кто манипулирует, возможно, но всегда есть вторая сторона, приносящая себя в жертву.
Впрочем, заниматься с мажором сексом мне не придётся, надеюсь, что кровать будет достаточно широкой, чтобы мы затерялись на белоснежных простынях.
На том и порешили: спим вместе и одновременно порознь. Одну ночь. Это как со стихийным бедствием: сражаться бесполезно, легче отойти в сторону.
— Ой, и зря ты отказываешься! — засмеялась Стася, выслушав мой рассказ. Что удивительно, даже не перебивая. — У тебя когда секс был? Полгода? Год назад?
— Не начинай, — отрезала я, нахмурившись, и подруга сразу сменила тон:
— Ладно, не злись. Я не хотела тебя обидеть, моя будущая миллионерша!
Вид у поверенной моей души был стыдливо-виноватый. А ещё шкодный, поэтому я воспользовалась тем, что машина уже припаркована во дворе, и легонько щёлкнула подругу по длинному наглому носу, так и норовящему залезть куда не следует.
— Когда там планируется ваше рандеву? — засмеялась Стася, поднимаясь со мной наверх. — С тебя подробный репортаж. И поснимай там девок, во что одеты, обстановку. Словом, всё. Даже жратву.
— Ты же на диете? — улыбнулась я, понимая, как Стасе хочется оказаться на моём месте.
А мне вот мне совсем не улыбалось провести в незнакомой компании два дня, но ничего, я найду чем себя развлечь.
Моё любимое занятие — наблюдать за людьми. Займу удобный наблюдательный пост, и пусть все думают, что я стесняюсь! Переживу. И даже постараюсь получить удовольствие!
А ночью буду храпеть, чтобы нарушить чуткий сон мажора. Ольга Денисовна меня уже просветила насчёт этого, вот и пусть её мальчик помучается. А если полезет с объятиями, получит локтём, куда попаду. Церемониться не стану.
 
Нет, ерунда. Не полезет. От этой мысли мне почему-то стало обидно, но я волевым решением вымела эту  ненужную эмоцию из головы.
Глава 13. Совместный выход
Три дня пролетели слишком быстро для того, чтобы я могла собраться с мыслями насчёт будущего визита к партнёру Ярослава. Платье, туфли, сумочка — всё это было куплено за один день, но желание идти на вечер не прибавило.
Мажор заехал за мной в шесть, но подниматься в квартиру не стал. Подобная тактичность очень меня обрадовала: граница между нами должна быть чёткой жирной линией, которую должно быть заметно даже с высоты птичьего полёта.
— Я рад, что не пришлось долго тебя уговаривать, — протянул Ярослав, когда я устроилась на переднем сиденье рядом с ним. И мельком посмотрел на мои ноги.
Я всегда предпочитала мини, и платье выбрала скромное, однотонное, но по длине не доходящее до средины бедра. И вот моё «маленькое белое платье» в стиле сафари предательски задралось, оголив ажурную резинку чулок. Пришлось положить на колени сумочку, чтобы не отвлекать жениха от дороги.
Впрочем, чувствовала я себя вполне комфортно. И даже двусмысленная фраза попутчика не нарушила душевного равновесия. Так всегда: волнуюсь до чёртиков накануне, а стоит действию начаться, собрана и спокойна.
— Я всё понимаю, — ответила я тоже весьма двусмысленно. Можно трактовать как «понимаю свои обязанности» или «знаю, тебе некуда деваться».
Ярослав ничего не ответил, только продолжал смотреть вперёд через лобовое стекло. Я отвернулась к окну, сделав вид, что слушаю негромкую музыку, доносившуюся из магнитолы, и не замечаю взглядов мужчины.
Ей-богу, я предпочла, что бы сейчас в машине находился кто-то третий, чтобы разрядить градус напряжения, витавший в воздухе! Но приходилось мириться с тем, что есть.
Ехали мы, как назло, очень долго, не меньше часа. Оказалось, день рождения праздновали за городом, в доме юбиляра, который превышал по размерам и богатству тот особняк, что достался мне в наследство.
Во дворе специально обученный персонал жарил шашлыки, делал стейки на гриле, туда-сюда то и дело сновали официантки, поднося салатницы, расставляя приборы на длинном столе, выставленном на зелёном газоне.
Это всё напоминало бы сельскую свадьбу, если бы не вышколенная прислуга и разодетые гости, пьющие бокалы шампанского и жонглирующих ничего незначащими фразами.
Гостей было не больше пятидесяти или около того, вечер выдался жарким, часть из приглашённых отдыхала в гостиной, где тоже звучала неприхотливая музыка и куда подавались закуски и прохладительные напитки.
Нашего прихода почти никто не заметил, и это было мне на руку. Но мажор потащил меня к изменнику, которым оказалась вполне себе симпатичная рыжеволосая особа лет сорока пяти с невероятно-магнетическим тёмным взглядом повелительницы Мрака.
Живи эта особа лет пятьсот назад, да где-нибудь в Испании, она бы не праздновала своё день рождение.
Таких дам с облаком тугих мелких кудряшек, лёгкими волнами спускающихся до средины спины, непременно сожгли бы на костре. Потому что она могла посмотреть так, что мурашки бежали по спине даже у меня, костного и ретроградного гетеросексуала.
— Я уже хотела начать обижаться! — засмеялась дама и свободной от бокала с шампанским рукой обняла Ярослава. — И подумывала некоторые стройматериалы взять в фирме Жени Егоршина.
— Я же обещал, что мы приедем, — тепло улыбнулся мой названный жених и поцеловал даму в бледную щёку. — С днём рождения, Жанна!
 
И, высвободившись из объятий, он достал из внутреннего кармана пиджака бархатную коробочку. Протянул изменнице, чьи глаза вожделенно сверкнули.
Дама поставила недопитый бокал на поднос подоспевшего официанта и протянула руки, они вполне могли принадлежать молодой девушке, не державшей в руке ничего тяжелее ручки «Паркер».