Последнее сияние света (СИ)
— В принципе да.
— И знаешь информацию, которую не разглашают?
— Разумеется.
— Расскажешь?
— Ты правда уверен, что тебе это надо? — решил уточнить целитель.
— Она пыталась убить моих друзей. Я этого так не оставлю.
— Садись ко мне. По пути расскажу.
— А куда мы…
— В Ньюрел.
Согласно кивнув, Артем направился в сторону автомобиля друга. Марк не стремился ехать в какое-то определенное место, он всегда предпочитал мчаться вперед, пока дорога не кончится. Почему-то именно во время вождения на него находили дельные мысли и самые верные советы.
Именно в один из таких моментов они с Инной сблизились. Девушку что-то безумно волновало, и он, как настоящий друг, предложил ей прокатиться по вечерней Москве. Это было четыре года назад.
Инна пришла к нему в слезах. Марк искренне вслушивался и пытался понять, что девушка пыталась ему донести, но разум никак не мог сложить отдельные фразы в полноценный логический рассказ.
— Не хочешь прокатиться? — предложил он, и девушка удивленно посмотрела на него. — Просто прокатиться по Москве. Меня это всегда успокаивает.
Она согласно кивнула, и через несколько минут они гнали по МКАДу. Телепат открыла окно и, высовываясь, громко смеялась. Парень довольно смотрел на нее, его метод оказался действенным не только в его случае. Замерзнув, она залезла обратно и, прикрыв окно, начала рассказывать.
Неделю назад совет директоров вынес предложение на лоботомию Железной. Хорон, хоть и был против, все-таки утвердил это предложение, и девушку положили на операционный стол. Все начиналось вполне хорошо, операция проходила вполне успешно, пока один из ножен не вонзился врачу в горло. Она была не особо в курсе, но, говорят, вся операционная была в крови, а посреди нее на столе лежала она. В корпорации началась тихая паника, люди перешептывались, опасались, что столь недальновидное решение администрации способно погубить всех. Железную вернули в более-менее прежнее состояние и снова заковали.
В тот день ее, Инну, попросили прочитать мысли убийцы, надеясь выяснить, что сейчас происходит в голове пострадавшей от собственного упрямства девушки. Инна послушно вошла в камеру Железной и начала концентрироваться.
— Жалкая подстилка. — неожиданно произнесла она хриплым голосом, и девушку пробрало дрожью. — Мозгопромыватель…
— Я не собираюсь ничего с тобой делать, просто…
— Скажи честно, Инна. — Железная посмотрела на нее. — Ты правда веришь Хорону?
— А что? — искренне удивилась телепат.
— А мы ведь когда-то были подругами. — ухмыльнулась Железная. — Зачем ты предала меня?
— Я… — Инна посмотрела на давнюю знакомую. Она не знала, что ответить. Той милой девочки, которую она прикрывала, как могла, больше не было. Была окровавленная девушка с запутанными светлыми волосами. Инна помнила, какой Железная была, помнила, что она никогда не хотела причинить вреда людям, как ненавидела свой дар и молила не сдавать ее. — Я…
— Ты ведь знаешь, о чем я сейчас думаю?
Девушка попыталась прочитать ее мысли, но в голове преступницы была пустота. Будто все мысли исчезли. До этого момента Инна никогда не встречала людей, способных столь тщательно скрывать мысли и образы.
— Я тоже не знаю. Из-за вас. Вы разрушили мой разум. И я вас за это ненавижу.
— Я…
— Вон! — завопила Железная и ринулась в сторону телепата, но веревки остановили ее. — Я убью тебя! Я убью всех, кто причастен к этому! Вы будете молить о пощаде! АААА!
В камеру вбежала пара человек, и Инна бежала прочь. Слезы омывали ее лицо, в голове звучал крик Железной. Она не знала, что делать, не знала, что говорить Хорону. Ноги сами привели ее к другу, и, не в силах успокоиться, она попыталась передать ему то, что произошло.
— Думаю, тебе не стоит так переживать. — подытожил целитель. — Уверен, что все будет хорошо.
— Как тебе удается сохранять оптимизм?
— Это не оптимизм. Это вера. Хоть и слабая.
Она молча посмотрела в окно и задумалась.
— Как думаешь, какова вероятность, что это произойдет?
— Ближайшие несколько лет. Железная не из тех, кто бросает слова на ветер.
Артем внимательно слушал. Значит, у Железной проблемы с головой, причем по вине Хорона. И это вполне объясняет, почему она напала на них — хотела убить Инну. Но при чем здесь он и Зигмунд?
— А мы при чем? — решил спросить он.
— А ты не помнишь? — искренне удивился Марк.
— Нет… — неуверенно посмотрел на него пирокинетик.
— Теми двумя, которые держали ее после побега Инны, были вы.
— Почему я тогда этого не помню? — искренне удивился Артем.
— Видимо, слишком опасная информация. И вас ее лишили. Хотя мне что-то подсказывает, что это далеко не все. Есть еще какой-то момент, о котором молчат.
— В смысле?
— Железная напала на Ники, но его в этой истории я совершенно не помню. Мы вчетвером участвовали в этом деле, а вот он…
— Погоди, ты…
— Они посчитали, что лишение мыслей связано с повреждением мозга, и надеялись, что я это исправлю.
— Ньюрел вроде в другой стороне… — вспомнил Артем, и Марк согласно кивнул.
— Решил сделать небольшой крюк.
— Ладно, поговорим об этом с Хороном. Кстати, как ее зовут?
— Сейчас — без понятия. — целитель пожал плечами. — Но по досье, если память меня не подводит, ее звали…
***— … Анна Мирина. — произнес Хорон и развернул компьютер в сторону Ники. — Попала к нам в восемь лет, обладает редким даром металла. До этого было также обнаружено использование терракинеза. По сути, темная личность, все телепаты утверждали, что в ее голове присутствует только мысль об убийствах.
— А ты не думал, что она специально об этом думает? — поинтересовался парень.
— Человек не может столько времени предаваться одной мысли, если это не цель его жизни.
— Элементарная психология? — ухмыльнулся телекинетик, и директор согласно кивнул.
— И у нее счеты со мной и моими друзьями?
— Если бы просто счеты… — вздохнул вошедший Марк, Артем следовал за ним. — Думаю, нам необходимо на время затаиться.
— Не удобно снова просить Ли дать нам убежище…
— Все равно. Она жаждет нашей смерти. Самое правильное — бежать и готовиться.
— Не поможет. — не согласился Хорон. — Вы ведь знаете, почему она гонится за вами?
— Знаем, кроме одного. — Артем посмотрел на Ника. Последний кинул удивленный взгляд в сторону Хорона.
— Я снова забыл о чем-то?
Хорон поднялся и подошел к шкафу. Достав одну из папок, он открыл ее и положил на стол. Ребята сели и начали просматривать содержимое.
— Та история слишком мутная. Марк виноват в том, что не смог вылечить от недуга, Артем — за надзирательство, как и Зигмунд…
— Инна была ее лучшей подругой и, в итоге, сдала. — кивнул Марк. Хорон и Ники удивленно посмотрели на него. — Она сама мне рассказывала.
— А я…
— Ты был тем, кто ее задержал. — улыбнулся Хорон. — Ты единственный на тот момент превосходил ее по силе.
— Получается, это я виноват в том, какой она стала?
— Нет, это уже моя вина… — вздохнул директор. — Я совершенно забыл, что такое человеческое отношение.
Одиннадцать лет назад Анна Мирина была обычным ребенком. По крайней мере, окружающие были в этом уверены: светловолосая девочка, любящая папу и жизнь. Все родители тайно завидовали ее отцу — хоть он был единственным, кто занимался ее воспитанием, девочка была на удивление смышленой, разносторонней и жизнерадостной. Никто никогда не видел, как она плачет или ссорится с единственным родным человеком. Казалось, достаточно добавить заботливую маму, и будет эталон семьи…
Но потом девочка изменилась. Стала полной противоположностью, огрызалась и хамила всем, кто смотрел в ее сторону. Казалось, что ее подменили, что прежняя Анна где-то прячется… Через пару месяцев под обломками рухнувшей церкви было найдено тело ее отца, пронизанное насквозь несколькими железными прутьями.