Небо Титана (СИ)
Биолог посмотрел в глаза капитану.
— Надо продолжать, — повторил Мингли и слегка улыбнулся уголком рта, — что бы наши смерти не оказались напрасны, мы должны собрать максимальное количество данных и отправить их на Землю.
— Давайте уже искать баллоны, — произнес Саид без каких-либо эмоций, — в этом бардаке черт голову сломит.
Мингли протянул руку биологу и помог ему встать.
— Моргания Лавуазье после смерти никак не продвинули науку, — недовольно произнес Жорж.
— Дело не в этом, — дорогой мой друг, — а в том, что…
— Да понял я… — Жорж перебил капитана, — он оставался ученым до самой смерти.
— Чем мы хуже? — спросил Мингли.
13. Пять дней до смерти
Мингли, Жорж и Саид носили со склада все необходимое в шатер, который уже был надут. Юра проверил солнечные панели. Они не были повреждены. Команда работала молча. Единственный вопрос, который задал Грчечкин, был про систему генерации кислорода.
— Уничтожена, значит, — повторил Юра слова командира, после того, как тот ему ответил, — ясно… понятно…
Гречкин подсоединил шатер к аккумулятору, на который шла солнечная энергия с панелей. Систему подачи воздуха монтировать не пришлось и поэтому новый дом был готов менее чем за тридцать минут. Хотя в шатре было три комнаты, космонавты обосновались в самой геолаборатории, которая являлась основным, самым большим помещением. Туда они принесли стол, стулья, кровати, компьютеры, личные вещи. В жилую комнату установили переносной биотуалет, благо что скафандр позволяет справлять нужду не раздеваясь полностью. Консервы и контейнеры с водой тоже сложили в лаборатории, и только после того, как Саид поставил последнюю десятилитровую емкость с водой, Юра задался вопросом… нет, не о том, насколько времени у них остается кислорода, с кислородом все всем было понятно, есть по три баллона на каждого и еще баллоны Данте и Леонардо, на дней пять-шесть хватит, вопрос звучал так:
— А как мы будем пить?
Юра понимал, как они будут пить, но ему вдруг стала интересна реакция коллег.
Все застыли в легком недоумении.
— Я посчитал на сколько нам хватит кислорода, — продолжил Юра, — получается примерно на шесть дней. Но все это время надо как-то потреблять воду.
— Как пить? — начал Мингли, — придется задерживать дыхание, снимать шлем и пить.
— Предлагаю отработать схему, — сказал Жорж.
Температура в шатре к этому моменту поднялась до минус тридцати градусов.
— Давайте попробуем, — Саид взял бутылку, вода в которой уже частично перешла в состояние льда, — помогите со шлемом.
Стив подошел к археологу.
— Снимаю? — спросил врач.
— Давай.
Рут отстегнул шлем скафандра. Саид постоял несколько секунд затаив дыхание, а потом сделал глоток. Показал большой палец вверх и жестом дал понять Руту, чтоб тот вернул скафандр на место.
— Я думаю, эту процедуру можно производить и без посторонней помощи, — сказал Саид, — ничего сложного. Держи.
Археолог передал бутылку Жоржу. Биолог поставил воду на пол и сел. Большими пальцами он нащупал на затылке две кнопки и нажал их одновременно три раза. Скафандр отстегнулся от костюма. Жорж положил шлем на пол, сделал несколько глотков и надел защиту обратно.
— Да, — произнес он, — вполне себе удобно. Таким образом можно и пищу принять.
Оставшиеся члены команды повторили процесс.
***
Космонавты сели на стулья в круг в центре комнаты.
— Я так полагаю, — начал Мингли, — молния ударила в бак с горючим.
— Похоже на то, — сказал Юра, — громоотвод сгорел. Разряды молнии тут оказались невероятно мощнее, чем предполагалось.
— Ну да… — протянул Саид, себе под нос, — а учитывая, что мы торчим среди этой пустоши на десять метров, куда еще молнии бить…
— Как он мог сгореть? — Жорж был зол, — как они там вообще рассчитывали это все? Идиоты!
На несколько секунд все замолчали.
— Юра навскидку сказал, что кислорода у нас на шесть дней, — сказал Мингли, — давайте прикинем точнее. У нас двадцать один баллон, если предположить, что они полные, то их хватило бы на… один баллон, значит, на тридцать часов рассчитан, умножаем на двадцать один баллон, получается шестьсот тридцать часов мы можем дышать впятером. Делим на пять… это у нас… сто двадцать шесть часов жизни каждому. Делим на двадцать четыре часа, и выходит чуть более пяти суток. Но баллоны не полные, так что… предположим, что ровно пять суток мы тут протянем.
— Связь с Землей появится с местным рассветом, — сказал Жорж, — это будет через семь суток! А значит, мы тут сдохнем, и никто даже не узнает, что с нами случилось!
— Подождем, может погода прояснится и запустим ретранслятор, — сказал Гречкин, — если не прояснится, то попробуем запустить в любом случае, терять нам нечего.
— С картографическим спутником у нас есть связь? — спросил Стив.
— Он сейчас в южном полушарии, — ответил Мингли, — в северное прибудет нескоро. Не знаю точно через сколько, но там счет на недели.
— А связи с ним нет?! — возмущенно спросил биолог, — может как-то направить через него сигнал на Землю?!
— Нет, Жорж! — казалось, Мингли впервые за всю экспедицию повысил голос, — он находится сейчас под нами, под тобой! Под твоими ногами! На другой стороне Титана! Как ты себе представляешь отправить на него сигнал сквозь толщу спутника?
Жорж отвел взгляд от командира.
14. Порванный скафандр
— Антенна тоже уничтожена, — сказал Юра, — но антенну я, скорее всего, смогу сделать, — как погода наладится, — запускаем спутник ретранслятор и посылаем на Землю все данные.
— Поможете мне перенести с моей лаборатории все сюда на кухню? — произнес Жорж, — и паука тоже. Я так понимаю, теперь нет смысла переживать за карантин.
Мингли встал со стула.
— Да, давайте начнем. Стив, ты помоги оборудовать тут место для работы Жоржу, — начал Капитан, — ты Юра займись антенной. Саид доделай отчет по Сфере, плюс надо будет собрать дополнительные материалы по ней, те, о которых я говорил перед взрывом. А я подготовлю все для погружение в море.
— Может сперва к Сфере? Или когда? — спросил Юра.
— К Сфере… — произнес задумчиво капитан, похлопывая себя по ляжке, — так… надо подумать, когда…
— Я думаю… — начал фразу Мингли, но Саид его перебил:
— Поехать проверить радиационный фон, попробовать лазер и бур можно прямо сейчас.
— А лазер и бур целы? — спросил капитан.
— Целы, вон оно все, в чехлах, — Саид указал в сторону сваленной кучи вещей.
Мингли задумался, глядя на Саида.
— …и чтоб тебя уже потом не дергать с поездками, — рассуждал капитан, — что бы ты спокойно доделал всю камералку… Вы правы. Раз у нас уже все пошло не по плану, план составляем на ходу. Сейчас все едем к Сфере. А потом уже переносим лабораторию Жоржу, чиним антенну и прочее.
Мингли оглядел команду.
— Да, — сказал Гречкин, — вполне себе.
Остальные молча кивнули.
— Тогда не вижу причин задерживаться, тем более время играет против нас, — сказал Мингли.
— А когда к морю? — напомнил Стив.
— Давайте по ситуации, пока есть силы — работаем. Будем валиться с ног от усталости — поспим. Не будем валиться — поедем после всех дел сразу к морю.
— Сомневаюсь, что смогу уснуть, — произнес Юра.
— Спать нам придется. Я раздам снотворное, — сказал Стив, — в нашем деле ясность ума необходима, невзирая ни на что.
Саид подошел к вещам, наклонился, чтоб взять чехол с лазерным станком, но вдруг резко распрямился. Уставился на свою ладонь.
— Ты чего? — спросил Рут.
— Сигнал о повреждении скафандра, — произнес археолог, — показывает, что на правой кисти.
Члены экипажа подошли к Саиду. Гречкин взял его за руку и присмотрелся к ладони.
— Протерто как будто, — сказал Юра.
— Как это могло произойти? — спросил Жорж.
— Понятия не имею, — ответил Саид.
— Переодень скафандр и поехали, — сказал Мингли.