Японская война 1904. Книга третья (СИ)

— Есть, ваше высокоблагородие, — выпалил тот.
— Подождите… — остановил меня мой недавний помощник. — Но как вас зовут? То, что вы сделали, это невероятно.
— Меня зовут полковник Макаров, — я понял, что молча уйти было бы неправильно. — Скоро вся информация о моих операциях будет подготовлена для печати. Надеюсь, кому-то это сможет помочь. Пусть не сразу на хирургическом столе, но хотя бы в мыслях о том, что возможно, а что нет.
  
— Мне-то уж точно поможет, — мой помощник почесал затылок, и стало окончательно понятно, что он действительно очень молод. — Честно, не ожидал от армейского офицера такого… — он обвел операционную широким жестом.
— А вас как зовут? — я невольно улыбнулся, захваченный чужим энтузиазмом. Кем бы ни был этот неизвестный студент, может быть, я смогу помочь ему чего-то добиться в будущем. С его-то желанием и храбростью — такие люди точно пригодятся стране.
— Николай! — представился мой помощник. — Николай Нилович Бурденко. Служил сначала в летучем санитарном отряде, но под Вафангоу задело, и вот временно перевели в госпиталь и закрепляют то за одним, то за другим стационаром…
Парень еще рассказывал, как вернется на фронт, где так много интересных случаев и практики, с которыми он теперь точно сможет сдать экзамены на полноценного врача. А там и продолжить исследования, начатые еще академиком Павловым. Я же думал о будущем этого человека. Русско-японская — это ведь не единственная война для Бурденко. На Первую Мировую он тоже поедет добровольцем, а на Второй Мировой, несмотря на уже немалые 65 лет, станет главным военным хирургом Советского Союза. И вот такие люди здесь, в 1904-м, сидят пацанами в обычных добровольцах.
И мы с ними вместе оперируем. Как он сказал в самом начале — невероятно.
— Если будут проблемы с возвращением в боевые части, — предложил я, — имейте в виду, во 2-м Сибирском такого храброго молодого врача примут с распростертыми объятиями.
Между делом мы закончили мыть руки после операции и теперь смогли их крепко пожать друг другу. Я еще раз улыбнулся новому знакомому, а потом, подобрав сброшенный ранее мундир, медленно двинулся на свежий воздух. Судя по часам на выходе, с момента начала операции прошло чуть больше часа. При этом следов недавнего боя в городе уже почти не было. Конечно, у случайного прохожего могли бы возникнуть вопросы, что же тут делает так много солдат. Зато никаких тел, даже никакой крови и мусора. А его тоже было изрядно, особенно чуть дальше, там, где мы использовали пушку.
Я огляделся в поисках Витте — тот ведь обещал, что меня дождутся. Но сам министр финансов и не подумал задерживаться. Задав пару вопросов солдатам из охранения, я узнал, что тот уехал почти через пару минут, как я скрылся в операционной. И к чему тогда было его обещание? Или… Он ведь не обещал, что будет ждать сам. Я как раз заметил, что ко мне бежит один из секретарей, которого я видел рядом с Плеве. Значит, я интересен министру внутренних дел, а Витте просто играет в какую-то свою игру…
— Полковник, — молодой парень в гражданском мундире вежливо поклонился мне. — Вячеслав Константинович просил вас подойти, как вы закончите. И ваши люди уже у него, можете не волноваться.
— Мои люди?
— Казуэ и Сайго Такамори, которые и заметили нападение.
Все мысли об играх и хитрых планах министра финансов разом исчезли без следа. Значит, мне не показалось, и я действительно видел перестреливающихся с бомбистами японскую шпионку и того раненого офицера. Брат и сестра. И оба из мятежного рода Такамори. Интересно, конечно, но на что они рассчитывают, представляясь моими людьми?
Большое путешествие начинается с одной главы… Вот мы и начали!
Продолжение завтра.
Будем благодарны за лайки, поддержку и теплые слова. Это очень приятно и заодно помогает сделать так, чтобы книгу заметили новые читатели.
  
Глава 2
 
Смотрю на японцев. Парень как будто искренне рад моему появлению, девушка в итоге отводит взгляд.
— Добрый день, полковник, — Плеве, поднимаясь из-за стола, тут же перехватил инициативу и пожал мне руку. — Спасибо еще раз за то, что так вовремя вмешались. Боюсь, без вас и ваших помощников все могло бы закончиться гораздо хуже.
Я как раз закончил осматривать чью-то лавку, временно переоборудованную под полевой штаб министра внутренних дел. И где почему-то не было никого кроме нас четверых. Плеве что, решил, будто после нападения стал бессмертным?
— Прошу прощения, — не очень хочется сознаваться, что ты хуже, чем тебя считают, — но эти двое не работают на меня. И, может, позвать вашу охрану?
— Не надо. Я знаю, — Плеве улыбнулся. — И было бы крайне неправильно говорить, что вы совсем не имеете отношения к этой парочке. Одна — пленница, второй даже в солдаты пробился. Тем не менее, то, что они оказались в нужное время в нужном месте и, главное, приняли правильное решение — это только их заслуга.
— Тогда…
— Было бы преступно с нашей стороны не использовать эту ситуацию, — в голосе Плеве добавились стальные нотки.
— Вячеслав Константинович! — я тоже повысил голос. — Тут война, а не полицейская операция!
— И вы готовы отказаться от полицейской операции из принципа, даже если она может помочь на вашей войне?
— Я…
Я чувствовал, что Плеве, как он уже не раз любил это делать в столице, собрался обзавестись двойными агентами. И пусть в 80-х у него все получилось, но я-то помнил, что даже тогда это стоило жизни его напарнику. А сейчас… Двойной агент среди боевого крыла эсеров Азеф в итоге станет заказчиком убийства самого Плеве. И зачем мне такие же риски с японцами? Тем не менее, я не стал рубить с плеча и сначала выслушал план министра внутренних дел.
— То есть мы официально подтверждаем, что эти двое работали на меня, — подвел я итоги, когда тот закончил. — Более того, организуем официальную службу под крылом 2-го Сибирского, которая и дальше будет искать шпионов. Руками японцев!
— Можете расширить им штат, финансы я выделю, — Плеве пожал плечами. — Да, выглядит странно. Но они уже сработали! Причем так, что теперь прогремят по всей стране. И пусть мы скроем имена и лица, но все, кому нужно, и так всё узнают.
— И все ради того, чтобы Казуэ, — я кивнул на молча сидящую японку, — стала двойным агентом? Для нас и разведки Оямы? Неужели вы верите, что ее примут обратно? После того, как, по вашим словам, все и так всё узнают.
— В этом и прелесть, — усы Плеве встопорщились. — Ваша подопечная не будет сама выходить на прежних хозяев. Она будет играть роль вашей и только вашей помощницы, которая перестала скрываться и теперь работает на своего настоящего хозяина. И тогда… Поверьте, японцы не удержатся и сами на нее выйдут. Выйдут и сделают двойным агентом за нас.
— Агент, про которого все знают?
— В нашем случае это не имеет никакого значения.
— Но какой тогда во всем этом смысл?
— Канал передачи информации. Они скидывают нам то, что должно направить наши мысли в нужную им сторону. Мы передаем им свои обманки. Тот, кто сможет правильно расшифровать второй и третий слой этой игры, в итоге победит. Все просто.
Определенный смысл в словах Плеве появился. Зная, например, от чего нас хотят отвлечь или где обмануть, мы сможем в свою очередь понять планы врага, подготовиться.
— Но и японцы ведь тоже смогут точно так же нас просчитывать. Угадать, когда мы будем передавать через Казуэ правду, а когда ложь. Да и в верности самой девушки своему императору я бы не сомневался.
— О, я тоже, — Плеве улыбнулся, совершенно не стесняясь следящих за ним брата и сестру. — Именно поэтому она согласилась на мое предложение. Рассчитывает, что сможет нас обставить. И в этом истинная прелесть двойной игры: у каждого есть шанс, и победит в ней тот, кто умнее.
Стоящий передо мной министр внезапно открылся с совершенно новой стороны. Впрочем, это полностью объясняло его готовность принимать довольно резкие и неожиданные решения, так несвойственные остальным консерваторам. Он просто умел разделять свои цели и методы. А еще как потомственный аристократ считал себя умнее других. Довольно часто не без причины, но… Хочу ли я влезать в его игру? С одной стороны, мне оно совсем не нужно. С другой, пусть и так криво, но мне предлагают ресурсы для создания собственной контрразведки.