Внучь олегарха (СИ)

— Ясно. Если написано толково, то посмотрят… положительно, я позабочусь. Так, перейдем к следующему вопросу: кто котел пускать будет? Руководство настаивает на Дубовском…
К лету я сшила себе парочку новых, именно летних костюмов: хотела хотя бы первое время перед мамой выглядеть «столичной штучкой» — чтобы летом хоть на первое время как-то обосновать мои явные (и, к сожалению, неизвестные мне) отличия от прежней Светы Федоровой перед мамой. Я и так очень много времени потратила, чтобы хотя бы почерк свой приблизить к тому, что был на нескольких написанных, но еще не отправленных Светой писем, а тут ведь мне Свету придется живьем матери демонстрировать! Но все оказалось проще, хотя и сильно сложнее, это с какой стороны посмотреть: в июне, почти в начале летней сессии, меня вызвала Елена Николаевна и сообщила, что решением горкома комсомола в Москве создается общегородское студенческое научно-техническое общество, точнее некое «объединение институтских СНТО», и меня в это объединение назначили куратором, причем куратором от Средмаша. Вот уж счастья полные штаны! С другой стороны, домой к маме ехать уже просто не получается, а заодно выйдет и бабулю встретить и помочь ей в институт поступить. В который она и мечтала, в первый Мед — так что моя тут забота будет лишь в том, чтобы ее приютить и прокормить.
  
А вот курировать мне предстояло… все, что мне потребуется для выполнения работ по программе Средмаша, и — что меня отдельно порадовало — как раз комсомольцы в мою работу (и курируемые мною проекты) вмешиваться вообще права не имели. И даже проверять, как я там со студентами в рабочих группах поступаю, права не имели! То есть мне товарищи Курчатов и Доллежаль по сути дали определенный карт-бланш… но теперь за выполнение всех обещанных мною когда-то работ мне нужно было и личную ответственность нести. В принципе, подъемно… особенно если комсомольцы и на самом деле мне мешать не станут. А чтобы они не лезли туда, куда их не звали, нужно сделать так, чтобы им просто некогда было туда лезть.
А ведь я знаю, как это проделать! То есть знала, как это было сделано позже, но кто мешает проделать то же самое пораньше? Так что прямо из кабинета Елены Николаевны я помчалась в ближайший магазин тканей. Он, конечно, изобилием, подобным ГУМовскому, похвастаться не мог, но то, что мне требовалось, в нем было. И я все необходимое там и купила, а потом засела за машинку…
  
Глава 7
 
Вообще-то у меня восьмого июня был по расписанию экзамен, но экзамен был по истории КПСС. В свое время я вообще не понимала, зачем мне приходится тратить драгоценное время на изучение этого огромного серого талмуда — но сейчас учебник был раза в три потоньше, да и преподаватели не заставляли тупо заучивать количество голосов от разных фракций партии на каком-то очередном, причем проходящем в зарубежном кабаке, съезде — так что теперь предмет меня практически не напрягал. Но экзамен — это всегда экзамен, всякое на нем может случиться…
И случилось, но совсем даже не внезапно: еще в понедельник Елена Николаевна зашла ко мне в гости и сказала, что «завтра ты едешь на совещание по организационным вопросам общегородского СНТО», а на мое жалкое блеяние по поводу экзамена она, усмехнувшись, сообщила, что завтра она сама возьмет мою зачетку и сама же у преподавателей проставит в ней «отл». Просто потому, что кафедра научного коммунизма приказ горкома не выполнить физически не сможет.
Так же она мне сказала, что сама за мной заедет, потому что если я назначена куратором проектов Средмаша в СНТО, то она-то является уже моим куратором, так что одну меня она городским комсомольцам на растерзание просто не выпустит. Ну что же, сама виновата — то есть она сама виновата: утром, когда я вышла из дверей общаги, милая женщина только что рот не открыла от удивления. Но, проявляя вежливость (совершенно не свойственную, например, моим соседкам по комнате) критиковать мое одеяние она не стала, а просто очень вежливо и спокойно поинтересовалась «какого черта». Ну, я ей по дороге свою задумку популярно объяснила, и ей она понравилась.
Заседание происходило в небольшом зале в здании горкома, и когда мы пришли, там уже сидело человек двадцать: как мне пояснила еще по дороге Елена Николаевна, секретари комсомола перечисленных в постановлении МГК КПСС институтов, несколько секретарей из самого горкома комсомола и парочка представителей руководства из «дочерних институтов МВТУ». Последние, как она же мне сказала, приехали уже «со шкурными целями»: в постановлении бюджет СНТО, конечно, явно не прописывался, но из текста было понятно, что финансирование проектов все же будет не самым незначительным. И товарищи явно намеревались часть этих средств отъесть на оборудование своих учебных лабораторий, а иногда эти лаборатории были очень и очень недешевыми.
Но на первом заседании «совета СНТО» я им приличную часть надежд обломала. Сразу после нашего приезда какой-то мужчина из МГК представил нас собравшимся (причем перепутал меня и Елену Николаевну), а затем предоставил слово мне. Потому что моя должность в этом Совете называлась просто: «куратор специальных проектов» — а собственно и городское объединение СНТО (как и сами эти научно-технические общества каждого включаемого в систему института) создавалось именно для выполнения этих проектов. Ну, мне речи толкать отдельно учиться уже не надо, я вышла к небольшой трибуне, стоящей напротив торца стола, покрутилась перед собравшимися:
— Прошу меня внимательно оглядеть, это сегодня важно, особенно для представителей городского комитета. А теперь перейдем к делу. СНТО в учебных заведениях создаются главным образом для вовлечения наиболее талантливых студентов в работы по важнейшим государственным заказам. Что касается моей части, то заказам по закрытым тематикам, хотя и далеко не все части этих работ будут закрытыми. Но часть все-таки будет, и стране нужно, чтобы эти работы выполняли люди а — умелые и б — ответственные. То есть одним из важнейших вопросов будет подбор соответствующих кадров, причем подбор как раз из числа студентов и аспирантов. Но возникают существенные проблемы: скоро наступят летние каникулы, студенты разбредутся по домам — и выбирать будет просто не из кого, а группы НТО должны будут приступить к работе уже в сентябре. И вот чтобы решить эту проблему, необходимо как-то удержать студентов от расползания по домам…
— Вы хотите объявить студенческую мобилизацию?
— Нет конечно, студент должен сам захотеть никуда далеко не уезжать. Или уезжать лишь туда, где я этого студента легко достану. Причем желательно, чтобы студенты все же не расползались по городам и весям, а кучковались большими группами.
— И как вы предлагаете этого добиться?
— Самым простым и очевидным способом. В стране в целом, и в Московской области в частности, есть множество строек, обеспеченных финансами, фондами, но на которых катастрофически не хватает людей. Поэтому принято решение: на такие стройки нужно послать студентов: на стройках всегда много работы для неквалифицированных работников, а среди студентов есть и те, кто уже какими-то строительными навыками обладает.
— И вы думаете, что студенты согласятся?
— Думаю, что за места в таких стройотрядах среди студентов начнутся вообще эпические битвы. При стипендиях меньше двухсот рублей зарплата на стройке от полутора тысяч и выше для очень многих покажется манной небесной… да, нужно будет особо обратить внимание на недопущение этих самых битв. Но это к слову, а важно то, что до окончания летней сессии осталась всего пара недель, так что отряды нужно будет сформировать быстро. Горком должен будет в ближайшие дни собрать данные о простаивающих стройках в области, хорошо бы еще и с соседними областями на эту тему контакты наладить. В институтах, перечисленных в постановлении, набрать отряды минимум тысяч на десять человек, в тех, что в списке не указаны… нужно постараться только из московских вузов сформировать отряды тысяч на пятьдесят студентов.