Наследник для жестокого (СИ)

Подхватила полы пышных юбок спереди, а Зарема закинула не плечо свою и мою сумочки и занялась подолом сзади, чтобы я не наступила на ткань каблуками, не испачкала белоснежное платье, и не дай боже, не упала. Мы спустились и сели в белый лимузин, который доставит нас к ЗАГСу.
Я продолжила нервничать и в машине, периодически сжимая руку сестры, которая сопровождала меня и поддерживала лёгкой улыбкой.
— Ясминка моя любимая уходит. — С её ресниц сорвалась слезинка. — Как я теперь без тебя?
— Зарема, ну что ты? — Сжала я крепче её руку. — Я же никуда не уезжаю. Просто теперь у меня будут муж, дети, свой дом. Но двери этого дома для любимой сестры всегда открыты.
Неожиданно и резко машина, взвизгнув тормозами, остановилась. Мы едва успели ухватиться за сидение, чтобы не удариться головами. Дорогу нам перекрыл огромный чёрный джип и микроавтобус, из которого посыпались один за другим парни в форме ОМОН. Всё понеслось как на карусели, слишком быстро, просто за считанные секунды. Дверь лимузина с моей стороны распахнулась, и меня бесцеремонно принялись вытаскивать из салона. Зарема закричала, я тоже, пытаясь удержаться за руку сестры, но мужчины в форме оказались, конечно, сильнее, и выволокли меня прямо на асфальт, на который я, не удержавшись на ногах, села прямо в белом платье. Парни подняли меня обратно на ноги, и вдруг наступила темнота — кто-то завязал мне глаза! Я вертела головой, ничего не понимая, и глупо моля отпустить. Никто, естественно, отпускать меня не собирался. Мои руки грубо схватили и свели впереди вместе, больно стянув верёвкой. Потом запихнули в какую-то машину, по ощущениям и маневренности, тот самый чёрный джип, что преградил нам дорогу, и под звуки стрельбы авто сорвалось с места.
Я сидела, зажатая с обеих сторон мужскими крепкими телами, и боялась дышать. Я не успела ничего понять. Меня похитили?
Неожиданно ключ в замке повернулся и дверь распахнулась, выдергивая меня из мыслей, и заставляя вскочить на ноги.
Это ОН вернулся?
  
Глава 4
 
Однако вопреки моим ожиданиям, в комнату вошла женщина. Невысокая азиатка с карэ и в форме прислуги мне кивнула и сделала легкий поклон. В её руках был поднос с едой, который она пронесла через всю комнату мимо меня и поставила на стол возле окна.
— Здравствуйте, — тусклым голосом сказала я, подходя к ней ближе. — Помогите мне, пожалуйста.
Женщина мне не ответила. Ну да, конечно, зачем ей помогать пленнице своего работодателя? Судя по поведению этого Гора, я могла быть здесь не первой затворницей, весь персонал обучен правильно вести себя с "гостями" и будет молчать со мной как рыба об лёд, если хотят сохранить свое место. И жизнь.
"Сабира" — прочла я на форменном бейдже. Она даже не назвала мне своего имени, молча вынула из кармана фартука небольшие ножницы и потянула меня за руки, чтобы обрезать веревку. Я послушно подставила запястья ей. Щелчок, и руки перестала так сильно стягивать бечевка, она мягко упала нам под ноги на персиковый палас. Я тут же принялась растирать ставшие уже фиолетовыми руки.
— Спасибо вам, Сабира, — сказала ей.
Она снова лишь кивнула в ответ. Почему она абсолютно на все молчит? Странная. С ней я точно не договорюсь. Женщина уже начала поворачиваться ко мне спиной, чтобы уйти, как я окликнула ее.
— Сабира.
Она обернулась и снова ничего не сказала. Только слушала и смотрела.
— Ленты корсета, — сказала я и повернулась к ней спиной. — Перережьте и их, пожалуйста. Я не могу уже больше их выносить.
Сзади послышались мягкие шаги по ковру, затем новый щелчок. Руки женщины стали ловко расшнуровывать ленты, и каждый новый вдох мне давался все легче и свободнее. Она помогла мне освободить руки из платья, и теперь я смогу его снять самостоятельно.
Удерживая ткань на груди, я снова повернулась к Сабире лицом.
— Благодарю вас. Скажите, а вам запретили со мной говорить? Вы знаете, что я здесь насильно? Если вы сообщите о моем местонахождении отцу, он вас озолотит.
Сабира грустно улыбнулась и показала мне жестами:
"Я слышу вас, но не говорю".
Я с огорчением поняла, что женщина немая. Поэтому её приставили ко мне. Она ничего мне не ответит.
— А написать? — пришла мне идея в голову. — Написать же вы можете?
Она покачала головой и снова жестами объяснила:
"Это запрещено".
Какая-то западня. А потом огляделась по сторонам ещё раз. Она просто боится, что Хозяин узнает о нашем разговоре, или здесь ещё и камеры натыканы по всей комнате?
— Сабира, а камеры есть здесь?
Она покачала головой, отказываясь отвечать, мол это вопросы не ко мне, показывая, что ей пора идти, она здесь только затем, чтобы принести еду и перерезать верёвку.
Я лишь печально вздохнула, глядя в спину уходящей Сабиры. Она мне точно не друг, у неё помощи я не найду. Вдруг на плечи обрушилось такое ощущение безнадежности, что по лицу опять побежали солёные дорожки.
Никто мне здесь не поможет.
Я сгнию тут, если Самир не найдёт деньги или не захочет отдавать их за меня.
Хотелось бы думать, что это заточение не продлится долго. Самир и отец уже прекрасно знают, что меня украли и ищут. С момента похищения из машины прошло уже как минимум часов пять-шесть по моим внутренним ощущениям. Вероятно, Гор уже ведёт переговоры с ними, потому что он сам сказал, что ему нужна вовсе не я, а деньги.
Гор…
Что-то знакомое. Никак не могла уловить и вспомнить, где я раньше уже слышала это прозвище. Не сомневалась, что точно слышала — Гор.
Слава небесам, деньги у моих родных есть, чтобы выкупить меня. Хотя, возможно из-за денег семьи я и попала в такую ситуацию. Больно сладок куш для таких ушлых людей, как мой похититель.
За окном давно взошла луна. Свет фонарей стал пробиваться в окно полутемной спальни, в которой я даже не знала, где включается свет. Выключателей не нашла, на обычном месте на стене у входа они просто отсутствовали. Хорошо, что в ванной комнате освещение включается на движение, иначе и делать все свои дела мне пришлось бы в кромешной темноте.
Зато нашла пульт от телевизора. Потыкала кнопки и плазма ожила. Что там показывали, мне было совершенно все равно, я смотрела куда-то мимо, но равномерный бубнеж создавал в комнате ощущение уюта, безопасности и того, что я не одна. Понимала, что это иллюзия, но я хваталась за неё как за спасительную соломинку, чтобы просто не сойти с ума от страха.
Стало клонить в сон. Начала вспоминать, когда же в последний раз ела — из-за хлопот со свадьбой и нервов по этому поводу, аж позавчера. Теперь от сытости глаза просто закрывались.
Шатаясь от усталости, прошла к кровати и легла на неё, свернувшись калачиком, и укрыв ноги пледом. Не заметила, как сон утянул меня в свои объятия.
  
Глава 5
 
Спустя несколько дней.
Утро встретило меня ласковыми лучами солнца. Мне было хорошо, тепло. Я даже улыбнулась солнечным зайчикам, скользящим по моему лицу. Открыла глаза и замерла на месте, не мигая. Комната незнакомая.
Резко села на кровати. Где я?
Потом бетонной плитой придавило осознание, даже плечи осунулись, а голова упала на грудь. Я все вспомнила. Сон лишь на время уберёг мою нервную систему, заставив забыть, что я в неволе. Поморгала, прогоняя непрошенные слёзы. Смысла плакать нет, нужно думать что-то. Но что? Я не знаю что делать, и что думать не знаю тоже. Я здесь уже три дня, и до сих пор от семьи тишина. Неужели этот человек сильнее Самира и папы? Какие дела и и нерешаемые проблемы у него могут быть с моей семьёй?