Разрушитель Небес и Миров 3. Сила (СИ)

— Гел, я же чувствую, что там кто-то есть! Гелиодор?!
Черт! Да я, идиот, залез к Владыке! Конечно, не в башне же ему жить, в окружении умирающих жертв! И сейчас сюда идет его жена или любовница.
Ага, вот и печать. Касаюсь ее, наполняя деформой, но пока энергия хаоса разрушит энергетическую структуру, запирающую окно, пройдет время. Оборачиваюсь к распахивающейся двери и каменею с раскрытым ртом.
С младенцем на руках, в синем атласном платье, с невообразимой прической, похожей на торт, в комнату входит… моя Вики. Нет, Виктория… Или девушка, очень на нее похожая.
Виктория, человек, 20 лет
Маг-суггестор (подавлено).
Дополнительно направление развития: магический воин-мечник.
Меня бросает в жар и в холод. Мир переворачивается с ног на голову.
— Вики… — шепчу я, забыв и о печатях, и о долбанном Дракуле. — Что они с тобой сделали?!
Эта девушка старше, лицо немного шире… Но это она! Или нет?
А ведь и Рио в послании, показанном мне артефактом в святилище, был старше. 
На ее лице нет радости узнавания. Удивление во взгляде сменяется страхом, затем — злостью, она пятится и кричит:
— Стража! Воры! На помощь!
— Вики! Очнись! — бормочу я. — Посмотри на меня, это я! Ник!
Она выбегает из комнаты. Я не в сказке, мой голос не рассеивает чары. Если эта девушка и моя Вики, то она не помнит не только меня, но и себя. 
Выхожу через окно, спускаюсь по стене и бегу вдоль длинного дома, стараясь держаться в тени. Мысли кружат вокруг Виктории. Ее лишили воли и собственной личности. И почему она так выглядит? 
Сейчас я бессилен ей помочь.
  
Интерлюдия. Охотники за головами
 
Дверь в главный зал гильдии распахивается, и врывается всклокоченный Коорин, все ловцы переводят взгляды с Владыки Гелиодора на него. Коорин загнанно озирается и, икнув, склоняется в поклоне да так и замирает. Владыка знает, что за вести он принес, ему хочется рвануть к себе в башню, но статус обязывает его вести себя степенно. Откинувшись на спинку кресла-трона, он мысленно считает до тридцати, тарабанит пальцами по столу.
— Говори, — велит он, его голос рокочет раскатами грома, и Коорин распрямляется, машет на дверь.
— Мой господин! Охотники прибыли! И вам нужно… То есть, там происходит… Вам нужно увидеть это, мой господин, пока не случилось страшное!
Пятеро лучших охотников за головами, истинных демонов во плоти, диких и необузданных, прибыли в город. Теперь поимка беглеца — дело нескольких дней. Какая бы сила ни была ему подвластна, он бессилен против грубой мощи пяти стихий!
В голосе Коорина — паника. Что-то и правда случилось. Владыка поднимается и не оборачиваясь шествует через зал, хмурые ловцы расступаются перед ним, провожают удивленными взглядами, но после выговора от Владыки не смеют шептаться за спиной. Еще бы ловцы вздумали открывать рты без спроса — только благодаря Владыке они лучшие воины, их боятся, перед ними преклоняются.
Расстояние от гильдии до замка Гелиодор преодолевает менее чем за минуту. Он шагает решительно, и алая мантия, расшитая золотом, трепещет на ветру. Коорин семенит рядом, и хотя он крупнее Владыки, рядом с ним смотрится подобострастным щенком.
Ругань слышна уже на втором этаже башни. Зычным басом орет Кастас, который должен был встретить Охотников. Что ему отвечают, пока не разобрать. Скрипнув зубами, Владыка ускоряется, перепрыгивает ступеньки с прытью, не характерной для его статуса. Если идиот Кастас сорвет сделку, Гелиодор собственноручно четвертует его на площади.
Толчком открыв дверь, Владыка врывается в свой кабинет. Створки бьют в спину следопыта, который доставил Охотников, он отлетает к окну, и взору Гелиодора открывается нерадостная картина.
Посреди зала над низкорослым квадратным Оддагардом, главарем Охотников, скрестив руки на груди, надменно высится Кастас. У охотника от ярости покраснели даже глаза-буравчики, еле видные под кустистыми бровями. Опершись на стол, на них напряженно смотрит маг-телекинетик Нетум, хоть и не показывает этого, но он тоже раздражен: темно-синяя кожа посветлела и приобрела оттенок ультрамарина, острые кончики ушей подрагивают, а многосуставчатые тонкие пальцы с острыми когтями, похожие на паучьи лапки, неподвижно впечатались в стол.
  
Остальные нелюди-Охотники застыли кто где: мускулистая зеленокожая Р'гунта, огромная, как голем, оперлась на гигантский шипастый молот. Человек-ящер Заур застыл, выставив перед собой руки, готовый в любой момент метнуть свой смертоносный ледяной диск.
Лишь тонкая и гибкая Беннаос, маг огня, без стеснения поедает фрукты, предназначенные Владыке.
— Прекратить! — не повышая голоса, командует Владыка, и все поворачивают головы. Только Беннаос продолжает увлеченно есть, закинув на стол ноги в грязных ботфортах.
— В чем дело? — произносит Гелиодор на полтона выше. — Кастас?! Ты хочешь все испортить? Свободен.
Следопыт, стараясь не отсвечивать, покидает помещение, где от напряжения вот-вот грянет гром и вспыхнут молнии. А вот глава гильдии ловцов не спешит, выпучивает глаза, прикладывает руку к груди и бормочет, захлебываясь негодованием:
— Мой повелитель! Ловцы сотню лет служат тебе, о, великий! Очищают землю от магов и нелюдей. А теперь нелюди явились к тебе, ведут себя, как звери, унижая…
Владыка вскидывает руку:
— Молчать. Они мои гости. Приветствую вас, Охотники. — Он кивает каждому, когда неподвижный взгляд останавливается на Беннаос, она стекает со стула и нечеловеческой пружинящей походкой направляется к своим, у нее каждая часть тела будто бы живет своей жизнью и движется отдельно.
— Пусть твой человек извинится! — В голосе недоростка Оддагарда клокочет гнев, он тычет в Кастаса пальцем, а этот идиот застыл столбом.
Гелиодор видел в деле магов-стихийников. Из всех обитателей доступных ему миров нет более эффективных охотников за головами. Впятером они без труда могли бы убить и его самого, даже когда он был легионером и одним из первых попал в эту проклятую Кишку Миров, где его теперь медленно переваривало. У беглеца нет шансов.
Гелиодор много работал с ритуалами, создавая совершенную защиту для своих бойцов. В его силах сгладить конфликт, но он сознательно идет на обострение. Во-первых, ему хочется испытать созданную им защиту Кастаса, а во-вторых, необходимо освежить в памяти тактику Охотников.
— Извинись, — произносит он, буравя взглядом ловца.
— Перед нелюдью, от которой смердит дерьмом и гнилой лягушачьей требухой?..
Оддагард глядит с вызовом, Гелиодор кивает ему, и Охотники понимают без слов. Первым атакует человек-ящер Заур, используя магию холода: в его лапах появляются два морозных диска с зазубренными краями, он одновременно бросает в Кастаса оба. Ловец прикрывается щитом, диски врезаются в защитный купол — в стороны разлетаются синие искры и брызги льда. Один диск разбивается, другой возвращается в его лапу.
Вторым наносит удар синекожий Нетум, он просто простирает руку вперед, скрючивает пальцы, и дымчатое кольцо опоясывает защитный купол Кастаса. Кисть Нетума напоминает издыхающего паука, который подергивает лапками. Но впечатление, ой, как обманчиво! Кольцо, созданное силой его мысли, медленно сжимается, продавливая защиту Кастаса, ловец с непониманием смотрит на Владыку, наблюдающего за расправой. Он доволен защитой и считает, что ловцы провинились, упустив чужака. Смерть Кастаса послужит уроком для остальных.
Около минуты защита держится — это хороший результат, учитывая то, как силен Нетум. Нужно заполучить его как донора, но не сейчас.
Силовой купол покрывается трещинами, исчезает, Нетум делает дирижерский взмах руками-пауками, и Кастаса опрокидывает на спину. Хруст костей перекрывает предсмертный крик умирающего. За две секунды до второго удара Кастас успевает прохрипеть:
— Будь ты проклят, Гел…
Невидимый кулак буквально взрывает его, впечатывая в пол. Башня вздрагивает, пол перечеркивает трещина. В стороны разлетаются брызги крови вперемешку с ошметками одежды и брони.