Разрушитель Небес и Миров 3. Сила (СИ)

Мгновение — и передо мной, пошатываясь, стоит… Ганк? Нет, просто похож глазами, горящими алым, красными жгутами вздувшихся жил, оплетших лицо. Грязная одежда изорвана, длинные седые волосы висят сосульками. Защита слетела, и теперь я вижу его характеристики:
Арсанак, человек, 169 лет, 
Грандмастер, бесконтактный бой
Хрена се! Грандмастер-оборотень, у которого две жизни, а может, и больше! Уж не тот ли это сбрендивший легионер, о котором говорил Морф? Фигура Арсанака подсвечивается красным:
Противник использует тактику: нерушимая скала
Предлагается стиль боя: жалящая пчела
Вероятность погибнуть в сражении: 91 %
Валить отсюда нахрен, пока по магу прокатываются энергетические волны и он будто бы вибрирует, заканчивая трансформацию! Надо еще раз попытаться уйти через портал! В этот раз удается развернуть карту, перемещаю зеленую точку в Мэл, и она гаснет. Черт! Перевожу взгляд на Арсанака, он смотрит на меня, щеря коричневые зубы.
— Ссстой!
— Чувак, чего тебе надо? — говорю я, хотя не питаю надежды договориться.
Когда Арсанак склоняет голову набок и издает скрежещущий свист, я окончательно убеждаюсь, что он слетел с катушек. Маг простирает ко мне руку, но я успеваю ударить раньше, опрокидываю его Ударом паука, падая, он выстреливает вверх энергетической сетью.
Я недолго гонял в игры на компе, но и этого опыта хватило, чтобы понять: когда мага бьют, он не успевает колдовать, потому надо перейти в ближний бой, желательно вообще в клинч, чтоб зафиксировать его руки. Так есть хоть призрачная надежда, что молодость и ловкость мне помогут. К тому же так я не рискую получить смертельный удар, а от пинков будет накапливаться так необходимая мне деформа. 
Бросаюсь в атаку, издав боевой клич — то ли вопль, то ли рёв. Магистр Арсанак подпускает меня ближе, чем надо…
Но Тройной таран, сработавший на монстре, сейчас будто наталкивается на камень, я рассаживаю себе костяшки пальцев. Ничего. Буквально вдавливаю себя в Арсанака, обхватываю, прижимаю его руки к бокам. Он пытается сделать выпад, разводя руки в стороны, и освободиться, я прилип и не пускаю, делая ему подсечки. Его мышцы, будто железные жгуты. Взмокнув так, что одежда прилипла к телу, понимаю, как я недооценил мага — да, он не намного сильнее физически и не может освободиться сразу, зато он неутомим.
Каждая моя жила и мышца печет огнем, держусь из последних сил, на одной воле. Кажется, связки вот-вот порвутся. Наверное, это и происходит, потому что капают микроскопические проценты деформации.
В конце концов Арсанаку удается выскользнуть из захвата тем самым приемом, который я не давал ему провести: выпад вперед — руки в стороны. Развернувшись, он коротким тычком бьет в солнечное сплетение, из глаз летят искры, я получаю 5 % деформации, но вместо того, чтобы отшатнуться, снова висну на Арсанаке. Теперь моя голова рядом с его, он поворачивает башку и едва не откусывает мне нос, клацает челюстями и брызжет слюной.
Я мог бы сейчас изловчиться и ударить его ножом. Бить снова в затылок? Но нет уверенности, что удар пройдет, когда маг в человеческом обличье, а еще он может снова очухаться, потому теперь буду действовать наверняка, пущу через нож деформу.
И снова ему удается выскользнуть, я пытаюсь уйти от удара в лицо, но не успеваю, и мне в левое плечо, прямо в сустав, будто врезается метеорит, там что-то хрустит, от боли темнеет в глазах.
Не фатально, и это хорошо. Радуюсь боли, как мазохист, потому что боль — это деформа. Внутренний насос уже вовсю качает ее, заполняя сундук. Меня разворачивает, я делаю несколько шагов по инерции, а Арсанак не спеша, как стервятник за раненой жертвой, идет за мной, ждет, что упаду.
— Хрен тебе, — сплевываю под ноги и бегу назад к нему, застывшему перед кастом. Прыгаю на мага, обхватив здоровой рукой и ногами, мы падаем, катимся по склону.
Меня охватывает совершенно безумная ярость. Амок, раж — у этого состояния наверняка больше названий. Теперь я клацаю зубами, пытаясь дотянуться до его уха, мне почти это удается, но оно будто покрыто бронированным стеклом — чуть зубы не сломал.
  
Мелькают стволы-ветви-небо-ухо мага. Останавливаемся мы на пыльной дороге, я сразу же откатываюсь, и вовремя: Арсанак бьет локтем наугад, удар приходится в бедро по касательной. И снова темнеет в глазах от боли. И снова я держусь.
Единственное, что эффективно против него — Плеть паука, которая вновь валит мага, а я прыгаю на него. И в краткий миг полета в голове проносится мысль, что если бы он действовал не как безмозглый хищник, а как воин, то я уже давно был бы мертв, меня пока еще спасает верная стратегия, потому иди сюда, сволочь!
Обрушиваюсь на него всем весом, метя коленом в пах, но он выставляет голень, я снова наношу себе урон. От первого удара ногой в голову удается уйти, а второй впечатывается в ребра, третий приходится по почкам. Перед глазами вспыхивают цифры полученной деформации, а я уже слабо соображаю, инстинктивно сгребаю пыль и мелкие камешки с тропинки, бросаю в лицо Арсанаку, не рассчитывая на успех…
Сработало! Защита пропустила пыль, посчитав ее неопасной, а камешки отскочили. Видимо, у Арсанака постоянная защита, но должна же касаться тела, скажем, вода, когда он моется. Должен же этот гад дышать. Пища должна проникать внутрь…
Внутрь! Ушные отверстия, рот, ноздри!
Взревев, Арсанак крутится волчком, одной рукой пытаясь протереть глаза, второй наносит удары наугад. У меня есть несколько секунд.
Выхватываю нож, перегоняю деформацию в деформу, распахиваю сундук, направляю мутный поток энергии хаоса в нож. Не ошибись, Ник. Соберись, черт тебя дери!
Динамический прогноз поединка прочерчивает рекомендуемую траекторию движения, тело повторяет ее, и точным ударом вгоняю клинок через ноздрю в череп. Всё! Я завалил его!
Или нет? Что происходит?! Клинок из его развороченного носа начинает выходить обратно. Набычившись, маг содрогается, глаза выкачены — и будто какая-то невидимая сила, спрятанная в его теле, или внутреннее магическое давление, или еще какая-то чертовая хрень медленно выпихивает нож наружу. Давлю на него ладонью, но он все равно медленно выходит… выдвигается из плоти, будто из ножен…
Хитрый крюк!
На миг отпустив нож, провожу прием в усеченном виде — перевернутый кулак врезается в торец рукояти, как таран в ворота крепости — а заодно выплескиваю деформу, оставшуюся в хранилище. И пробивают защиту.
Я получаю такой мощный ответный удар в голову, что отлетаю в сторону, падаю.
Но перед тем как вырубиться, вижу окровавленную рожу Арсанака, мир содрогается от предсмертного вопля свихнувшегося мага, мой враг покрывается бурой коркой, его кровь вскипает, бугрятся красные жилы на лице, лопается глаз, выплескивая бурую жижу.
Перед глазами темнеет, я отчаянно пытаюсь ухватиться за меркнущее сознание и не понимаю, брежу ли я или все происходит на самом деле.
Но зато я победил грандмастера.
  
Глава 4. Награда
 
В себя прихожу от боли. Такое впечатление, что на мне нет живого места. Выкручивает руку, сломанные ребра не дают дышать, правый глаз заплыл, рассеченная губа взялась кровавой коркой. Кое-как поднимаюсь на четвереньки.
Вспоминаю мамино любимое выражение: «Если у тебя что-то болит, значит ты живой».
А вот Арсанак, похоже, подох. Волоча вывихнутую руку, подползаю к нему, толкаю. Он уже успел остыть и начал коченеть. Глаз у него и правда лопнул. Нос раздроблен, рукоять ножа утоплена в черепе.
Только сейчас замечаю мигающий на краю зрения двойной свиток. Я совершил великое деяние и должен получить награду.
Посылаю команду, и свиток разворачивается, истаивает, оставляя только буквы. Видимо, из-за сотрясения мозга картинка перед глазами плывет, но все-таки удается прочесть:
Героический поступок.