Эра Чародеев. Талисман (СИ)

-Не, ну а чего? Так все мои друзья говорят.
Отец понимающе кивнул:
-И ты решила им соответствовать?
Девочка кивнула, виновато опуская глаза. Отец притянул её к себе, снисходительно сказав:
-Окей, зумер. Я конечно , тот ещё старичок, но, - он вздохнул, и с какой-то ностальгией продолжил, обнимая обеих дочерей:
-В моей молодости тоже было такое дело! Я ещё пацаном зелёным был, так в компании друзей только на сленге говорил! Знаете, как здорово было? Сидишь, с друзьями, и говоришь на своём языке, а все вокруг тебя вообще не понимают!
Вилена с интересом посмотрела на отца, развернувштсь к нему лицом:
-А как вы в молодости разговаривали?
Отец загадочно улыбнулся, посмотрев на дочку с хитрым прищуром, А затем сказал, легонько потрепав за плечо:
-А вот, послушай.
Сделав паузу, мужчина принялся воодушевленно рассказывать историю из своей молодости:
- Как-то вечерочком хиляли мы с ребзями по Бродвею. Котлы моднявые, шузы на каше, хаера, хайратники, все дела. Один кореш обещал билеты на отпадный сейшн Харда достать. Были манюшки, Добазарились на Гогольке пересечься, но- не свезло. Фраерок кинул, билеты паленые припёр. Так на сейшене контролёр поднял визг, пришлось шухериться, пока полисы не приехали. Делать нечего, решили на хату. Ко мне не варик- шнурки в стакане. Пошли к Тольке. Харда на костях послушали, стиляли, дринчили до утра, так и повырубались.
Девчонки пораженно смотрели на отца, приоткрыв рты от изумления. И если Ксения ещё могла тихонько сдерживать рвущийся наружу смех, то Вилена смотрела на отца- как на инопланетянина, с далёкой планеты, говорящего на совершенно неизвестном языке. С одной стороны- звучало смешно, но если подумать – не понятно. Причем- ни слова.
Когда отец закончил свой рассказ, первой отозвалась Ксения, пораженно протянув:
-Вот это ты батенька загну-ул!
-Хех! -усмехнулся отец:
-А то! В мои молодые годы молодёжь только так и разговаривала!
-Я вообще ни слова не поняла, - призналась Вилена, удивлённо глядя на папу, и он снисходительно улыбнулся, решив перевести свой сленг. Оказалось, что в девяностые фраза «хиляли с ребзями по Бродвею» означала обычное «гуляли с ребятами по центральной улице». «Котлы»- были наручными часами, «шузы на каше»- ботинками на высокой подошве, а хаер и хайратник – длинные волосы и повязка на голову. Отпадный сейшен оказался обыкновенным, классным концертом, ну а « шнурки в стакане»- означало, что родители дома. Когда девочки услышали перевод, то долго хохотали, на пару с отцом.
-Папа, извини меня, - произнесла Вилена, когда все насмеялись.
-За что, малыш? -ласково спросил отец, обнимая её и приглаживая по волосам.
Девочка положила голову ему на грудь, крепко обняв:
-За то, что запутала тебя своими словечками. Я только сейчас поняла, что ты, как и я, ничего не понял.
Ксения обменялась с отцом понимающим взглядом, а тот в свою очередь погладил девочку по голове и спине, ласково ответив:
-Я же не в обиде, малыш. Наоборот, прекрасно понимаю, как иногда хочется быть на одной волне с друзьями.
Вилена улыбнулась, отстранившись от отца, в то время, как Ксения весело произнесла:
-Зато мы теперь знаем, на каком языке разговаривал папа, во времена своей молодости!
Девочка невольно прыснула от смеха, а затем обратилась к отцу:
-Пап! А расскажи ещё что-нибудь весёлое!
Мужчина вздохнул, обнимая девочек, и ответил:
-Обязательно. Но, не сегодня. Поздно уже.
-Так, каникулы же! -напомнила младшая дочь, но он лишь покачал головой:
- Каникулы каникулами, а спать тоже нужно. Тем более, мне завтра на работу.
Девочки разом приуныли, и отец тут же взбодрил их, встряхнув за плечи:
-А вам ещё готовиться к поездке! Или, к тёте вы не едете?
-Едем! -хором заявили сестры, и отец улыбнулся:
-Поэтому – всем спать. А истории- завтра.
  
Глава 9
 
За окном светило солнце, пели птицы, шумели машины во дворе. Открыв глаза, Ксения резко подорвалась, принимая вертикальное положение, и заполошно огляделась, в поисках часов. Небольшую комнату уже освещали яркие, солнечные лучи, а часы, висящие на стене, показывали девять утра. Судорожно вздохнув, девушка подорвалась на ноги, и выбежала из комнаты, вбежав в следующую, находящуюся рядом. Застыв на пороге, Ксения перевела сбитое дыхание, смотря на одноместную кровать, в которой спала младшая сестра. Раскинув руки в стороны, девочка сладко дремала, слегка приоткрыв пухлые губки.
 
-Мелкая! Мы всё проспали! -паническим голосом выкрикнула Ксюша, заходя в комнату и принялась тормошить девочку. Вилена приоткрыла глаза, сонным голосом отозвавшись:
-Ксю, дай поспать. Будь человеком.
Ксения принялась с новой силой тормошить её, со словами:
-Вставай, говорю! Проспали!
-Что мы уже проспали?! -злобно прорычала девочка, открывая глаза полностью, и сев в кровати.
-Папа ушёл! А мы проспали! -заявила Ксюша, наконец убирая от неё руки.
-Блин, не разводи панику на ровном месте! -нервно отозвалась Вилена, свешивая ноги с кровати:
-У нас каникулы. Имеем право.
-Он голодным ушёл, понимаешь?! -в низкий голос девушки снова ворвалась паника:
-Мы его даже не накормили!
-Пф-ффф! -нервно пропыхтела Вилена, окончательно проснувшись, и обойдя стоящую у кровати сестру, направилась к двери, недовольно пробубнив:
-Папа- не домашнее животное! Сам себя покормит!
Девчонки прошли в кухню, и остановились.
-О! -торжественно выпалила Вилена, указывая пальцем в сторону стола:
-Записка!
Ксения проследила за её жестом, увидев на столе большой, белый лист, опертый на вазу с фруктами. Приблизившись, она протянула руку к записке, но младшая сестра её опередила, и тут же принялась зачитывать вслух:
-Доброе утро, котятки. Надеюсь, вы отдохнули и проснулись в хорошем настроении.
Девочка отвлеклась на миг, покосившись на Ксюшу, и недовольно буркнула:
-Ага. Как же.
Затем вернулась к тексту:
-Папа убежал на работу. Завтрак на плите, в холодильнике – мороженое. Будьте умницами. В гостиной оставил карту. Сходите по магазинам, купите вещи и что-нибудь для поездки. P. S.: Ксюшенька. Если есть желание, можешь пригласить с нами своих подруг. Я буду только за. Люблю, целую. Ваш папа. Вечером с меня роллы и пицца.
Ксюша присела на стул, устало выдохнув:
-И всё равно- он голодный. Чувствую себя паршиво.
Вилена закатила глаза, положив записку на стол, и упирая руки в бока, обратилась к ней:
-Слушай, Ксю. Хватит загружаться! Ты, конечно, очень ответственная, но иногда это становится чересчур.
-Что? -Ксюша вопросительно изогнула тонкие, чёрные брови, глядя на сестру, стоящую перед ней.
-Тебе тоже нужно отдыхать, а не переживать всякий раз, поел папа, или нет. – пояснила Вилена.
-А кому тогда за него переживать, если не нам с тобой? -удивилась девушка.
-Ну, я же не переживаю? -девочка повела плечами, и настоятельно добавила, разворачиваясь к плите:
-И ты не переживай!
Пока сестра недоуменно смотрела ей вслед, девочка открыла стеклянную крышку сковороды, стоящей на плите и тут же радостно воскликнула:
-Омлетик! С помидорами и сыром! Мой любимый!
Быстро обернувшись, девочка обратилась к Ксенье:
-Давай кушать уже! Тебе ещё подругам звонить!
Позавтракав, сестры принялись за уборку. Вилена вызвалась вымыть посуду, а Ксюша решила позвонить Диане. Ведь вчера она так до девушки и не дозвонилась.
Долгие гудки в динамике телефона вскоре стихли, сменившись сонным голосом Дианы:
-Привет, Ксю.
-Олар! -возмущённо выпалила Ксения, игнорируя приветствие:
-Ты почему мне вчера не позвонила?! Я пол ночи до тебя дозвониться пыталась!
На другом конце устало вздохнули:
-Извини. Я как приехала – просто вырубилась. Устала жутко.