Встреча у водопада (СИ)

— Евсеева надо предупредить, — озаботился культист.
Я щелкнул пальцами и рядом появился небольшой пенек, украшенный странным венком из кувшинок. Он резко сорвал цветы со спила и спрятал их между корнями. При этом выглядел донельзя смущенным.
— А мне кажется, что было красиво, — невозмутимо заявил я, отчего пенек робко улыбнулся во все свои пару сотен щепок зубов. Вышло до того жутко, что я чудом не содрогнулся.
  
— Тебе идет, — приободрил я тотем, и он уложил венок обратно.
— Похоже, в вашем болоте все хорошо, — осторожно заметил призрак.
— Давненько туда не заглядывал, — признался я. — Но миньоны смотрятся ладно. Работают отлично. И тотемы…
Пенек сделал вид, что ему неинтересно, о чем я говорю, но сам замер в ожидании продолжения.
— Тотемы сильные и крепкие. Я всем доволен.
К своему изумлению, я заметил, как на корне пня появилось несколько свежих зеленых ростков.
Чтобы не терять времени, я бросил призраку ниточку силы, которую он ухватил и впитал в себя. Практически тотчас парень проявился в реальном мире. Откуда-то со стороны канала раздался громкий мальчишеский крик и я обернулся. Напротив арки собралась небольшая стайка ребятни в сиротских куртках. Они со священным страхом смотрели на Ярослава. Тот приосанился и сделал жуткое лицо. Что произвело на детвору впечатление. Свора с криками рванула прочь, но один остался на месте. Он воровато оглянулся, вытер рукавом нос и решительно зашагал к нам.
— Дядя некромант, а можно вашего питомца погладить? — спросил мелкий.
Я поискал глазами кота, но понял, что паренек указывает на пень.
— А не боишься? — опешил я.
— Ну при вас-то он не укусит, — предположил малец. — А меня все уважать будут.
— А сейчас не уважают? — усмехнулся я.
— Я ростом не вышел, — насупился мальчишка. — Вам оно ничего стоить не будет. А мне репутация.
Последнее слово малец выговорил осторожно, стараясь не перепутать буквы.
— Ну, репутация — дело важное, — вздохнул я и обернулся к пню.
Тот закатил горящие красным глаза и повернулся самым гладким боком, всем видом давая понять, что разрешает себя коснуться.
Паренек не растерялся и тотчас оказался рядом. Быстро почесал кору и улыбнулся, явив миру сколотый передний зуб.
— Теплый, — изумленно сообщил он. — А покататься можно?
Я не успел ответить, как пенек возмущенно застрекотал и замахал корнями.
— Да ладно, я просто спросил… — попятился приютский и поднял руки вверх, демонстрируя открытые ладони. — Чего так сразу…
— Это тебе не лошадь, — сурово заявил я, пряча улыбку. Затем вынул из кармана монетку и бросил гостю. — На мороженое. И угости друзей за счет некроманта. Будет тебе репутация.
Мальчишка снял кепку, поклонился, а затем звонко сказал пеньку:
— Ты красивый.
Развернулся и сбежал, сверкая подошвами ботинок. Пенек что-то недовольно ворчал, но делал это без обиды, а скорее по привычке.
— Не зря вы их привечаете, — проговорил Ярослав, которая сейчас нельзя было отличить с виду от живого. — Он вырастет и будет помнить, что сам некромант его уважил.
— Вырастет ли, — вздохнул я. — Хотелось бы верить.
— Этот может и останется мелким, — хмыкнул призрак, — но характер у него есть, раз не побоялся подойти и погладить ваш тотем.
— Ты скажи Евсееву, чтобы не высовывался наружу без надобности. Пусть на всякий случай держит ружье заряженным.
— Я за ним присмотрю, — пообещал парень.
— Вот и славно.
Пень отправился на болото, а я набрал номер отца. Тот ответил почти сразу.
— Что-то случилось? — сухо уточнил он.
— Все в порядке, — отозвался я. — Мне надо с тобой встретиться.
— Можем вечером пересечься у тебя. Или я забронирую стол в «Званом ужине».
— Нет. Если ты не возражаешь, то я приеду к тебе сейчас.
— Я на службе.
— Знаю, — ответил я односложно.
Отец понимал, что если я не хочу ждать, то дело срочное. И он мог отказать под благовидным предлогом. Однако не стал так поступать.
— Хорошо. За тобой выслать машину?
— Я уже достаточно взрослый и могу вызвать такси.
Филипп Петрович пробормотал о самостоятельном вождении, но слов я не разобрал. А затем произнес уже громче:
— Я распоряжусь, чтобы тебя пропустили на территорию.
Он завершил вызов не попрощавшись. Все же у нас и впрямь было много общего. Странно, что я не замечал этого раньше.
Я хотел было набрать номер извозчика, и в этот момент как раз заметил стоявшую на противоположной стороне дороге желтую машину с шашечками на борту. У авто, прислонившись к капоту, стоял, скрестив на груди руки, щуплый парень в строгом костюме. Я нахмурился, рассматривая эту картину. Было в ней что-то чудное. Дорогая машина представительского класса, борта которой были заклеены логотипами фирмы по извозу. Да и костюм на парне смотрелся чужеродно. Словно незнакомец снял его с кого-то в темной подворотне, а потом спокойно поехал развозить клиентов.
— Барин, подвезти надобно? — заметив мой интерес, спросил водитель, блеснув золотым зубом.
Я прищурился, ища повод отказаться. Но парень встал с капота и отворил заднюю дверь со словами:
— Гордей Михайлович велел за вами поездить, если вы куда соберетесь. И я подумал, что проще будет самому вас свозить куда следует. Меня Гришей зовут. Или по-простому — Гришаня.
— И с чего ты взял, что мне надо ехать? — уточнил я.
— Потому что важные господа не ходят пешком, — резонно заметил водитель. — Да вы не думайте, я хорошо баранку кручу. Прокачу вас с ветерком. Машина у меня знатная.
Я оценил затемненные до черноты стекла и кивнул. Перешел через дорогу и сел на заднее сиденье:
— Ну, раз Гордей Михайлович велел.
Гриша занял место за рулем, обернулся ко мне и уточнил:
— Куда вам надобно?
— Лесная десять.
Лицо парня вытянулось. Стало ясно, что ехать ему враз расхотелось.
— Я выйду у ворот. Ждать меня не нужно, — поспешно попытался успокоить я Гришу.
— Нужно, — глухо ответил он и добавил, — Я вас дождусь, вашество.
От такого обращения я на мгновенье замер. А потом тряхнул головой. Все же тяжело мне дается расставание с Фомой. Привык я к его рассудительности, советам и наивным вопросам. Сам не заметил, как врос душой в этого простого парня, который стал мне не только помощником, а другом. Но все же на сердце было радостно оттого, что Питерский нашел себя и погрузился в новую работу.
— Если решишь ждать и к тебе кто-то подойдет из военных, то скажи, что ты водитель адвоката Чехова, — посоветовал я, понимая, что к парню могут придраться.
— Да я за тонировку переживаю, — принялся оправдываться Гриша. — В багажнике у меня ничего запрещенного нет.
— Понятно, — усмехнулся я, заметив хитрый прищур через зеркало заднего вида. — А чего там есть из незапрещенного?
— Лопата. Мешки. Фляжка с розжигом, — принялся перечислять парень.
— Хороший набор, — оценил я.
— Все для шашлыка за городом, — уверенно заявил водитель.
— Лопата, — напомнил я.
— И мешки, — вздохнул Гриша. — Надо бы все это выложить. Ну или запаской прикрыть.
— Не надо, — посоветовал я. — А то решат, что скрываешь что-то. Лучше оставь на виду. И не тушуйся, если скажут открыть багажник. Признайся только, что некроманта привез. И многозначительно так покачай головой.
— Это я могу, — довольно ощерился парень, блеснув золотым резцом. — А ведь и впрямь на вас все можно свалить.
— Не все. И не свалить, — терпеливо поправил я парня. — Намекнуть и дать возможность самим додумать.
— А вы и впрямь хороший адвокат, — Гриша цокнул языком. — Мне бы вашу визитку. На всякий случай.
Я протянул ему картонный прямоугольник, который исчез в нагрудном кармане его рубашки.
Вел Гриша неплохо. На паре перекрестков он крутовато вошел в поворот. Но я решил его не одергивать. Не хватало, чтобы он начал нервничать за рулем. Гордей не стал бы приставлять ко мне плохого водителя.