Будущая твоя (СИ)

— Макс, значит ты езжай первый. Я отправлю одного человека. Он будет тебя страховать издалека.
— Меткого? — ухмыляюсь, понимая о ком говорит отец. Одного снайпера этот ублюдок точно не заметит, но только, спасёт ли?
Завершаю вызов, отшвыривая телефон на сиденье. Перед глазами стелется туман. Я сжимаю руль, ощущая в голове стук собственного сердца. Сегодня всё может быть в последний раз.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Через полчаса подъезжаю к нужному месту, остановив машину в тридцати метрах. Осматриваюсь по сторонам. Один поц стоит на входе. Чуть левее, за углом ещё один. У каждого в руках автомат. Ждут они, мрази. Стараюсь быть незамеченным, прячась за деревьями. Ну же, гнида, подойди ближе. Вот так, молодец. Один смертник точно шагает в нужном мне направлении. Подкрадываюсь сзади. Одной рукой зажимаю рот, а другой — перерезаю ножом сонную артерию. Сто килограммов обмякают в моих руках практически сразу. Хватаю за подмышки неживое тело и оттаскиваю немного в сторону. Вытираю с лица кровь футболкой. Перевожу дух.
Сколько их ещё и где главный? Явно не здесь. Скорее сидит себе тихо на жопе и любуется, как я тут пытаюсь сыграть в "Миссия невыполнима". Только вот не задача. Из меня дреной главный герой. До Тома Круза как до луны и обратно.
Со вторым охранником происходит всё проще. Его просто валит снайпер из винтовки с глушителем. Переступаю через труп и захожу в открытую дверь. Делаю пару шагов, как мой слух начинает резать женский плач. Карина. Срываюсь с места и бегу, прислушиваясь к звукам.
Сердце пропускает удар. Полный пиздец. Кажется, если меня переедет трамвай или отрежут ногу, то не будет так больно, как сейчас. Подбегаю к девочке. Она вся такая замученная, грязная, мокрая. Порванная футболка обнажает нижнее белье и не скрывает многочисленные ссадины и кровоподтёки. Я сжимаю челюсти, доставая нож и разрезая верёвки на тонких запястьях.
— Макс, — падает в мои объятия и плачет, глотая буквы. — Прости меня, я не смогла уехать.
— Тише. Т-ш-ш, нужно выбираться отсюда.
Я целую её в макушку и глажу спутанные волосы. Бедная девочка, моя бедная малышка. Сколько ей досталось?! Я отдуваю с женского лица прилипшую прядь и с ужасом обнаруживаю порезанную скулу. Не глубоко, но шрам останется на всю жизнь. Уроды. Они ответят. За каждую секунду, что причиняли боль моей девочке, они ответят ценой своей жизни.
— Идти можешь? — спрашиваю и она кивает.
Мы только успеваем подойти к двери, как она захлопывается. Я пытаюсь её выбить ногой с разбега, но тщетно. С обратной стороны её подперли чем-то тяжёлым. За стенами амбара, на улице, раздаются одиночные выстрелы, а затем автоматная очередь. А толку, если эти гниды успели облить здание бензином и подпалить. Противный едкий дым забирается в лёгкие.
— Я видела там есть одно окно, — Карина показывает рукой вдаль, и я бегу в ту сторону, стараясь не дышать дымом.
Окно забито деревянными досками с обратной стороны. Я выбываю их ногами, пока есть силы. Тщетно. Там ещё и металлическая решетка, оказывается.
Се ля ви. Сдохнем прямо здесь…
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 51
 
Максим
Мне удается нарушить целостность конструкции, прострелив её по углам.
— Отойди, — отпихиваю Карину в сторону и, подобрав с пола металлический поддон, выбиваю решётку.
 
Едкий дым наполняет воздух, затрудняя дыхание. В амбаре становится слишком жарко из-за языков пламени, подбирающихся к нам всё ближе и ближе. Карина перепугано смотрит перед собой, ожидая моих дальнейших действий. Я стараюсь не подавать виду, как мне страшно. Нельзя паниковать. У нас получится выбраться. Мы справимся. Вместе.
— Готова? — спрашиваю девушку, и она одобрительно кивает головой.
Помогаю Карине вылезти через окно, а затем следую за ней, но только стоит ногам коснуться земли, как на нас обрушивается автоматная очередь.
— Ложись, — толкаю девушку вниз, заставляя лечь плашмя на живот и прикрыть голову руками.
Я тянусь к стволу и делаю несколько выстрелов, чтобы не подпустить противником ближе. Сердце бешено стучит, грозясь выпрыгнуть изнутри. Пелена злости туманит разум, не позволяя страху пустить свои ростки.
— Видишь мою машину? — показываю на хорошо просматриваемую дорогу.
— Да, — отвечает дрожащим голосом, поджимая губы.
— Здесь метров тридцать, не больше. Нужно будет бежать очень быстро. Сможешь?
— Смогу.
Я бросаю восхищённый взгляд на свою девочку, гордясь её храбростью и смелостью. Умничка. Не плачет, не катает истерику, не задаёт лишних вопросов. Оглядываясь по сторонам, заряжаю пистолет последними патронами. Подмечаю местоположение противников, чтобы знать, откуда ожидать следующих выстрелов. Двое с автоматами в метрах тридцати от нас, еще один немного левее. Сколько их, а? И где самый главный? Понятное дело, что он не участвует в этой резне и сидит себе ровно на жопе, наслаждаясь процессом.
— Всё будет хорошо. Верь мне, — сжимаю тонкое запястье, заглядывая в синюю глубину глаз. — Бежим.
На нас снова сыпется шквал выстрелов. Мы прячемся за деревьями, преодолевая дистанцию семимильными шагами. Противники всё время следуют по пятам, пытаясь взять нас в кольцо. Отстреливаюсь редко, стараясь беречь патроны. Ублюдков много, а магазин наполовину пустой.
Когда до бумера остаётся меньше половины пути, собираюсь с силами. Открытая местность. Будет очень трудно добраться и не схватить пулю, но это единственный шанс остаться в живых. Карина прерывисто дышит, бросая в мою сторону вопросительный взгляд. Делаю глубокий вдох, усмиряя повышенный стук сердца. Не паниковать, не имею право. Нежно касаюсь ладонью её милого личика. Задерживаюсь на подбородке, слегка приподнимая его вверх.
— Милая, сейчас нужно будет бежать ещё быстрее.
— Хорошо, — она доверчиво смотрит, храбрясь изо всех сил.
— На счёт "три". Один, два, три…
Я толкаю Карину вперёд, а сам плетусь немного позади. Одной рукой удерживаю ствол, делая ответные выстрелы, а другой — жму на кнопку на брелоке, снимая центральный замок с блокировки. До бумера меньше десяти метров. Я отвлекаюсь, сосредотачившись на противниках с правой стороны. Целюсь одну секунду и жму на спусковой крючок, заставляя одного ублюдка рухнуть на землю. Всё происходит запредельно быстро. Я не успеваю среагировать, как раздаётся громкий женский крик: «Максим». Карина падает на мою грудь, закрывая своей спиной. Пока я пытался отвергнуть удар с правой стороны, не заметил одного ублюдка слева.
 
Один хлопок. Ещё один…
— Суки, — ору во всю глотку, стреляя из ствола.
По моим ладоням стекает липкая влага. Кровь. Время замедляет свой бег. Я погружаюсь в транс, пытаясь осознать произошедшее. Девочка. Моя малышка пыталась уберечь меня от пули ценой собственной жизни. Подношу два пальца к женской шее. Пульс. Он есть.