Моя любовь навсегда (СИ)
— Тогда живее, мой мальчик. Время — деньги!
Глава 3. Хорошие люди умирают по вторникам
Открытие нового культурного комплекса для детей с ограниченными возможностями пришелся аккурат на день рождения нового мэра.
Пока Марат Григорьевич Донской получил поздравления от коллег и журналистов, именитые гости вперемешку с приглашенными жителями столицы прогуливались между четырьмя башнями-пирамидами и разглядывали кристально прозрачные стекла бассейна. Крытые, открытые — они прятались за серебристой отделкой внешнего фасада, скрывавшего новейшую конструкцию из легкой нержавеющей стали.
В общей сложности центр занимал около двух тысяч квадратных метров. Издалека он очень напоминал пышное облако, плывущее под лазурным небосводом, пока над ним нависли остроконечные пики многочисленных силовых башен и темнеющих вдали небоскребов. Вокруг выделялся зеленым пятачком прогулочный парк, через который извилистыми дорожками можно было добраться до комплекса.
Внутри главного здания первый этаж занимали киберкафетерии, детские игровые залы и фитнес-центры. На втором расположился медицинский персонал для проверки здоровья будущих юных посетителей, а также их родителей. На третьем и четвертом этажах — бизнес-центры, смотровая площадка и небольшая сцена для возможного проведения концертов музыкальных групп.
Между пирамидами гостей радовал многообразием цветочных оттенков сад с открытыми бассейнами под куполом из переработанного стеклопластика: именно он соединял все части «облака» между собой. В остальных строениях оставили только аквазону. Чаши в форме полукруга, прямоугольника, ромба — внутри плескалась чистейшая вода, маня радостную публику искупаться и расслабиться после тяжелого трудового дня.
— Марат Григорьевич, расскажите о новой системе фильтрации воды? Вы говорили о наночастицах? — молодая журналистка восторженно похлопала ресницами. Темный взор скользнул от бордового шелка галстука на воротник черной рубашки импозантного мужчины.
Марат белозубо улыбнулся, демонстрируя идеальную работу стоматолога, и немного перекатился с пятки на носок, чтобы принять удачную позу. Он знал, что с этого угла камера дрона заснимет моложавое лицо, несколько морщинок в уголках глаз и асимметричный изгиб губ — следствие перенесенного микроинсульта. Из-за болезни пострадала мелкая моторика, немного нарушилась речь, но почти никто не замечал особых изменений.
Кроме Павла Александровича Канарейкина, который не раз и не два прошелся в своих интервью по теме здоровья главы города.
— Мы используем органический способ биоаугментации. Он представляет собой добавление в воду смеси микроорганизмов, которые разрушают и удаляют загрязнения. В них включены ферменты, безопасные бактерии. Они естественным образом разлагают вещества, такие как масла или углеродные продукты.
— Нет ли опасности, что подобный метод только навредит детям? Использование такого способа в открытой среде вызывает споры. Микроорганизмы могут выделять опасные токсины при взаимодействии друг с другом, — журналистка склонила голову к плечу, а вот Марат цыкнул про себя и поймал напряженный взгляд одного из спонсоров проекта.
«Проклятие! Чем думал Женя, когда одобрял список вопросов для интервью?!» — обрушил гнев на голову своего помощника Марат.
Правда, через секунду он уже передумал убивать Женю: блеск во взгляде девицы говорил о том, что вопрос она задала вне списка.
— Мы проводили множество тестов, — на лице не дрогнул ни один мускул, только указательный палец правой руки нервно ударил по ткани пиджака. — Здесь снимали новый блокбастер «Русские витязи» известного режиссера — Глеба Боярышникова. Все актеры и съемочная команда после трудового дня несколько раз посетила аквазону.
Марат кивнул в сторону Глеба, который напряженно всматривался в бокал шампанского и почти не обращал внимания на щебетания супруги. Рядом с ним, высоко приподняв подбородок, стояла единственная дочь Милана.
Непроизвольно Марат засмотрелся на молодую девчонку, почти ровесницу его новой супруги Жанны: такая же светловолосая, голубоглазая и с точеной фигурой, упакованной в платье из шелка. Амарантовый оттенок наряда подчеркивал бледность скул, а также тщательно припудренные синяки под глазами от усталости. Периодически Милана зевала, прикрывая рот узкой ладошкой, вызывая в душе Марата умиление и мужской восторг.
Вот будь девчонка из семьи попроще, он бы обязательно предложил ей выгодные условия и свое расположение.
— Понятно, — вернул его к действительности голос журналистки и оторвал от созерцания длинных ног.
— Полагаю, господин мэр нам сейчас расскажет, как действует его система очистки? — ворвался низкий голос и нарушил покой Марата.
Он скрипнул зубами, а Павел Канарейкин бесцеремонно встал рядом. Забросил свободную руку на плечи взбешенного врага, после чего насладился секундной яростью в потемневшем взгляде.
— Павел Александрович, — встрепенулась журналистка, предвкушая потрясающий скандал. — Вы все-таки пришли!
— А как же, — чересчур радостно пропел Паша и прижал к себе ойкнувшего Марата. — Не мог пропустить встречу со старым приятелем. Тем более, сегодня вторник.
— Почему именно вторник?
— Не догадываетесь? — усмехнулся Паша, затем неожиданно интонация голос из сладкой сменилась на ледяную. — У меня теперь по вторникам траур. Хорошие люди уходят в этот день из моей жизни. Да, Марат?
— Не совсем понял, о чем речь, — сухо ответил тот.
Марат вздрогнул, когда Паша неожиданно наклонился. Зашептал так, чтобы слышал только он, и холодок прошелся по телу от излучаемой ненависти собеседника:
— Ярослав, дружочек мой. Помнишь это имя?
Пока девица переводила взгляд с одного мужчины на другого, старые враги почти не шевелились. Ждали чего-то.
— Пап! — услышали они окрик. Паша обернулся к позвавшему его старшему сыну.
Елисей неприязненно покосился на Марата и махнул рукой, прося родителя подойти. Рядом стояла Алиса — невестка Канарейкина, младший дочь Анастасия и бывшая жена Кира. Последняя особенно выразительно подняла бокал с соком, затем качнула головой. Будто умоляла не затевать скандал на публику.
— Семья зовет, — улыбнулся Паша, убирая руку. Одернув пиджак, он еще раз прошелся по мрачному Марату взором и поправил пиджак.
— Вы не хотите обсудить с Маратом Григорьевичем вопрос экологии и безопасности использованной методики очистки воды? — спросила расстроенно журналистка. Ясное дело, скандал завял раньше времени.
— Боюсь, я не обладаю таким количеством лишнего времени. Уверен, специалисты Марата все подробно разложат по полочкам. Мы ведь не хотим, чтобы кто-то пострадал? — язвительно поинтересовался Паша. — Зачем нам повторения несчастного случая на химическом заводе «Сантар», да?
Скрип зубов стал громче.
— Семья, Павлик, — прошипел Марат. — Поспеши, а то вдруг второго сына потеряешь. Мало ли какие несчастья подстерегают наших отпрысков. К тому же у тебя ведь скоро появится внук? Как назовете? Ярослав?
Удар достиг цели. Паша прищурился, сжал челюсти, а вот Марат расцвел и заулыбался. Пальцы дрогнули, потянувшись к шее зарвавшегося гада, но в последний момент локтя коснулась ладонь Киры. Легкого поглаживания оказалось достаточно, чтобы кровавый туман в голове рассеялся.
— Кира Владимировна, — разлил радость от встречи Марат. — Какая приятная встреча. Хочу сказать, что ваш ресторан превзошел все наши ожидания. Закуски великолепны!
— Благодарю, — процедила Кира. — Передам ваши благодарности сыну и невестке, а также нашему директору Анне.
Подняв голову, она дернула слегка Пашу за рукав.
— Вернемся? Дети ждут.
Паша кивнул без слов и, одарив Марата напоследок многообещающим взглядом, зашагал обратно к столу с закусками, где стояли остальные члены семьи Канарейкиных.
— Говорила же: не подходи к этой мрази, — вздохнула Кира и поймала беспокойство на лице Миланы, когда они прошли мимо.