У свободы цвет неба (СИ)
- А тут они есть? - усмехнулась я, давя дрожь в голосе.
- По сравнению с той обстановкой, перспективы у тебя просто шикарные, - оптимистично заверил меня он, - и никаких поводов для беспокойства.
- Может быть, - вздохнула я, опираясь о перила балкона. - Только мне все-таки очень страшно.
Едва договорив, я почувствовала его руку на своем плече, потом он развернул меня к себе и обнял.
- Мне тоже страшно. И шикарными наши шансы можно назвать только по сравнению с перспективой оказаться в гибнущем мире, где каждый, от кого хоть что-то зависит, считает дурным тоном попытаться выжить и дать выжить хоть кому-нибудь.
- Слушай, - сказала я, - если уж говорить про Каменный Язык и вообще всю ту историю...
- Мм? - отозвался он, не выпуская меня из рук.
- А чего ты за мной тогда пошел-то? Ведь данных было кот начихал, и те недостоверные.
- Ну, - качнул он головой, - я конечно могу наврать, что хотел быть причастным к открытию и началу новой разработки Дома, но, если честно, я хотел вытащить тебя оттуда.
- А почему тогда не вытащил? Ты же знал, что стоит тебе потребовать, я свернусь и признаю задачу невыполнимой.
- Счастье полета... - Макс вздохнул. - Ты была счастлива, когда летала. Я знал это, как знала ты сама. Ну и... у нас же почти получилось. Задержись тот приказ хоть на пару лун, уже сейчас можно было бы начинать разработку.
- Ты же сам сказал, что там трындец, - удивилась я.
Макс кивнул, задев подбородком волосы на моей макушке, получилось щекотно, но я не пошевелилась.
- Да, Лись, он самый, полный и окончательный. Из тех, кто мог иметь к этому отношение, в живых имел возможность остаться только один, и тот, если жив, этому не рад.
- Значит, шансов получить все данные об искусственных Источниках у нас не было, - вздохнув, признала я.
- Все и не нужны, - тихо возразил Макс. - Не хватило сущей ерунды. Нескольких месяцев, двух разговоров, одного подтверждения, крохотного следа...
- Если это ерунда, то оно найдется в другом месте, сам знаешь, Поток никогда не оставляет однажды проложенное русло.
- Знаю, - улыбнулся он. - Ты лучшее тому доказательство.
Я вздохнула и обняла его.
Не знаю, как Макс спал той ночью, а я позвала своего сайни спать вместе. Он обрадовался, лег у меня в ногах на одеяле клубком, как большой кот. Я поняла, что наконец-то не одна, и выключилась.
С утра Димитри объявил выходной и велел Сой никому не будить маркиза, чтобы он отдохнул. Так что к завтраку Унриаль не вышел, а мы пошли гулять, пообещав князю прийти в "Дохлого ящера" на закате. Уходя, мы слышали, что он берет такое же обещание с Хайшен и Айдиша, и Макс сделал вывод, что на вечер дорогой хозяин наметил что-то особенное. Я усомнилась в том, что идея показать диковинку в виде гостей из-за звезд части обитателей города и порта может быть чем-то особенным, как по мне - вполне логичный ход мысли, и сказала об этом Максу. Он пожал плечами, заметив, что мы можем оказаться не единственным сюрпризом, по крайней мере, зная его светлость, лично он, Макс Асани, единственным сюрпризом быть не рассчитывает. Я неопределенно хмыкнула, и мы отправились смотреть городской сад.
Утро Полины началось с, похоже, классической для Кэл-Алар жанровой сценки: выйдя в сад, она увидела, как Ройя вместе с хранителем дома пинками выгоняют из сада рептилию, по размерам и виду напомнившую ей австралийскую гоану, но не серо-зеленую, а зелено-желтую. Рептилия из сада уходить не хотела, шипела и хлестала хвостом, люди довольно шустро уворачивались и, пиная ее в основание хвоста, гнали к выходу.
Пока женщина стояла и думала, чем она может помочь, прибежала детка без имени с каким-то свернутым ковриком в руках и приняла участие. Дав рептилии раз-два по носу этим ковриком, она позволила слугам выиграть время, и те, приподняв животное за хвост, пошли к воротам. Ящеру ничего не оставалось, как перебирать передними лапами, сохраняя морду от контакта с дорожкой. Выдворив незваного гостя, слуги ушли в глубину сада. Полина помнила по прошлому разу, что там есть рукомойник.
Мимо нее в дом потопала детка, все с тем же свернутым ковриком в руках.
- Как вы храбро его выгнали, - сказала ей Полина. - Он такой большой, за вас было страшно.
- Этот молодой, - отмахнулась девочка. - У него еще хвост детский, толстый. Как первый раз без хвоста останется, будет опасный, а пока - глупый и медленный. Не страшный. - Она улыбнулась, засияв солнышком, и закончила. - Коврик надо убрать. Пойду уберу.
На драку мы все же нарвались, но уже вечером, причем в том самом "Дохлом ящере", куда Димитри звал нас к закату Ну, мы и пришли, когда солнце висело только на три пальца выше края воды над морем. Кабак выглядел вполне приличным местом, несмотря на то, что он был явно обсижен моряками Кэл-Алар и производил впечатление заведения "для своих". Учитывая нравы саалан и специфику Островов, о которой я слышала достаточно обмолвок еще в казарме, странно, что это случилось не раньше.
Драка началась, когда Макс отошел к стойке. Вроде ничего особенного и не произошло: ну, сцепились двое, подбежали еще трое, разняли схлестнувшихся, в процессе, как водится, свалили стол и побили посуду, и еще кто-то вылетел с галереи вниз в зал, дел-то всех на три минуты. Но зацепили и нас. Марине Викторовне порезали блузку, и в месте прореза рукав немедленно выцвел и начал расползаться, как будто шелк попал в отбеливатель. Подошедший князь, слушая мой рассказ, глянул на Лейшину, увидел это, округлил глаза и оборвал ей рукав вообще нафиг, чем расстроил ее почти до слез. И тут же послал кого-то за новой люйне для нее. Пока внизу убирали осколки посуды и перил и уносили того, кто во время драки упал с галереи спиной на край стола, пришла Полина в широком коротком плаще, явно взятом у кого-то из служанок князя. Димитри улыбнулся ей и объявил нам, а заодно и всем собравшимся в "Дохлом ящере", что, мол, ребята, развлечения с мордобоем в планах не было, а привез он совершенно другое. Народ заинтересованно загудел и начал собираться поближе. Князь улыбался и вместо ответов на вопросы говорил только, мол, подождите чуть-чуть, сейчас все будет, дайте даме переобуться, и мы вам сразу покажем. Между делом он попросил освободить большой стол. Тем временем с базара принесли сорочку для Марины, и, судя по упаковке в пергамент, выбрали самую дорогую, какую только нашли. Трактирные служанки увели ее куда-то за двери переодеться, и через пару минут она вышла в блузке из коричневого льна с вышивкой. По вороту блузки бежала цепочка ящериц.
- Разве тут носят такое короткое? - удивилась я вслух. - И это же не на взрослого...
- Это люйне торговца с воды, - объяснил Димитри. - Не все хотят сходить на берег в чужом порту, привозить мелочи для моряков прямо на рейд довольно выгодно. Тут этим обычно зарабатывают подростки, и вполне успешно, многие могут так поставить свой дом и отделиться от родителей. А длинное на воде не носят, чтобы не ходить с мокрым подолом.
В кабаке меж тем ненавязчиво нарисовались несколько взрослых мужчин-ддайг, аккуратно вставших вокруг Лейшиной.
- Эээ... Димитри? - сказала она, заметив это.
Князь махнул рукой:
- Марина, не обращай внимания, это охрана. И ты, Алиса, тоже не расслабляйся, бди.
Полина тем временем сняла уличные туфли и обула легкие босоножки. А после туфель сняла плащ, и под ним оказалось зеленое шелковое платье. А дальше я вмиг охренела, потому что Димитри подал ей руку, и она по скамье поднялась на стол, а он в один шаг встал рядом с ней. Князь наколдовал мелодию, показавшуюся мне знакомой, и уже через секунды я поняла, что не ошиблась. Они стали танцевать танго. Понятно, что у сааланских моряков, которых правильнее было бы назвать пиратами, тоже открылись рты и глаза. Даже ддайг смотрели больше на то, что делал их князь и его странная подруга, чем следили за обстановкой в кабаке. Поэтому они подошли к Марине почти вплотную - на их взгляд - и все время шевелили ушами, как коты в засаде. Марина удивленно улыбалась, но для нее происходящее было, похоже, почти ожидаемо. Макс смотрел на танец очень внимательно и с большим удовольствием, но было заметно, что для него это зрелище - момент чистой эстетики, хотя и несколько сюрреалистический. А я стояла и чувствовала знакомый кол за грудиной. Ревностью это не было, просто я помнила, как Полина танцевала с Леликом. Князь пока и вполовину не был так хорош, но по нему было видно, что это новое, привезенное своим показать, - предмет его особой гордости и что он научится. Время на уроки у него, внелетнего мага, есть, причем в неограниченном количестве, так что совершенствоваться он может еще долго. А моя сказка кончилась. И не только моя. С Леликом Полина танцевала иначе, и вообще была живее, улыбчивее и... на этой мысли я отвернулась к двери, чтобы не смотреть на них и не думать об этом всем.