Размышления русского боксёра в токийской академии Тамагава (СИ)

Во-первых, Асада зачем-то стащил перед самым боем свой нейроконцентратор с пальца. Лишая себя и без того призрачных шансов в драке с Нагано.
Во-вторых, дурачок отчего-то перестал быть привычным идиотом. Вместо этого, он как-то преобразился, что ли.
Нужные слова быстро не подобрались даже у острой на язык Ямаути.
В-третьих, Тормоз хоть и насмешил всех корявым и угловатым началом, но самые внимательные заметили: он двигался уверенно, как механический копатель. Тот тоже со стороны не особо изящен, однако работу свою делает.
– На экскаватор похож, – хоть и с запозданием, но нашлась Манна.
Ямаути тоже посещала кое-какой зал, и перемена в движениях Тормоза от неё не укрылась.
– А ведь это какая-то культура перемещений, – задумчиво закусила губу она, озвучивая общее мнение. – Я пока только не понимаю, какая.
– Да. Двигается явно привычно. Но что это такое – неясно. – Подтвердила Минами Икемацу от дальней стены. – Точно какой-то отработанный шаблон. Ты смотри…
Икемацу профессионально занималась бальными танцами, как спортом. Оттого в вопросе перемещений понимала.
Тормоз начал схватку первым.
Доковыляв на смешно присогнутых ногах до Сэя, белобрысый выбросил вперёд левый кулак. Его правая рука, словно изображая обезьяну, болталась где-то на уровне живота.
Сэй ответил жёстким блоком и контратакой. Набитый кулак каратека почти попал, скользнув по лбу противника: Асада отклонился спиной назад и влево, как кукла со смещённым вверх центром тяжести, отчего отделался только стёсанной над бровью кожей.
Это было невозможным, но оно происходило прямо сейчас. Тормоз, словно играя в какую-то свою игру, не обратил внимания на касательное попадание по собственной голове и продолжил обтыкивать, словно ядовитая змея в бросках вперёд, Сэя своей левой рукой. Лицо у гайдзина при этом было донельзя серьёзное и сосредоточенное.
– Как стоматолог за работой, – задумчиво выдала Икемацу. – И ведь он ещё и шаг назад-вперёд успел сделать. Заметили?
– Кто? Когда?
– Асада. Когда Сэй ему по лбу почти попал, он сделал шаг назад-вперёд, синхронно с ударом Сэя. И корпусом ещё отклонился назад, – быстро пояснила Минами. – Вы все не туда смотрите. За ногами дурачка смотрите!
Её слова по времени совпали со второй стремительной неожиданностью.
Тормоз время от времени выбрасывал вперёд, уподобляясь кобре, левый кулак. Нагано, однозначно в рамках какой-то ката, перетекал в стойки, блокируя.
Затем уже Сэй, поймав момент, врезал вперёд правый майя, явно готовясь развиваться в атаке.
Тормоз, вместо того, чтоб отлететь, чуть скользнул влево. Сделал шаг вперёд.
А в следующий момент неизвестно откуда вынырнувший его правый кулак под углом в сорок пять градусов врезался чётко в подбородок более высокого здоровяка Нагано.
Любимец школы, красавец, обладатель безукоризненных манер и честного первого дана по Годзю-рю Сэй Нагано упал.
Причём, вначале у него согнулось правое колено. Тело закрутилось по спирали по часовой стрелке; и после этого согнулась уже левая нога.
Некоронованный чемпион академии приложился виском о помост и затих. Глаза его, что интересно, были открыты, хотя сознания в них не наблюдалось.
– Ты смотри; оказывается, что-то могу ещё, – весело констатировал Тормоз на фоне всеобщего молчания, скрещивая пальцы рук и щёлкая суставами.
Он не обращался ни к кому конкретно, оттого его слова в полной тишине прозвучали где-то зловеще.
– Так, я его в себя приводить не буду! Что, никто не хочет в секундантах пошевелить задницей? – Асада говорил так, как будто что-то знал о ритуалах, прочим недоступных. – Э-э-э, как всё запущено, – констатировал гайдзин через секунду. В его взгляде сквозило явное презрение к присутствующим. – Впрочем, ваше дело. Ладно, это за аренду зала.
А затем белобрысый сделал то, чего ему никак не следовало делать: из заднего кармана брюк достал бумажник и, отсчитав положенное количество купюр, уронил их на грудь Сэя:
– Если не очухается, отдайте смотрителю. У меня срочные дела…
Спрыгнув с помоста, ходячее недоразумение уверенно направилось к шнурку окна, на котором висел его концентратор.
 
– Ты, похоже, до выпуска решил не дожить? – ровным голосом поинтересовался Такуми Сибасаки, имея ввиду исключительно брошенные на грудь побеждённого, словно дешёвой проститутке, деньги.
Отец Такуми, Сибасаки-старший, занимал достаточно интересный пост в кабинете министров и, по слухам, по карьерной лестнице двигался только вверх.
Сибасаки-младший же был хоть и далёк от боёв любого вида, но внешностью напоминал потомственного сумоиста.
– А ты просто поп#здеть мастер? Или что-то конкретное предлагаешь? – огрызнулся Асада, разворачиваясь на ходу и, не дойдя до своего перстня на шнурке от штор, направился к Такуми.
Белобрысый подошёл вплотную к здоровяку и, наступив тому на носок левой туфли, продолжил:
– За слова сейчас ответишь? Или просто жирный балабол?
Сибасаки, хотя и не напоминавший внешне атлета, по канонам мужской внешности собственной страны был вполне себе на уровне. Если глядеть женскими глазами.
Однако в глубине души он неподдельно страдал, считая себя полноватым. Периодически пытаясь похудеть, он садился на диеты, сбрасывал за неделю пару килограмм; но потом возвращал их за час, дорвавшись до риса с овощами. Цикл этот повторялся с завидной регулярностью.
Напоминание о том, что лично он считал своим недостатком, безошибочно угодило в больное место.
– Не обращай внимания на убогого! – Манна Ямаути, соображавшая быстрее всех (и имевшая с толстяком кое-что на прошлой неделе, на классном выезде в горы, по пьянке), тут же вскинулась и положила ладонь на бицепс безобидного обычно парня.
Но было уже поздно.
Взревев раненным зверем, Такуми широко развёл руки и попытался облапить поджарого и так похожего на рыжую уличную собаку Тормоза. Который рядом с «сумоистом» смотрелся более чем гротескно.
Асада, как-то по-кошачьи пронырнув под неудачным захватом здоровяка, выпрямился пружинкой вслед за пронесшейся над головой ладонью.
И воткнул свой правый кулак в носогубную ямочку Сибасаки.
Тот тоже повалился на пол, точь-в-точь повторив опадание по спирали Сэя Нагано, на помосте, минуту тому.
– С-сука! – истерично взвизгнула Ямаути и, растопырив пальцы, ткнула ногтями в глаза Тормозу.
Всё-таки они с толстяком были весьма неравнодушны друг к другу, хотя и старательно скрывали это от окружающих.
Белобрысый одним стремительным движением как-то плавно перевёл уже сделанный удар по Сибасаки в нырок под руку его подруги. Затем его второй кулак мелькнул в сторону живота Манны.
– Бл#дь, – неподдельно осунулся с лица Тормоз ровно через одно мгновение, когда девчонка, скорчившись, упала на колени и беззвучно захлебнулась слезами. – Клянусь, не хотел! На рефлексе вышло! Бл#дь, бл#дь, бл#дь… Пошли нах#й все отсюда!
Общее изумление было столь сильным, что никто и не подумал возражать, когда Тормоз, неожиданно для всех принялся орать:
– Врача кто-то позовите?! Я ей рёбра мог сломать! НЕ ТРОГАТЬ ЕЁ И НЕ ДАВАТЬ ШЕВЕЛИТЬСЯ! ТАМ ВНУТРЕННИЕ ОРГАНЫ!
Быстрее всех сориентировалась Икемацу:
– Сейчас наберу медпункт! Это быстрее, чем бежать! – последние слова она говорила, уже нажимая кнопку соединения с медицинским сектором на экране личного планшета.
* * *
В другое время. Где-то в другом мире.
Вызванные звонком страшно сказать откуда, милицейский следователь и криминалист молча переглядывались над телом погибшего.
 
– Тебя тоже предупреждали? – решился первым на откровенность криминалист.
– Да. – Хмуро и односложно кивнул майор. – Имитируем бурную деятельность и держим язык за зубами.
Перед ними, на полу первого этажа строящегося нового корпуса МВТУ имени Баумана, лежало тело живой легенды.