Дело о похищенных туфельках (СИ)

— Да и потом, агент Гартон права: Ара доверяет мне, а вам — пока что не очень.
— И мне, — вставил учитель Бато.
— Я бы попросил вас остаться в машине, — сказал Нельви. — Вдруг надо будет — быстро…
— Я могу быстло, — отрезал Бато. — Я могу делать все так быстло, что не догоните.
— Вы намекаете, что можете удрать? — удивилась Тони.
— Я все могу, — хмуро сказал учитель. — И не обязан…
— Не препятствуйте следствию, — попросила Ода Гартор. — Идемте уже все вместе. Господин Кея тоже может быть полезен.
Учитель, приосанясь, выбрался из автомобиля вместе с остальными.
«Хоть бы Ара была дома!» — мысленно взмолилась Тони всем Тринадцати богам. Пантеон, как всегда, не откликнулся. Что ж, винить богов за это нельзя. У них наверняка были дела поважнее, чем туфли Ары Деннитсон, чем она сама и даже чем Флайминг Лид, на которого, вопреки своим же словам, Антония страшно обиделась.
Ведь что ни говори, а он мог бы сказать сразу и обо всем, еще тогда, на стадии мороженого. Чтобы к началу танцевального партнерства между ними уже не было никаких недомолвок! Что ни говори, а танцы — это слишком личное, ближе, чем постель. То, как Лидия легко подстраивалась под движения Тони, то ощущение полнейшего единства, особенно в арзале, исполненной страсти и секса — это дорогого стоило.
И как теперь вернуться к этому и ничего не сломать? Теперь, когда и так уже, кажется, не осталось ничего, что не разрушилось бы?
«Пусть он будет жив, а там разберемся! — снова попросила девушка у богов. — Прошу, пусть только он будет жив!»
Ара Деннитсон оказалась дома, хоть и открыла не сразу. Увидев гостей, она не дрогнула ни одним мускулом лица.
— Чем обязана?
— Полиция Мантизора, госпожа Деннитсон, и отдел расследования магических преступлений, — сказала Ода Гартон.
— Не знала, что танцмейстеры служат в полиции, — пропуская их, колко заметила Ара.
— Ала, я плошу, — сказал Бато Кея.
— А я вас уже ни о чем не «плошу», — с горечью в голосе ответила знаменитая танцовщица. — Все просьбы уже в прошлом.
Ода переглянулась с Антонией. Видимо, у любвеобильного Бато и с Арой была или по крайней мере намечалась интрижка. «Да запросто! — подумала Тони. — Вспомнить хотя бы, как они танцевали!»
— Простите, госпожа Деннитсон, мы немного не договорили, — сказала Тони, — я, как вы помните, хотела позвать Флайминга Лида, но…
— Но я сбежала, — перебила Ара. — Извините, это было слишком импульсивно, да?
Ее взгляд обежал присутствующих.
— Садитесь же, — сказала танцовщица.
В ее гостиной было не слишком уютно, но стильно. Низкие мягкие кресла и диванчики так и манили. Но Ода заняла единственный тут стул, а Нельви остался стоять. Учитель Бато устроился в одном из кресел, Тони же попыталась примоститься на краешек дивана, который выбрала Ара. Чтобы быть поближе и дать той ощущение сочувствия и дружеской поддержки. Пускай она не была менталистом — поддержка наверняка будет не лишней и так.
— Но я не вижу Лида среди вас.
Тони кашлянула и покосилась на Оду.
— Дело в том, — сказала та, — что Лид похищен вашим партнером Корни Эдвеллом. — Ради поимки преступника он надевал магическую маску.
— Моя подруга, Лидия Пай, вы, должно быть, видели ее пару дней назад, — пояснила Тони.
Учитель Бато тихо застонал. Видимо, страсть к мужчине вместо женщины оставила на его душе неизгладимый след.
— И чего вы от меня хотите? — спросила Ара. — Я давала показания и клялась в том, что не имею к похищению девушек моим… администратором никакого отношения. Для меня это страшный удар. Я переживаю его с трудом. Мне надо…
Она вдруг скривилась и, кажется, чуть не заплакала. Тони сжала ее руку — сухую и горячую.
— Мне нужны ваши туфли, госпожа Деннитсон. Те, что якобы нашел и принес вам Корни, — твердо сказала Ода.
Ара удивленно похлопала глазами — она еще не сняла с лица макияж, густо облепивший веки, не стерла ярких румян на бледных щеках и не отклеила огромных ресниц. От слез все это потекло, и вид у женщины был страшноватый.
— Туфли, — сказала она. — Те самые? Несчастливые?
 
— Они ведь у вас? — спросила Ода встревоженно.
Тони подумала, что Ара могла выбросить обувь, приносящую несчастья, или попросту оставить в своей студии, но госпожа Деннитсон принесла пару без лишних проволочек. Простые черные танцевальные туфли с открытым мыском, с перепонкой и ремешком, перехватывающим лодыжку — потертые снаружи и изнутри, но с новыми набойками.
Ода взяла одну из туфель и тут же перевернула подошвой вверх. Провела ногтем по набойке, цокнула языком и вдруг понюхала обувь. Зная, чем пахнут поношенные туфли, Антония поморщилась, но самой Оде, казалось, до запаха не было никакого дела.
— Эх, Малыша бы сюда, — мечтательно сказала агент.
— Что-то любопытное? — встрял Нельви.
Патрульный был молод и любознателен. И хотя его веснушчатое лицо и светлые волосы ничем не напоминали о Флае, Тони все равно вспомнила именно Флая. Того, которого она не успела узнать как следует и того, который притворялся Лидией — поровну.
Ода не отвечала еще некоторое время. Она так и сяк тискала то одну, то другую туфельку, поворачивала всеми сторонами и снова нюхала — это больше не вызывало в Тони, Бато и Нельви реакции, они лишь ожидали исхода.
— То есть он ворует… танец, — сказала, наконец, агент Гартон. — Он крадет у девушек талант? Надо спросить у Тользи, как оправится — может ли она теперь танцевать. Но до чего же странно!
— Госпожа Деннитсон говорила об этом, — встрепенулась Тони.
— Ничего такого я не говорила, — быстро ответила Ара.
— Ну как же! Вспомните! — настойчиво сказала Тони. — Вы же сказали, что не хотите молодости, вы хотите таланта, хотите танцевать и все, что получили бы — все вложили бы в танец!
На лице Ары Деннитсон отобразилось осознание какой-то катастрофы. Некая задумчивость, постепенно переходящая в гадливый ужас. Она словно распознавала в жирном отпечатке на стене какую-то ползучую мерзость — огромного паука или отвратительную мухоловку. И от этого лицо ее делалось все более мертвенным.
— То есть ему неважно, что он поймал мальчика вместо девочки, — сказала Ара медленно. — Он все равно высосет из него его талант. Он даже не будет разглядывать его в подробностях. Ох, богиня Фелли, как это мерзко!
— А туфли? — спросил патрульный Нельви.
— А что — туфли? В туфли он как артефактор и магтех вкладывает всю наворованную энергию, — сказала Ода. — Малыш объяснил бы лучше, но Малыш ищет Флая.
Бато Кея скрипнул зубами.
— Хоть бы нашел, — проворчал он. — И лучше живым, потому что я намелен устлоить ему поединок.
И, быстро глянув на агента и полицейского узкими, темными глазами, тут же добавил:
— Танцевальный, я поплошу!
— Вы вообще можете думать о чем-то, помимо танцев? — возмутилась Ода Гартон.
Бато с достоинством сказал:
— Я думаю об Але. И о маньяке Эдвелле. Но ведь они тоже связаны с танцами. Как не думать о танцах, если они у нас в клови? Если из-за них плеступления? Если даже ваш плопавший мальчик танцол? Конечно, я думаю о танце. Не о кастлюлях же мне думать! Пфф!
Патрульный Нельви уже сообщал по рации полученные сведения. Коротко и по существу, как потребовала капитан Тидо по ту сторону связи.
— Талант? — недоверчиво переспросила капитан. — То есть он отнимает у девушек… талант? Не знаю, чем это может пригодиться в поиске агента Лида, но спасибо, наверное.
Ара зябко повела плечами.
— Если бы у меня украли способность танцевать, я бы умерла, — пробормотала она вполголоса.
— А если бы вам ее преумножили? — спросила Тони.
И посмотрела на туфли Ары. Просто жуть брала, как подумаешь, что где-то сейчас истязают Лидию… Флая. И при этом понимаешь, что тебя тоже готовили на тот же жертвенник! В этом они с Арой, наверное, были достаточно близки, чтобы понимать друг друга. Две несостоявшиеся жертвы. Один маньяк, один добрый человек, заменивший их… Где-то там, в плену.