Дело о похищенных туфельках (СИ)
Автомобильчики «бисквит» славились аккуратной формой кекса под названием «кубик»— точь-в-точь как эти славные обитатели почти всех городских кондитерских, только на колесах. И сходство еще подчеркивалось серыми и серебристыми оттенками — точь-в-точь формочки для выпечки из посеребренной бумаги. Ну и название, конечно, тоже: «Бисквит»! Эти машинки предназначались в основном для дам, иногда их еще называли «хозяйственной сумкой на колесах», подчеркивая, что домохозяйки любят ездить именно на таких машинах. Но, разумеется, «кекс» звучало куда короче!
— Не бегите вперед стажера, агент Талангер, — сказал шеф, и агенты удивленно моргнули: нечасто услышишь, как шутить Миллс. — Итак, заявление Эдвелла поступило за десять минут до того, как был найден «Бисквит». И оно осталось бы на столе у капитана Тидо, если б не одно «но».
Агенты затаили дыхание, и только Флай, напротив, едва слышно выдохнул, выпустив воздух сквозь сжатые зубы.
— Следы магии, — сказала Рести.
— Следы магии, — подхватил Миллс. — Тем не менее, нам придется вести дело вместе с капитаном Тидо и ее людьми, так как все это происходит в Северном районе и на ее территории. Копии дела по первому исчезновению предыдущей девушки, Эллани Ши, двадцати лет, тоже переданы нам. Прошу ознакомиться, пока я…
— А туфли?! — раздался звонкий голос Флайминга Лида.
— Что — туфли? — спросил Миллс.
— Туфли второй пропавшей, Клер Тользи? Они все на месте?
Шеф кашлянул и вытащил тонкий листочек бумаги из самой верхней папки.
— Показания партнера Клер по танцам, Питера Бойла, — сказал он. — Первого числа дадаля месяца, перед дружеской встречей с представителями студии Бато Кея, Клер действительно искала танцевальную пару туфель, но решила, что оставила их дома. Вчера, третьего числа, в двадцать два часа проводился обыск в доме пропавшей — с целью установления пропажи какого-либо имущества. Присутствовавший при обыске партнер среди прочего указал, что среди повседневной обуви отсутствует та самая пара танцевальной обуви. Поэтому я не исключаю возможной связи пропадающих женщин с пропавшими туфлями, но и не…
— Надо установить наблюдение за танцующими девушками и женщинами, — заторопился Флай. — А еще всем сказать, чтобы тут же оповещали о пропаже обуви, теперь же очевидно, что это связано?! И хорошо бы до фестиваля поймать этого похитителя! Чем раньше, тем лучше! На фестивале будут такие толпы — там попросту не заметить преступника. И о пропаже туфель будет в разы больше заявлений: кто-то где-то просто потеряет, у кого-то завистницы утащат, кто-то вообще у подружки оставит. И Ара! Надо охранять Ару! Как-никак, у нее пропало уже три пары!
— Возможно, вы высказали здравую идею, — одобрил Миллс. — А сколько осталось до фестиваля?
— Запись уже закрыта, пятнадцатого открытие, двадцать девятого финал, тридцатого закрытие фестиваля, праздничная программа, — без запинки ответил Флай.
И с удовольствием заметил, что агенты переглянулись. Да! Это снисходительное «не пригодится» шефа оказалось совершенно не пророческим.
— Эээ… пятнадцатого хаттоха, я надеюсь? — вопросил Миллс.
Месяц, посвященный божеству Хатто, отвечающему за плодородие, был следующим после только что начавшегося месяца дадаля. Цветущая богиня Дада даровала земле ковер из цветов, первую летнюю жару и аромат клубники. Но никак не покой агентам и танцорам!
— Нет, шеф, пятнадцатого дадаля, — ответил Флай.
— Но сегодня уже четвертое, — сказала Рести трагично.
— Но ведь все равно надо искать быстро, — сказала Ода. — Чисто теоретически, обе жертвы могут быть еще живы.
— Ну так за работу, а мне придется ненадолго вас покинуть, — пробурчал шеф Миллс, и, оставив папки на столе, вышел.
Не успели агенты проводить его взглядами, как в коридоре послышались чеканные шаги подкованных ботинок.
— Офицер Тидо, — сказала Ода Гартон.
Медоед засопел:
— Страшная баба. Я из-за нее уволился из полиции. Натуральный зверь-баба, как в сказках!
— Но аппетитная. Я бы повалял, — тут же откликнулся Малыш Талангер.
— Есть на свете хоть одна женщина, которую ты бы не повалял? — возмутилась Рести.
— Есть, — пожал плечами Малыш, — но, если я назову имя, ты меня убьешь.
Судя по взгляду Рести, она и без этого была готова пойти на страшное преступление. Но уже спустя секунду женщина улыбнулась.
— Ты все-таки придурок, Дев, — сказала она.
— Так точно, агент Ольвинс, — отчеканил Малыш и тут же прикрылся одной из папок с делами.
— Хватит. Давайте подготовимся, — сказала Ода Гартон. — Иначе Тидо никого не пощадит. Она не такая добрая, как Миллс.
Стажер при этих словах опасливо покосился на дверь. Ничего себе характеристика у капитана полиции! И правда, лучше взяться за дело. А танцевать, видимо, он сегодня не выберется.
ГЛАВА 10, в которой мы знакомимся с капитаном Эстер Тидо
Если бы Флайминг Лид вошел в кабинет шефа Миллса, он увидел бы стройную спину, тонкую талию, стянутую широким ремнем, темно-синюю униформу с брюками и очень коротко стриженный светлый затылок, приоткрытый сдвинутым на лоб белым беретом. У синей рубашки были короткие рукава, открывавшие мускулистые руки. Кисти рук в белых перчатках покоились на ремне.
Капитан Эстер Тидо стояла по стойке смирно перед старшим по званию. И Флайминг Лид не сумел бы увидеть на ее лице улыбки, ведь она так и осталась бы стоять к нему спиной… Если только не обернулась бы, чтобы оценить опасность. Но и в этом случае на лице капитана уже не было бы ни следа улыбки, которая предназначалась только шефу Андору Миллсу.
— Вольно, капитан, — сказал Миллс и тоже улыбнулся. — Вы можете сесть.
Она вызывала в нем желание перестать, наконец, хмурить брови и напрягать все мышцы лица в строгой гримасе. Сильная женщина, храбрая, волевая и очень требовательная в работе. Миллсу приходилось работать с Эстер над парой особенно сложных дел, и он знал, что она строга как к себе, так и к другим, невзирая на звание, должность, место службы. Будь ты патрульным, магом-сыскарем, подозреваемым или свидетелем — капитан Тидо требовала дисциплины и субординации от всех. Но при этом она казалась шефу Миллсу единственным человеком, с кем он чувствовал себя в своей тарелке.
— У вас есть человек, который танцует, — начала Эстер.
— Стажер? Да. Если перестанет спешить и горячиться без меры — из него выйдет толк.
— Не спешите выбить из человека горячность, — посоветовала капитан Тидо, и в уголках ее тонких губ появилась ироничная усмешка. — Сами знаете — остывшее сердце и к работе холодно.
Шеф посмотрел на Эстер с подозрением, но встретился взглядом с невинными серыми глазами. Зачем она так низко надвинула на лоб свой берет? Кокарда с гербом Ригордии — виверной, обвивающей вычурный щит — находилась точнехонько над бровями! Андор Миллс уже почти сказал, что его собственное сердце ничуть не остыло, но вместо этого откатился на своем кресле к маленькому сейфу-холодильнику, стоявшему рядом с обычным сейфом. Из холодильника приветливо сверкнули стеклянными боками разнокалиберные бутылки. Миллс выбрал не глядя, стукнул о стол двумя приземистыми стаканами, налил на два пальца прозрачной, чуть зеленоватой жидкости, добавил немного содовой, а затем подбросил в каждый стакан по кубику льда и по веточке увядшей мяты.
— Ммм, пьем на службе? — Эстер Тидо наконец-то сняла берет и перчатки и заткнула их за ремень, а затем села напротив Миллса и взяла стакан.
— Так зачем вам наш танцор? — поинтересовался шеф Миллс после первого глотка.
Капитан Тидо тоже отпила немного «молока фей» — так назывался этот не слишком изысканный коктейль — и слегка зажмурилась.
Миллс ждал. Эстер задумчиво похлопала по карманам брюк, извлекла слегка помятую карамельку и сгрызла ее, не смущаясь удивленного взора Миллса.
— Вот гляньте, — сказала Тидо, — первая пропавшая у нас кто? Студентка академии волшебных искусств, танцовщица. Возможная жертва — преподавательница танцев. И вторая пропавшая тоже танцует, правда, на платной основе. Разве уже не вырисовывается портрет жертвы?