Огонь и вода (СИ)
- Хочу, - она была серьёзна. – Вообще хочу посмотреть на тот твой дом. Скажи, а твои родители? Что с ними?
- Погибли во время взрыва на стадионе, мне было три года. Какой-то урод решил взорвать президентскую ложу, а они сидели именно там. Урод, я слышал, умер на месте, а у первых лиц государства с тех пор магическая охрана.
- И.. с кем ты жил?
- У моей матушки два брата, старший и младший, она была средняя. Дядя Шарль военный, а дядю Готье ты знаешь. А где твоя матушка? У тебя же только отец?
- Она любила горы, - вздохнула Фиалочка, глядя на салфетку. – Отец пытался ей запрещать, она только смеялась, тогда он просил, чтобы она туда больше не ходила, и она даже обещала, а потом они поссорились, и она уехала. И не вернулась. Говорят – лавина. От неё не осталось ничего, урна в склепе пуста.
- Она была магом?
- О да, сильным воздушником. И говорила, что нигде нет такого пространства, как в горах. Наверное. Я ни разу не отважилась подняться ни на одну вершину. Жиль наоборот – сказал, что когда-нибудь отправится туда, откуда она не вернулась, и непременно вернётся.
- Сколько тебе было?
- Восемнадцать.
- И… что ваш отец?
- Стал ещё суровее, хотя я думала, что это невозможно.
- Но ты всё равно самая красивая на свете.
- А ты просто замечательный. Как ни посмотри.
Темнело, красивый вид с террасы постепенно пропадал в ночи, подсветка показывала какой-то совсем другой город, не тот, который они видели с этого же места пару часов назад.
- Домой? – спросил он.
- Да, - кивнула она. – Может быть, пешком? Здесь ведь не очень далеко?
- Нет, пойдём. Твоя обувь позволит?
- Да, вполне.
Это оказалось гениально – выйти в ночную прохладу и пойти по булыжным мостовым, помнившим, наверное, и маршала Вьевилля, и его сына-кардинала, и короля Анри. Ну, может быть, не каждый камень, но уж наверное, есть некоторые? А если спросить знаменитых землероек?
- Скажи, Фиалочка, твоя приятельница-геолог может общаться с камнями мостовой?
Рыжий в детстве слышал сказку о том, что камни запоминают всё-всё, и если уметь, то можно разговорить их и очень многое узнать.
- Не знаю, - рассмеялась она. – Могу спросить.
- Это не слишком важно, так, просто, в голову пришло.
- О чём спрашивать-то?
- О том, сколько им лет, кто по ним ходил и ездил.
- Может быть, проще где-нибудь в определённом месте? Возле твоего дома, если ты говоришь, его давно не перестраивали?
- Может быть, - кивнул он. – Ладно, это потом.
Ещё решит, что он совсем дурной? Впрочем, местами это так и есть.
А дома начали с кормления Серого – Рыжий сыпал корм в одну миску, Фиалочка наливала свежей воды в другую. Потом насытившегося кота чесали в четыре руки, и он был доволен, а пальцы всё время сталкивались и переплетались в кошачьей шубе, и в конце концов Рыжий положил кота на кровать, а свой прекрасный цветок утащил в ванную. Кот – это хорошо, но есть ещё и они двое, так ведь?
Целовались они, как будто сто лет друг друга не трогали. А и не трогали – в этом смысле. И хорошо, что не нужно никуда утром – можно не торопиться. Слизывать друг с друга капли воды, оставлять дорожки поцелуев, выдыхать какие-то важнейшие на свете слова, которые завтра, наверное, уже таковыми не будут.
Но это же завтра? Значит, не важно. Важно, что вот он, вот она, и они вместе.
Глава пятнадцатая, в которой нарисовывается семейное дело
Следующую неделю Катрин прожила с Рыжим душа в душу. Ну как прожила – половину ночей она проводила у Анриетты, а вторую – у него. Каждый день у них не выходило – то у неё возникало что-то неотложное, то он допоздна занимался какими-то делами, в которые её не посвящал, а пару раз завис на тренировке. Она один раз посмотрела их с Андре тренировку, и так впечатлилась, что не сразу вспомнила, как дышать. Сказала – подумает, как можно применить к такому её силу в качестве поддержки любой из сторон, или ещё как-нибудь. И пока ещё не придумала.
Зато рассказала Анриетте, и та только вздохнула. Катрин знала, что сестра тайком от отца и братьев пыталась поступить на факультет боевой магии, и недобрала баллов – по магической силе. Но все упоминания о боевой магии вызывали у неё священный трепет.
В понедельник они с Адриенной разгерметизировали-таки возникшую в скважине аномалию, и Адриенна смогла перераспределить высвободившуюся силу по нормальным природным контурам – так она сказала, и ожидавший рядом Даниэль истово кивал. И вообще, Адриенна смотрела на него очень заинтересованно, вот прямо как на мужчину, который произвёл впечатление – или у Катрин сейчас у самой одно на уме, вот про всех других и мерещится?
Но в любом случае, ей предстояло проконтролировать рытьё новой скважины – вроде бы, уже почти сделали, и организацию магических контуров, насосов и всего прочего нужного оборудования. Кристоф вроде бы справлялся – но она опасалась оставлять его с этим делом без присмотра, вдруг опять что-нибудь пропустит или сделает не так?
В четверг новая скважина была готова и запущена в тестовом режиме. Заодно Катрин проверила все водонагреватели в доме, состояние сантехники – и кое-что посоветовала заменить, помогла Кристофу установить новые водяные фильтры и посоветовала ему проверить ещё и трубы отопления – всё ли с ними хорошо. Сейчас, конечно, лето, но оно ж не вечно, будет и сыро, и холодно. Хозяин всего этого великолепия уже ничего не спрашивал о том, когда финал, он с боязливым почтением следовал за Катрин по закоулкам его дома и только кивал на все её замечания о том, что и где ещё нужно сделать – чтобы довести дом до совершенства. Более того, он сам предложил заключить новый договор с «Волшебным домом» - о модернизации того, что ещё не было модернизировано.
На совещании утром в пятницу Андре Флери очень хвалил работу водного отдела. Дану-землеройке тоже что-то перепало, какая-то премия. А если Катрин всё же поняла верно, то его ждало ещё и свидание с Адриенной тем же вечером. Жизнь идёт.
После работы они с Вьевиллем снова ужинали на качелях, а потом дома сначала гладили кота, а потом – друг друга.
А потом позвонила Анриетта.
О нет, кажется, она сначала пыталась дозваться по магической связи, но Катрин было вот совсем не до магической связи. А игнорировать звонок уже не вышло, потому что Анриетта была настойчива. И в конце концов Катрин пришлось выбраться из рук Рыжего и дотянуться до телефона.
- Катрин, тут пришла Джесс, и она говорит, что потерялся Жиль! Что нам делать? – вопросила сестра.
Джесс, или Джессикой, звалась подруга Анриетты по магической академии, вместе с которой они сейчас устраивали фейерверки на праздниках и играли в группе какой-то суровый девичий рок. И вроде бы последние месяца три она встречалась с Жилем, и он даже обитал где-то у неё. Но всем известно, что Жиль исчезает и появляется по собственной воле, ровно как тот бродячий ветер, поэтому…
- Анриетта, а что в данном случае значит – пропал? Я никогда не возьмусь утверждать, что знаю, где он находится.
- Так то ты, а то Джесс! – сообщила та. – Она говорит – он три дня не приходил ночевать, не просил поесть и не искал денег взаймы! И не отзывается ни по телефону, ни по магической связи!
- Может быть, он где-то загулял? Или просто решил пожить где-нибудь ещё? – все эти вещи с точки зрения Катрин были для Жиля совершенно естественными.
- Нет, если бы он решил уйти от Джесс, он бы прямо так и сказал, понимаешь? Всё было хорошо, но пришла пора двигаться дальше – как-то так он говорит!
Вообще да, это было похоже на Жиля. Сказать, как есть, и отправиться туда, где ему в данный момент времени интереснее. А не пропадать на ровном месте.
- И ещё у них должна была быть совместная работа, за хорошие деньги! Джесс без него не выполнит, что они там обещали, а его нет!
Работа за хорошие деньги – это уже хоть какой-то аргумент.