Земля белых облаков

Однако между строк Джордж отчетливо читал, что это удается мужчине далеко не всегда. Джордж Гринвуд уже достаточно давно примкнул к делам своего отца и знал, что почти все первые колонисты Новой Зеландии к этому времени успели разбогатеть. Чем бы они ни занимались – рыбным промыслом, торговлей, животноводством, – их предприятия процветали. Тот, кто имел хоть небольшую деловую хватку, получал неплохую прибыль. Одним из таких колонистов был Джеральд Уорден, державший огромную ферму под названием Киворд-Стейшн. Визит к нему, основному производителю шерсти в Новой Зеландии, являлся одной из главных причин, которые привели сына Роберта Гринвуда в Крайстчерч. Гринвуды подумывали над тем, чтобы открыть здесь филиал своего международного торгового дома. Торговля новозеландской шерстью становилась все более перспективным делом – особенно учитывая то, что вскоре сообщение между Англией и островами должно будет осуществляться с помощью пароходов. Сам Джордж приехал сюда на корабле, на котором помимо парусов были установлены паровые двигатели. Они делали судно менее зависимым от непредсказуемости направления и силы ветра в штилевом поясе, в результате чего путешествие от Лондона до Литтелтона длилось всего лишь около восьми недель.
  
Брайдл-Пас тоже изменился и теперь значительно отличался от того опасного перевала, который Хелен с ужасом вспоминала в своем первом письме. Теперь дорогу расширили настолько, что по ней свободно проезжали повозки и экипажи, и Джордж мог бы не утруждать себя пешим подъемом. Однако после долгого путешествия на корабле молодому человеку хотелось движения; кроме того, ему было интересно в каком-то смысле увидеть этот путь переселенцев глазами Хелен. Во время обучения в колледже Джордж, казалось, был помешан на Новой Зеландии. Письма от Хелен приходили редко, и он запоем читал обо всем, что происходило в этой стране, чтобы почувствовать себя ближе к своей бывшей учительнице.
Немного отдохнув, Джордж продолжил путь, который теперь все время шел вниз. Вполне возможно, что он увидит Хелен уже завтра! Если ему удастся раздобыть лошадь – а ферма Хелен, судя по ее письмам, находится не так уж далеко от города, – то ничто не помешает ему нанести миссис Дэвенпорт-О’Киф небольшой визит вежливости. Как бы там ни было, вскоре он отправится во владения Джеральда Уордена, которые должны находиться довольно близко к Хелен. В конце концов, она была подругой хозяйки Киворд-Стейшн, Гвинейры Уорден. А значит, расстояние между фермами можно было покрыть в течение нескольких часов.
Перебравшись через Эйвон на пароме и преодолев последние мили дороги, ведущей в Крайстчерч, Джордж остановился в местной гостинице. Она была скромной, но чистой, и, конечно же, ее хозяин был знаком с Уорденами.
– Разумеется, я знаю их. Мистер Джеральд и мистер Лукас всегда останавливаются здесь, когда им приходится приезжать в Крайстчерч. Очень культурные люди, в особенности мистер Лукас и его очаровательная жена! Миссис Уорден заказывает в Крайстчерче платья, поэтому появляется здесь не менее двух или трех раз в году.
А вот о Говарде и Хелен О’Кифах мужчина даже не слышал. Они никогда не останавливались в его гостинице, и на воскресной службе он их тоже не встречал.
– Но это и неудивительно, раз они соседи Уорденов. В таком случае они принадлежат к общине Холдона, где недавно тоже построили церковь, поскольку его жителям было слишком хлопотно каждую неделю ездить в Крайстчерч.
Удивленный Джордж принял эту информацию к сведению и спросил, где он может достать лошадь. На завтра у него был запланирован визит в местное отделение Объединенного банка Австралии, первый банковский филиал Крайстчерча.
Директор банка был очень вежливым и заявил, что чрезвычайно рад планам Гринвудов в отношении Крайстчерча.
– Вам следует поговорить с Питером Брюстером, – посоветовал он молодому человеку. – До этого времени торговлей шерстью здесь занимался он. Однако, по слухам, Питер собирается переезжать в Квинстаун… золотая лихорадка… ну, вы сами понимаете… Хотя Брюстер наверняка не планирует вести разведку месторождений или работать на приисках. Он скорее рассчитывает сменить торговлю шерстью на торговлю золотом.
– Думаете, это намного прибыльнее? – наморщив лоб, спросил Джордж.
Банкир пожал плечами.
– Если вы спрашиваете о моем мнении, то скажу так: шерсть на овцах каждый год отрастает заново, а вот о том, сколько золота скрыто в земле Отаго, наверняка не знает никто. Но Брюстер молод и предприимчив. К тому же им двигают причины личного характера. Его жена родом оттуда – из местных маори. И она унаследовала немало земли. Так что, как бы там ни было, Питер не огорчится, если его бывшие клиенты из Крайстчерча перейдут к вам. А для вас это значительно облегчит основание филиала.
Джордж не мог не согласиться с банкиром и поблагодарил его за совет. Кроме того, молодой человек использовал возможность осведомиться об Уорденах и О’Кифах. Уорденов директор банка, конечно же, сразу принялся расхваливать.
– Старый Уорден не подарочек, но знает толк в овцах! А младший скорее эстет, делами фермы он почти не занимается. Поэтому Джеральд надеется на более предприимчивого внука, которому можно было бы передать Киворд-Стейшн, но пока что тщетно. При этом молодая хозяйка фермы сказочно красива. Беда только, что с детьми у нее не заладилось. За шесть лет брака всего один ребенок, дочка… Но я уверен, в таком юном возрасте наверняка еще есть надежда… Хм, а О’Кифы… – Директор запнулся, явно не находя нужных слов. – Ну что я могу сказать? Банковская тайна, сами понимаете…
Джордж понимал прекрасно. Очевидно, Говард О’Киф был не очень уважаемым клиентом. И у него, скорее всего, имелись долги. А фермы Уорденов и О’Кифов находились в двух днях езды от Крайстчерча, значит, рассказы Хелен о ее замечательной городской жизни были ложью или как минимум преувеличением. Холдон, ближайшее поселение, наверняка был не больше деревни. Что еще она от него утаила и почему? Может быть, Хелен стыдилась своей новой жизни? Что, если она вовсе не обрадуется гостю со старой родины? Но Джордж должен был с ней встретиться! Черт возьми, он проехал восемнадцать тысяч миль, чтобы хоть раз ее увидеть!
Питер Брюстер оказался обходительным мужчиной и на следующий же день пригласил Джорджа к себе на ланч. Разумеется, это заставило молодого человека немного изменить свои планы, но отказать Брюстеру было бы невежливо. Встреча прошла в очень теплой и непринужденной обстановке. Прекрасная жена Питера по традиции маори поставила на стол недавно выловленную в Эйвоне рыбу и изысканное блюдо из батата. Дети закидали гостя вопросами о старой, доброй Англии, а глава семейства, конечно же, знал как Уорденов, так и О’Кифов.
– Только не говорите с Уорденом об О’Кифе, а с О’Кифом об Уордене! – предупредил он Джорджа. – Они словно кошка с собакой, а ведь когда-то были партнерами. Ферма Киворд-Стейшн принадлежала им обоим, само ее название отсылает к частям их фамилий – «киф» и «уорд». Но они оба также любили перекинуться в карты, и Говард однажды проиграл свою долю. Подробностей никто не знает, но эта история не на шутку поссорила бывших компаньонов, и теперь они друг друга на дух не переносят.
– Ну, со стороны О’Кифа это понятно, – сказал Джордж. – Но с чего злиться победителю?
– Как я уже сказал, подробности их ссоры никому не известны. В итоге у Говарда все же нашлись средства, чтобы основать свою собственную ферму. Однако ему не хватает знания дела. В этом году он потерял практически всех ягнят – слишком рано выгнал их перед последними снежными бурями. Парочка ягнят всегда замерзает на высокогорных пастбищах, когда на два-три дня внезапно возвращается зима. Но выгнать их туда в начале октября… Это называется испытывать Бога!
Джордж вспомнил, что октябрь в Новой Зеландии соответствовал английскому марту, когда на холмистых пастбищах Уэльса было еще довольно холодно.