Добро пожаловать на Пангею! (СИ)

— И много там этой руды? — спросил герцог.
— Много, мы не знаем точно, но по оценке экспедиции которую мы, совместно с Остейзией снарядили год назад, десятки, если не сотни тысяч тонн.
— Так в чём же дело?
— А дело в том, что канцлер Норберт, категорически, не хочет организовывать концессию на паях с нами. У самой Остейзии, не хватит финансовых возможностей организовать добычу самостоятельно, поэтому всё это богатство пропадет втуне.
— А причём тут я?
— Мы рассчитываем что вы, после победы, будете более сговорчивы. Конечно о пятьдесят на пятьдесят не может идти речи. Но на двадцать процентов вы можете рассчитывать.
— Понятно. Пожалуй, это справедливо. Значит, всё дело в вашем желании подмять под себя оружейный рынок?
— Не только, дорогой герцог, не только, — с этими словами Фрэнсис извлёк на свет предмет, колбу с бледно-синим порошком, — это виагрикс, вы знаете что это такое?
Герцог кивнул, виагрикс был мощнейшим стимулятором мужской силы. После унции этого порошка, девяностолетние старцы становились шестнадцатилетними юнцами в постели. Женщины тоже испытывали необычайный подъём либидо.
Виагрикс стоил баснословных денег и пользовался бешеной популярностью у богачей, особенно у купцов. Так уж устроен этот мир, что большие состояния сколачиваются тогда, когда силы уже не те. Пожилые богатеи могут позволить себе огромное количество самых соблазнительных молодых красоток, но что они с ними будут делать? Конечно, есть магия Растуса или Аркея, но жрецы богов не всегда под рукой, да и стоят их услуги, если мы говорим о таком щекотливом деле, намного больше чем виагрикс.
— Да, это виагрикс, мечта всех пожилых сластолюбцев, — продолжил Фрэнсис, — вы видели кобольда в приёмной?
— Конечно, они работают во всех отделениях вашего банка.
— И вы конечно, знаете об особенностях их рациона?
— Естественно, ни для кого не секрет, что кобольды питаются металлами и драгоценными камнями.
— Верно, десять лет назад, один из наших алхимиков обнаружил что экскременты мужчин кобольдов, после того как они плотно пообедают метеоритным железом имеют удивительные свойства. Проведя серию экспериментов и выделив чистую субстанцию, этот алхимик получил виагрикс. Поэтому, если у нас будет практически неисчерпаемый источник метеоритного железа, мы сможем снизить цены и обеспечить виагриксом всех желающих.
— Теперь мне всё понятно, — ответил герцог и про себя подумал: " Какое счастье что мой Хикори беден и я не могу себе позволить себе виагрикс, а были мысли. Да, были. Теперь-то я уж точно эту гадость в рот не возьму. Да и слава богам, мне и моих сил пока хватает".
— Хорошо, тогда, приступим к подписанию договора.
— У меня только один вопрос.
— Слушаю вас.
— Видите ли, война не прогулка, на войне может случится всякое. Я не могу гарантировать, что смогу собрать нужную для вашего плана армию. Деньги это, знаете, еще не всё.
— О, насчёт этого не беспокойтесь. Мы умеем защищать свои инвестиции, вся наша сеть конфидентов будет работать на вас. Здесь присутствует лорд Берриан, — Фрэнсис сделал жест в сторону эльфийского лорда, — он обеспечит вас достаточным количеством эльфийских конных копейщиков, не мне вам говорить об их боевых качествах.
— Да, это аргумент.
— Также разрешите вам представить Боруха, — полуэльф-полуорк кивнул, — этот, во всех отношениях достойный, господин имеет большие связи в среде наёмников и, что еще важнее, представляет здесь имперскую артиллерию. Кроме того, вы сможете воспользоваться нашими вербовочными конторами в Вольных Манорах. И напоследок, мы гарантируем, что у вас будет достаточное количество пехоты как Железных, так и Вольчих островов.
— Это впечатляет, — ответил герцог.
— Именно, так что, мы уверены в успехе. Тем более у нас есть связи и в самой Остейзии.
— Я в деле.
— Рад слышать, и еще кое что. Это конечно не метеоритное железо, но всё же. Эмиру Хейдару, властителю Беры что в Зорристане, требуется пополнение его гарема и личной гвардии, пара десятков фрейлин Бабетты и несколько тысяч пленных его вполне устроят.
 
— О чем речь, я согласен…
***
Тридцатое марта 123 года. тронный зал Эрика Красного, конунга Железных островов.
Олаф опоздал на собрание ярлов. Но у него была уважительная причина. Орки в очередной раз заявились на Заячий остров и в очередной раз умылись кровью, правда они сожгли и разграбили достаточно, чтобы Олаф решил достойно ответить. Поэтому его хирд, отбив нападение, погрузился на драккары и нанёс "дружеский визит".
В результате, борта его кораблей изрядно просели под тяжестью добычи и когда он вернулся в свой одаль то узнал, что всего через три дня состоится внеочередное большое собрание. При этом, что было странно, отец требовал чтобы Олаф явился пред его очи не один, а со всей дружиной.
Поэтому, едва разгрузившись, драккары снова вышли в море. Дядюшка Угги, бессменный ментор юного ярла, сам сел на весла.
Брат конунга, помимо всех остальных достоинств присущих настоящему мужчине, как-то: развалить врага секирой от шеи до паха, выдуть два бочонка пива или пару чаш акватита, ну и конечно навести шороху в борделе, обладал, по настоящему, звериной силой и выносливостью. Тяжелое весло драккара он ворочал с такой скоростью, что все остальные гребцы чувствовали себя неудачниками и волей неволей, старались не отстать от него.
Поэтому, Олаф почти успел на собрание. Но все равно он опоздал. Когда молодой ярл, в сопровождении дядюшки Угги, Хроки и Вигмара зашёл в тронный зал отца, собрание было закончено и вовсю шёл пир. На огромной жаровне крутились пара целиком зажаренных быков, столы ломились от дичи, ветчины и сыра. Слуги исправно наполняли кубки пивом, вином и аквавитом а девки, куда же без них, вовсю ластились к захмелевшим воинам.
— Я вижу, что мы успели к самому главному, — сказал Хроки. Он буквально выхватил из рук слуги большой кувшин с пивом, влил его в свою луженую глотку и довольно рыгнул. Затем он ущипнул оказавшуюся рядом девку и когда та вскрикнула, довольно захохотал.
Олаф только покачал головой, его верный хускарл всегда был охоч до выпивки и девок, и не собирался отказываться от своих привычек. Оставив Хроки веселиться, молодой ярл подошёл к столу за которым сидел его отец, конунг Эрик. С удивлением Олаф оглядел тех, кто сидел рядом с конунгом.
По левую руку был огромный даже по меркам его племени орк. Оглядев его одежду и украшения, Олаф понял, что перед ним сам Урог Грон Конкаш, король Волчьих островов. Рядом с ним сидел еще один орк и Ивар, родной брат юного ярла и наследник Эрика. Ивар и неизвестный орк о чём-то увлеченно беседовали, не забывая прикладываться к своим кубкам. Это было очень странно: еще никогда орки, злейшие враги железных кланов не пировали в тронном зале конунга.
Справа от Эрика Олаф увидел герцога Гюнтера. И отец, и герцог были изрядно пьяны, матери Олаф не увидел.
— О! А вот и он! — вскричал Эрик, когда Олаф подошёл вплотную. — Сын, ты уже знаком с герцогом. Я прав?
— Да, мой конунг.
— Хорошо, у меня для тебя отличные новости. Через три месяца ты с твоим братом Иваром, поведёшь под знаменами герцога наших хирдманов на Остейзию. Вернее это Ивар поведёт, а ты будешь его правой рукой. Так что, твоя мечта скоро сбудется и ты получишь себе ту девку, — сказав это Эрик захохотал, затем он посмотрел на Урога и продолжил: — И да, воины Урога Грон Конкаша тоже идут в этот поход. Думаю, у этих слизняков нет ни единого шанса! Да, у нас с Остейзией договор, по которому они нам платят. Но герцог заплатит в десять раз больше, чем те жалкие гроши. И я уже взял аванс!
 
Едва Олаф услышал это, как на его лице вспыхнул румянец. Он не забыл Корнелию и его чувства к ней всё еще будоражили кровь. Мысль о том, что он скоро сможет ей обладать была чрезвычайно соблазнительна. Но затем юноша посмотрел на орков, вспомнил выпотрошенную жену одного из своих арендаторов, его самого и их малолетних детишек, сожженных заживо. Потом он вспомнил слова, которые отец кричал ему в лицо в этом же зале и начал говорить. После первых же слов юноши воцарилась тишина: