Добро пожаловать на Пангею! (СИ)
После этих слов два кирасира открыли ворота и девушки вошли.
За воротами был прекрасный сад, хорошо освещенный магическими фонариками. Это было чудесное место с диковинными плодовыми деревьями, цветами, фонтанами и певчими птицами. За деревьями слышались разговоры и девичий смех. Идя на звук Кóра, вскоре увидела источник этих звуков.
В центре садика была большая беседка и там, на различных ложах, креслах и диванах расположилось множество фрейлин Ее Высочества, пажи и сама принцесса Бабетта. Все присутствующие были обнажены, это был настоящий пир прекрасной юной плоти. Бабетта возлежала в центре. Рядом с ней был обнаженный граф Николас. Это был как раз тот тип мужчины, который был достоин девственности Корнелии. Фигурой и лицом он не уступал Флинну. К тому же, Николас был рыцарем, а Флинн всего лишь натурщиком-геем.
Принцесса Бабетта была под стать своему фавориту. Две обнаженные фрейлины стали раздевать северянку, вскоре взору всех собравшихся открылось ее прекрасное тело. Бабетта с улыбкой смотрела на свою фрейлину.
— Корнелия, я приветствую тебя в моей Ассамблее Лилий. Здесь лучшие из моих фрейлин и пажей служат моему наслаждению и сами получают его. Я решила, что ты достойна стать одной из моих лилий. Ты согласна вступить в мою Ассамблею и служить моему наслаждению?
— Да, Ваше Высочество! Я согласна! — голос Кóры дрожал от возбуждения.
— Хорошо, я решила, что граф Николас будет твоим проводником в мир плотских удовольствий…
***
— Дочь моя, нам надо поговорить. — Корнелия никогда не слышала, чтобы мама разговаривала в таком тоне. Обычно вежливая и ласковая Гертруда была строга и, пожалуй, что груба.
— Слушаю вас матушка, — ответила девушка.
— Как ты знаешь, я и сама была фрейлиной, сначала принцессы а потом и королевы. У нас было множество обязанностей, самых различных. — Гертруда сделала паузу и затем продолжила более громко, — но среди этих обязанностей не было ублажения кого б это небыло в постели.
Услышав это девушка вспыхнула румянцем. Позавчера она вернулась из замка Туссен, а сегодня у неё встреча с матерью. Девушка надеялась, что её родители узнают об изменившемся статусе дочери позже и у неё будет время разобраться в себе. Ведь, на самом деле, все, что происходило с ней за последнее время, было не типично для неё.
Воспитанная в строгих порядках севера, она до недавнего времени даже не смотрела в сторону той части человеческой жизни, которая накрыла её с головой. Так получилось что девушка, рано научившаяся читать, совершенно не интересовалась любовными романами и стихами. Все эти "он сжал её тонкое, девичье тело и принцесса затрепетала под его напором" не вызывали у Корнелии ни малейшего интереса.
В её любимых рыцарских романах такие отрывки тоже встречались, но она их читала, что называется наискосок, они только отвлекали от самого интересного, от битв, сражений и походов. Поэтому, сразу после того как мэтр Андрадэ изваял ей статую, девушка начала задумываться о том что с ней происходит и почему она так жаждет плотских удовольствий.
А уж когда она вернулась из замка Туссен во дворец то вообще не знала что делать дальше. Нет, ей очень понравилось всё что с ней случилось, даже очень понравилось и она с нетерпением ждала повторения, но всё равно, с ней происходило что-то не то.
И вот она сидит напротив матери, сложив руки на коленях как провинившаяся школьница. А та продолжает свою обличительную речь:
— Я приехала в столицу, чтобы разобраться с кое-какими делами нашего торгового дома и навестить тебя. И знаешь, что я услышала в королевской палате торговли? Госпожа баронесса, ваша дочь прекрасна, ничего удивительного, что она вошла в "ассамблею лилий", вот что я услышала.
Я не поняла, что это значит и мне пояснили что это ближний круг принцессы Бабетты, её самые близки подруги. Я тогда не придала этому значения, просто порадовалась за тебя.
Вечером я отправилась в гости к моей подруге детства Амалии. И вот она-то меня и просветила об этой "ассамблее лилий" и о том, что там происходит. Я даже представить себе не могла что моя дочь превратится в шлюху. И то что ты шлюха принцессы, ничего не меняет! ТЫ не медленно напишешь письмо с просьбой освободить тебя от твоих "обязанностей", и мы немедленно уезжаем домой. Ты поняла меня? — последние фразы Гертруда уже выкрикнула.
— Да, матушка, — тихо ответила Корнелия.
— Да что?
— Я сейчас напишу письмо и уеду с вами домой.
— Хорошо, пиши. Я жду.
Внезапно дверь в малую голубую гостиную покоев принцессы, где происходил этот разговор, открылась и вошла мадам Флора.
— Ничего писать не надо, юная леди. А вам, баронесса, я рекомендую незамедлительно покинуть дворец. Вы итак уже наговорили на статью об оскорблении величества.
Баронесса Гертруда посмотрела таким взглядом, что казалось еще чуть-чуть и мадам Флора вспыхнет. Мать Корнелии встала с кресла и, не оборачиваясь, вышла из комнаты, в коридоре её ждали двое синих кирасир, которые и проводили женщину к выходу. Девушка смотрела ей в спину с потрясенным видом и когда дверь закрылась, расплакалась.
— Не переживаёте, дитя моё. Ваши родители это люди другой эпохи и другого воспитания. они не понимают что их время уходит, может быть оно уже ушло, — голос Флоры звучал успокаивающе мягко, — думаю, мы обе согласимся, что вас следует освободить сегодня от обязанностей при дворе принцессы. Идите в кровать и как следует выспитесь.
— Да. конечно, спасибо мадам Флора, — пробормотала заплаканная Корнелия.
— Вот и хорошо. Улита и Оливия за тобой присмотрят, пойдём я провожу.
Вместе они дошли до спальни фрейлин, там мадам Флора поручила Корнелию её дуэнье и самой близкой подруге. Когда девушка была уже в постели. она выпила большой бокал вина из лилий, оно показалось ей крепче обычного и чуть чуть другого вкуса. Затем она уснула.
Убедившись что КОрнелия спит, мадам Флора вернулась в свой кабинет и занялась бумагами. Через пару часов её секретарша, очередная фрейлина, сообщила что граф Гаржак хочет её видеть.
— Добрый вечер Флора, — поприветствовал её главный сыскарь королевства.
— Здравствуй, Гаржак. Ты не частый гость в моём кабинете.
— Дела, знаешь ли, дела.
— У нас у всех дела, что привело тебя ко мне?
— Насколько я помню, твой кабинет не прослушивается?
— Не изображай невинность, ты лучше меня знаешь, что прослушивается и просматривается во дворце, а что нет. Наверняка, у твоих шпиков бешеная конкуренция за право шпионить за моими девочками.
— Что есть, то есть, твои подопечные иногда так расшалятся, что у моих дым из ушей валит.
— Мы что-то отвлеклись, повторяю вопрос, что привело тебя ко мне?
— Сегодняшний инцидент с новой игрушкой принцессы, с очаровательной Корнелией.
— Я всё уладила. Её мать покинула столицу, новая фаворитка принцессы спит, — при этих словах Гаржак удивлённо поднял брови вверх, — да-да, не удивляйся, наша любвеобильная Бабетта уже дала мне соответствующие инструкции.
— Это хорошо, нам ни в коем случае нельзя менять сложившийся во дворце порядок.
— Я тоже так думаю.
— Ты же распорядилась дать девушке особую версию вина?
— Гаржак, я не нуждаюсь в твоих подсказках и напоминаниях. Конечно, я это сделала.
— Тогда, нам не о чем беспокоится.
— Я тоже так думаю, и позволь еще раз выразить моё восхищение. твоя идея насчёт вина была превосходна, — услышав это Гаржак улыбнулся, попрощался кивком головы и покинул кабинет мадам Флоры.
Всё началось шесть лет назад. когда Бабетте исполнилось шестнадцать. Её старший брат, Торстейн младший, погиб во время боя с орками волчьих островов, и принцесса стала наследницей короны. Её окружение, как и все сколько-нибудь осведомлённые люди в королевстве, знало, что девушка выросла достаточно пустой, её не интересовало ничего кроме развлечений.
И это давало определённые возможности. Если еще глубже погрузить её в развлечения, то когда настанет время, она будет марионеткой в руках тех, кто будет действительно управлять королевством.