Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ)
Дримм искренне позавидовал беспечному трио и снова бросил взгляд на входы в залы голосования: из-под медведя и кенгуру втекали-вытекали тонкие, но непрерывные ручейки игроков, а вот краснокожему курильщику не везло — вместо ручьев редкая капель. Фейри показалось, что ручеек под кенгуру поширше и поинтенсивней чем под медведем, хотя возможно он видел то что хотел, то что страстно желал увидеть. Тем не менее комок внутри начал потихоньку ''течь'',а никакое настроение намылилось в гору.
- Да что вы как сговорились! - как из-под земли возникшая рядом с Главой Иримэ отобрала у не успевшего ничего сообразить Главы кубок с вином и тут же сунула ему в руки тарелку исходящих паром пельменей. Ошарашенный таким напором Дримм машинально взял. - Как с цепи сорвались — хлещите вино и даже не закусываете! - между тем пояснила суть своих претензий хлебосольно-нагловатая или, если хотите, нагловато-хлебосольная эльфийка. - Я бы поняла Самоделкин (Морнэмир) — тот еще алкаш, хотя когда надо, меру знает, но ты, но Диссидент (Халлон), но Папаша (Альдарон) — за вами эта гадская привычка вроде раньше не водилась!? -
Фейри не успел оправдаться или возмутиться ее самоуправству — проникший в мозг божественный аромат дошел до желудка, и тот напомнил о том, что его хозяин ничего не ел с самого утра и пора бы поскорей прервать эту порочную практику.
- Сметанки положить? - с материнскими интонациями в голосе предложила Иримэ.
- Давай, - не стал отказываться Дримм, уже жуя свой первый, горячий, брызжущий соком и восхитительно вкусный пельмень.
По знаку эльфийки один из двух сопровождавших ее заготовок бухнул прямо в тарелку щедрую ложку жирной белоснежной сметаны, сделав и без того умопомрачительное блюдо еще вкусней, другой тем временем налил в деревянный стопарь водки, но к сожалению не успел передать живительный напиток вкушавшему пельмени Главе.
- Куда?! - коршуном налетела на заготовку Иримэ и отобрала у него стопку. - Совсем охерел?! -
Заготовка недоуменно качнул головой, то ли подтверждая, то ли отрицая, преданно-непонимающе глядя на хозяйку: ведь вроде бы он сделал все как надо, как много раз до того, а оказалось что нет, где-то он ошибся.
- Квас давай наливай! - не вдаваясь в объяснения велела Иримэ, огляделась по сторонам, пытаясь понять куда пристроить отобранную емкость, а потом хлопнула водку одним махом, до слез в глазах — не пропадать же добру! -
- Ну как? - с интересом и нотками зависти спросил активно работавший челюстями Дримм. Он бы тоже предпочел тяпнуть беленькой, но вкусный пахучий квас совсем неплохо пришелся ко двору, недурно оттеняя вкус пельменей и сметаны.
- Ух хороша зараза! - вздрогнула Иримэ, вытирая слезы платком. - Мы тут с Самоделкиным недавно опытом обменялись: я ему с полдюжины книг по виноделию одолжила, а он показал пару полезных секретиков и научил как правильно водку на клюкве настаивать. -
- Тогда это не водка, а настойка, - придрался к способу производства Дримм (больше придраться было не к чему).
- Пускай будет настойка, - не стала упираться рогом Иримэ. - Ты мне лучше вот что скажи: чего вы винище наяриваете как дикие — будто проиграли уже и горе заливаете, причем проиграли все, и ты со своими австралийцами и те кто выбрал Сибирь? -
- Не знаю, - призадумался Дримм, не забывая впрочем про пельмени и квас. - Я только за себя могу говорить — нервы наверное играют, у остальных скорей всего тоже самое. -
- Ути-пути нервные какие, - Иримэ явно осуждала такую жизненную позицию. - Чего нервничать? Как будет так будет, раньше надо было нервничать — сейчас уже ничего не изменить. Я вот как не нервничала, так и не собираюсь, а вы чего? Чего сорвались-дорвались?! Кстати, где Горец, успел ужраться в хлам, паршивец, и его унесли?! -
- Да нет, - хохотнул Дримм, протягивая кружку за новой порцией кваса, - он скорее активно празднует ты знаешь в какой компании, там ему не до вина... -
- Понятно, - слегка порозовела Иримэ и, чтобы скрыть смущение, шутейно возмутилась: - Сплошной разврат и пьянка! Что мы принесем на Землю, хоть в Австралию, хоть в Сибирь?! -
- Да ничего мы нового не принесем — там такого добра хватает и без нас, - добродушно ''просветил'' ее Дримм. Сытый и подобревший фейри вернул очищенную от содержимого тарелку заготовке, а вот почти полную кружку с квасом оставил при себе.
- Как тебе пельмешки и квас? - поинтересовалась Иримэ, поинтересовалась чисто для проформы, не сомневаясь в ответе.
- Супер! Но ты итак это знаешь, - не обманул ее ожиданий Дримм.
- Мясо — лосятина, в твоей Австралии таких не поешь, как и кваса такого не попьешь,- эльфийка не упустила возможности немного ужалить сытого, а потому не готового к словесной дуэли Главу, но сильно наседать на него не стала, а вот удивить сумела: - Между прочим квас полностью нашего производства, из нашего сырья. -
- Да-а, - Дримм по новому взглянул на напиток в своей кружке и немедленно сделал щедрый глоток, по новому, более внимательно оценивая несколько необычный вкус. - Сырье говоришь? А где тогда вы брали хлеб или сухари? Ведь первый урожай зерновых хоть и на подходе, но еще не созрел, или я чего-то не знаю? - На зерне свет клином не сошелся — вполне обошлись дикой грушей. Пробовали сначала из болотной клюквы, сам знаешь, сколько ее натащили на морс, но вкус получился на большого любителя, а вот груша прямо как Пушкин — наше все, нравится всем кто пробовал. -
- Супер! - повторился Дримм и подтвердил свои слова делом, то есть отхлебнул еще один глоток полезного и вкусного напитка.
- Ладно пойду, - засобиралась Иримэ, - тебя я спасла, теперь пойду спасать товарищей по борьбе, - эльфийка кивнула в сторону фуршетного стола, где кучковались злоупотреблявшие вином лидеры сибирской коалиции, - вдруг наклюкоются в дрова и не смогут поднять бокал за НАШУ победу. -
- Удачи! - совершенно искренне пожелал ей удачи Дримм. - Пусть победит сильнейший! - он желал Иримэ удачи в ее антиалкогольной компании, но ни в коем случае его пожелание не распространялось на результат голосования — фейри сам хотел победить.
Иримэ не успела достичь своей благородной цели, на полпути к столам ее остановил громко прозвучавший звук гонга и вспыхнувшие изображения над входами в залы для голосования — последний игрок проголосовал, последний жетон упал в урну, а значит судьба клана решена, теперь оставалось вскрыть запечатанные урны и узнать окончательный вердикт. Что характерно, последним проголосовавшим оказался рейнджер из сторонников американской партии (североамериканской).
Одним из первых Дримм очутился под сияющими огнем изображениями, но дальше не пошел — нельзя. Лишь на чуть-чуть отставший Альдарон точно также остановился рядом с ним и в нетерпении заозирался по сторонам, остальным старейшинам клана и руководителям партий пришлось протискиваться сквозь моментально образовавшуюся толпу.
- Ну где?! - нетерпеливо пританцовывал на месте Таурохтар.
Предвкушающе лыбится Вар, веселый полуорк наслаждается зрелищем, вызывая некоторое раздражение у более серьезно настроенных членов клана....
Грызущая ногти Анариэль чуть не по локти засунула руки в рот, не выдержавшая Светлана помогает казначею клана сохранить лицо и берет ее руки в свои...
Русалочка успокаивает слишком напряженного Халлона...
Недавно вернувшийся Галивартан впервые с момента своего возвращения проявляет к чему-то искренний интерес...
Шепчутся ученики школы Первого...
Шушукаются некроманты...
Гудят друиды...
Воры еле сдерживают классовые инстинкты пошарить по карманам в столь плотной толпе...
Нетерпеливые лица, ждущие взгляды, постепенно нараставший ропот в глубине массы игроков...
Вот и те, кого все ждут — толпа расступается перед Людмилой и шестеркой воинов-игроков. Толпа не только расступается, но и по взмаху руки Людмилы несколько раздается вширь. Три двойки заходят в коридоры, идут по ним, заходят в открытые всем взглядам залы. Людмила и все остальные ждут и наблюдают. Минута, полминуты... и двойки возвращаются в зал. В руках у каждой двойки тяжелая дубовая урна килограммов под 60 + медные жетоны в каждой из них + тяжелые горящие от магии цепи и замки поверх сияющих жреческих печатей и гудящих как злые пчелы рун. Игроки клана доверяли своему Главе, доверяли друг другу, однако постарались исключить малейшую случайность и непонимание — столько замков, рун, печатей и чар не смог бы преодолеть даже''великий волшебник'' Чуров в свой напоенный магией заветный час.