Песнь Ветра. Между Западом и Югом (СИ)

  
Глава 16. Между Западом и Югом
 
Dead Can Dance — Agape
К удивлению Третьего наследника, тренировки не отменили. Но когда Сирел снова оказался напротив фигуры в чёрных одеждах, что-то изменилось. Закутанный по самые глаза Посланник больше не разговаривал, слушал внимательно и Агона, и пленника, старательно разучивая движения. В пылу схватки Сирел случайно выбил меч из руки абааса.
Наследник внутренне содрогнулся, глядя на пляску упавшего клинка, эхо которой билось о крепостные стены. Он поднял глаза на Посланника, ожидая вспышки гнева, проклятий или очередного наказания для Зеи, но тот, молча, поднял клинок с земли.
Сирел опешил и задумался. Решив повторить трюк, наследник снова обезоружил врага. Когда из рук снова Посланника выпал клинок и тот снова просто за ним потянулся, Сирел ринулся к нему и повалил на землю. Сжав противника ногами, пригвоздив к камням, пленник наклонился к замотанному тряпками лицу:
— И где Посланник?!
— Это я и есть, идиот!
— Да? — едко спросил он, положив руку ей на грудь. — А это что?
Абаас вывернулась и залепила ему пощёчину. Соперники разошлись, продолжая яриться.
— Ну и где он? — настаивал Сирел, нависнув над девушкой.
— Тихо ты! Не дай бог, маг услышит!
— Пусть слышит! Вы всё на одно лицо в этих поганых тряпках!
— Ты совсем рехнулся! — накинулась на него Княгиня. — Ты о последствиях подумал? Если маг узнает, что на тренировки ходит не Посланник, нам обоим будет плохо! И твоим подружкам тоже!
— Зачем ты здесь? — спросил Сирел, швырнув ей клинок и поднимая свой.
— Посланник велел. Он не желает тренироваться. Да и кто мне говорил о сильных женщинах?
— Я не стану учить тебя, — презрительно бросил Сирел, выпрямив спину. — Ты же хотела, чтоб я с ним поговорил? И как я должен с ним разговаривать, если ты пришла вместо него?
— У тебя нет иного выбора, Камал. Или ты учишь меня, или Посланник пытает Зею.
Сирел вздохнул. Его опасения насчёт Посланника-женщины могли быть небезосновательными.
— Зачем тебе это?
— Он велел… Но твои спутницы могут постоять за себя. Я тоже хочу!
— Ну и с кем ты собралась сражаться? С Империей?
Она приблизилась к нему, озираясь по сторонам и тихо произнесла:
— С магом.
Сирел еле сдержался, чтоб надменно не рассмеяться.
— Не выйдет.
— Это повод ничего не делать? — спросила она сурово.
Сирел смутился призадумавшись. Посмотрел на неё, словно видел в первый раз.
— Хорошо. Но не жди поблажек.
В бараке было темно, но в узком луче света, что пробивался в маленькое окошко, Бурея умудрялась точить деревянный кол острой кромкой найденного где-то камня. Сирел дождался, пока абаасы запрут за ним дверь и повернулся к своим спутницам.
— Наш план всё тот же? — устало спросила Пинега, привалившись спиной к неровным стенам узилища. — Мы можем спасти Зею?
— Диверсия, вот что нам нужно, — Сирел опустился на сено рядом с ней. — Стравить пришельцев, выкрасть оружие, спаси Зею и сбежать.
— Но как это осуществить? Как обойти колдуна?
— Пока не знаю, — Третий наследник нахмурился. — Иногда он покидает замок. Нужно выждать.
— А потом? — Бурея оторвалась от своего занятия хмурясь.
— Потом мы убьём Посланника. И сбежим.
— Что будет с его подружкой? — Мечница оскалилась.
— По обстоятельствам. Милосерднее, конечно, не оставлять её в живых, — равнодушно пожал плечами Наследник.
— Встань нормально! — выругался Сирел на одной из тренировок.
Он подошёл к Посланнице, схватил вытянутую с мечом руку, поправляя. Сапогом подтолкнул её сапог, выровняв по направлению движения. Свободно рукой надавил ей на позвоночник, заставив выпрямить спину.
— Поняла? — рыкнул он ей в ухо.
Абаас кивнула. От Сирела не укрылось дрожание её рук.
— О ветры! — он отошёл, обернулся. — Вольно!
Посланница, сдержав вздох облегчения, опустила оружие.
 
— Ты вообще ешь?
— В смысле?
— Ну, еду. Ты ешь? Или абаасы не едят?
— Я ем, как и все люди.
— Плохо ешь, абаас, — Сирел сурово сдвинул брови. — В тебе нет силы. И откуда её взять, если ты не будешь есть.
Она насупилась, отвела взгляд.
— У них вообще плохо с провиантом, — заметила стоящая неподалёку Бурея. Сирел упросил отпустить мечницу с ним на тренировку. — Одни крупы и сушёное мясо. Ни молока, ни овощей, ни фруктов, — она приблизилась, презрительно скривившись. — Неудивительно, что Посланники такие мелкие и тощие. К тому же, её порция раза в три меньше, чем у мага и Посланника.
— Тебя морят голодом? — Сирел вскинул голову.
— Нет.
— Ладно. Бурея, бери меч и сойдись с Княгиней.
— Что? — возмутилась Бурея.
— Почему? — застонала абаас.
— Потому что я тебя жалею, — Сирел кинул мечнице деревянный меч. — А Бурея не станет.
— Это правда, — хищно усмехнулась Мать, для пробы взмахнув тренировочным мечом.
Княгиня покрепче перехватила свой клинок. В её глазах мелькнул ужас, который она старательно попыталась подавить.
Встревоженный Агон напрягся.
Бурея бросилась на врага.
Бой длился меньше минуты. Мечница легко выбила клинок у соперницы, напрыгнула на неё, повалив на плиты, схватила за волосы и ткнула лицом в каменные плиты.
— Хватит! Бурея!
Сирел оттолкнул увлёкшуюся мечницу, схватил Посланницу за плечи, приподняв над землёй. Левая бровь абааса превратилась в кровавое месиво. Со лба лилась кровь. Третий поморщился:
— О ветер! Бурея! Ты чего?
Но Воинствующая Мать не ответила. Она тяжело дышала, руки ее тряслись. Бурея подняла на Сирела виноватый взгляд:
— Не сдержалась…
Абаас в руках наследника вздрогнула, коснулась рукой лба и затряслась. Сирел повернулся к ней и увидел совершенно по-детски растерянное лицо Посланницы. Из её глаз брызнули слёзы. Она всхлипнула.
Агон оттолкнул пленника рыча. Подставил мохнатую голову ей под руку, как собака.
— Ну, не реви! — Сирел примирительно поднял руки. — Ты можешь исцелить себя сама?
Абаас покачала головой и уткнулась в шерсть Агона. Сирел и Бурея переглянулись. Мечница пожала плечами, не испытывая ни вины, ни жалости.
— Так бывает в бою, — заметила она, — что теперь, каждый раз рыдать?
Посланница поднялась, зажимая рукой рассечённую бровь. По ее лицу размазались кровь и слёзы.
— Иди, умойся и возвращайся на позицию, — скомандовал Сирел. — Живо, солдат!
Княгиня подняла на него измученный взгляд и побрела к бочке с дождевой водой. Сирел обернулся к Бурее, словно желая что-то сказать, но лишь устало махнул рукой.
— Они правда так плохо едят? — спросил он.
— Угу.
— Я думал, это рацион для нас, пленников.
— На удивление, нас кормят, как и их. И то, наши порции больше, чем у неё.
— Бред какой-то! Я понимаю, они имперцев ненавидят. Но друг друга-то почему?
— Потому что я толстая, — ответила Княгиня вернувшись.
— Чего??? — одновременно вопросили Сирел и Бурея.
— У меня такая порция, чтоб я не растолстела, — повторила она. — Посланнику не нравятся толстые женщины.
Имперцы переглянулись, с искренним удивлением.
— Судя по тебе, он вообще не любит женщин, — фыркнула Бурея, изящно уперев кулак в бедро. — Что, по его мнению, я толстая?
— Не знаю, как ты. Но я — да.
— Ты почему это терпишь? — удивился Сирел.
Но Княгиня посмотрела на него, как на сумасшедшего.
— Эти Посланники! — сплюнула Бурея. — Как животные! Мало того что готовы убивать нас без причины, так и ещё и друг другу глотки грызут.
 
— Нет! Он так заботится обо мне!
— Если ты не прекратишь, — Сирел говорил жёстко, — я не стану учить фехтованию умалишённую! Либо ты ешь, и набираешься сил, либо всё это бесполезная и пустая трата времени.